Без шанса на развод

Глава 35

— И давно ты с ментами якшаешься, Каринэ?

Макс даже не пытается голос понизить. Задаёт вопрос в полную силу, выйдя из машины.

Я оборачиваюсь и… Конечно же, Сергей стоит на крыльце. И прекрасно слышит сказанное, хотя виду не подаёт.

Только усмехается в качестве приветствия.

— Ты свои замашки оставь для работы, — отчитываю я брата, целую в колючую щеку. — И не бурчи так, это мой сват будущий.

— Да? — Макс хмыкает недоверчиво. — Не повезло мне.

— Ну, тебя же я терплю и ничего, жива.

— Меня ты обожаешь.

Макс подмигивает, открывая для меня дверь. Я усмехаюсь — его жена научила манером немного. Вообще, Макс с ней поменялся заметно. Намного спокойнее стал, счастливее.

Я усаживаюсь в прогретый салон. Крепко прижимаю к себе папку, борясь с желанием изучить каждую бумажку до дыр.

Вряд ли бы Сергей дал мне какую-то информацию, если бы она не была полезной. Значит, что-то накопал. И это…

Тревожит. Чего я не знала о муже? Почему не замечала?

Неужели Сергей прав? Можно настолько сильно любить кого-то, что закроешь глаза на все красные огоньки.

— Поделишься хорошими новостями? — Макс заводит машину. — Ты сейчас звучишь намного радостнее, чем по телефону.

— Пока не знаю, — я пожимаю плечами. — Может успокоилась. А ещё мне подарок сделали. Тут информация на Льва, но я не успела изучить.

— Ладно, может мент в друзьях и не такое плохое решение.

Я фыркаю, пристёгиваясь. Макс от своих привычек не отказывается, но не мне судить. У каждого своя жизнь.

Мы приезжаем в ресторан. Я не переживаю из-за своего внешнего вида. В частности, из-за того, что обладаю прекрасно способности.

Я чувствую себя уверенной даже в растрёпанном виде после тренировки. Почему в самом зале уверенность ненадолго пропала — загадка. Но меня не смущает, если выгляжу не идеально.

А ещё этот ресторан принадлежит жене одного из друзей Макса. Поэтому здесь всегда есть и отдельные комнаты для нас, и хорошее обслуживание.

— А теперь выкладывай, — просит Макс, когда официант уходит. — Что у тебя происходит? Если нужна охрана, то всё явно плохо.

— Нормально, — я делаю глоток воды, выкраивая немного времени. — Но я хочу перестраховаться. Мне очень не нравится то, что происходит сейчас. И всплывают новые факты… Я чувствую себя глупо.

— Потому что…

— Потому что доверяла Льву. Во всём. Я верила, что он никогда не сделает больно…

— Он тебя тронул?!

Брат едва из-за стола не подскакивает. Тянется к телефону, будто сейчас готов подписать Каминскому смертный приговор.

Я качаю головой, успокаивающе касаюсь ладони Макса. Удерживаю его на месте, пока он ничего не натворил.

— Морально больно, — объясняю я. — И перешёл грань моего доверия. Несколько раз. А узнаю я об этом только сейчас.

— Например?

— Отец Максима… Это давний друг Каминского. А ещё… Ещё он отец Дани, как оказалось.

— Не понял.

Брат хмурится, и я через силу рассказываю всё, что знаю. Выдавливаю из себя слова, прячась за бокалом с водой.

С каждым моим словом Макс заводится всё сильнее. В его глазах молнии полыхают, а цель одна — сжечь Каминского.

— Вот урод, — бросает зло. — Это ни в какие ворота не лезет. Нет, я с моей Мирой тоже как мудак себя вёл, виноват. Но чтоб настолько… Он же адекватным казался.

— То-то же и оно. И я тоже думала… Я себя с ним такой счастливой чувствовала. Уверенной в будущем. Он же… Был со мной милым, нежным. Будто другой человек. А теперь я начинаю думать о другом.

— Что?

— Вот эта любимая девичья штука. Со мной он поменяется, со мной он будет другим… Что если настоящий Лев — это суровый и прущий как танк бизнесмен, не считающийся с другими. А со мной он притворялся.

— Все десять лет? Не думаю, Карин. Но знаешь, как говорят? Чтоб проверить любимого — разведись с ним. Тогда всё «гэ» и полезет. Вот сейчас всплывает то, что в другой ситуации ты бы не заметила. Обращала внимание на хорошее, игнорировала недостатки. Их просто незаметно было за всей любовью. А когда любовь прошла… Начинаешь видеть всё в ином свете.

Брат другими словами повторяет то, что говорил Сергей. Подтверждает давнюю народную мудрость.

Любовь и зла, и слепа.

Просто Лев был… Строгим, ворчливым, суровым… Забавным в неумении танцевать, нежным в этих тяжёлых вздохах, когда помогал мне застегнуть платье.

Он был моим.

И любовь мою выжег всего одним разом. Одной сценой на даче, которую мне больше не забыть.

Мне больно, но… Я не могу сказать, что всё ещё люблю мужчину. Это эхо старых чувств. Наверное, в коей мере я даже благодарна Льву.

За то, как в грязи утопил мою любовь. Как не оставил мучиться с чувствами, а на корню их вырвал.

Дальше мне будет проще.

— Можно? — Макс тянется к папке. — Я гляну, что на твоего мужа нашли?

— Глянь, — я соглашаюсь. — Ты ведь всё равно будешь доставать информацию. И вряд ли удержишься от того, чтобы всё прочитать.

— Всё равно спасибо за доверие. Так… Так, — произносит серьёзнее, теряя улыбку. — Что твой мент пьёт?

— Во-первых, прекращай его так называть. Его зовут Сергей. И он не мой. Это во-вторых. И… Я без понятия. А что? Там ересь?

— Там то, что явно стоит очень хорошей коллекционной бутылки.

Я перегибаюсь через стол, выдёргиваю документы из рук брата. Если Макс решил в загадки поиграть, то потерял свой шанс на информацию.

Я первой прочитаю.

Вновь просматриваю документы, но теперь читаю более внимательно. На первых страницах то, что известно всем. Открытые фирмы, зарегистрированная недвижимость…

А вот дальше кое-что интереснее. На полях пометки от руки, что из общего доступа это убиралось давно. Но осталось в архивах.

На Льва заявляли в полицию. Ещё до нашего знакомства, какая-то девушка. Это не пошло в суд, недостаточно доказательств было.

Но незнакомка обвиняла мужчину в психологическом насилии. Манипуляции, подрыв самооценки, изоляция от знакомых…

Такое действительно сложно доказать. Но этого достаточно мне, чтобы подтвердить мои домыслы. Каминский действительно отличный манипулятор.

А дальше в папке ещё больше информации.

Я изучаю всё жадно. Одного понять не могу — почему этого не было заметно раньше. Нельзя подобное скрыть.

Либо Каминского кто-то пытается просто окончательно закопать… Либо Лев искусно умеет играть. Манипуляторы этим славятся.

Потому что мой муж и так достаточно ублюдских поступков совершил. Его никак не оправдать. Тут не нужны лишние поводы, чтобы уйти.

Достаточно было лишь увиденного на дачи. Лев и моя дочь… Ух, до сих пор тошнит от той картины.

Всё остальное — вскрывшиеся инфекции. Когда ты идёшь горло проверить, а выплывает миллион скрытых болезней. Так и со Львом произошло.

Вскрывшийся нарыв, полный отвратительного гноя.

Мой муж — гнилой человек.

Мой главный провал как аналитика.

Я перечитываю старые обвинения. Каминский тогда был моложе, мог не знать, как себя вести? Как манипулировать правильно?

Со мной он ведь совсем другим был. Да, оглядываясь в прошлое… Я могу заметить моменты, в которых он ограничивал.

Легко, постепенно. Просто я не из тех женщин, которых можно в четыре стены загнать и принудить к чему-то. За десять лет у Каминского мало чего получилось.

Но получилось.

Вспоминаю, как раньше я Максима всегда одёргивала, чтобы не болтал слишком много при посторонних. Потому что он выдумывать любит, а слухи…

Слухи меня мало интересовали до брака с Каминским. Но он ведь не простой мужчина, нужно оглядываться.

Первый муж к этому относился намного проще. Во многом собственной семье наперекор пошёл.

И водитель… Я отказывалась от этого постоянно, меня бодрило самой водить машину. Но Каминский аккуратно поднимал эту тему раз за разом.

Продавил, когда появился Даня. Тогда я просто не успевала всё, была довольно уставшей. Согласилась.

И таких примеров — есть много. Но все они мелкие, незаметные в море других поступков. А с микроскопом изучишь… И страшно становится.

— Ты в порядке? — брат замечает что-то на моём лице, обеспокоенно всматривается. — Карин…

— Да, — я натянуто улыбаюсь, поспешно киваю. — Просто обдумывала. Ну… Полезно знать, с кем десять лет прожила, да?

— Моё предложение его в подворотне встретить — всё ещё актуально. Чисто для удовольствия.

— Для удовольствия я грушу бью. А ты — не лезь. Я серьёзно, Макс. Мне нужна другая помощь. Ты привык решать проблемы по-своему, но я хочу это закончить правильно.

— Правильно? После всего, что Каминский натворил?

— Я не должна опускаться на его уровень, чтобы победить.

Это совсем не то, что я думала совсем недавно. Я готова. Я буду. Драться грязно и подло, если понадобится.

Но с подобной информацией… Всё может закончиться намного быстрее и проще.

Я прикрываю тыл со всех сторон. Охрана для детей и меня. Информация для развода.

Регина на стороне Льва меня раздражает, но это не критично. Адвокат разберётся, я не сомневаюсь. А я своих союзников собираю.

Борис хотел встречи, поэтому я соглашаюсь. Ожидаю… Всего, на самом деле. И подставы, и шантажа, и намёка на цену.

Детектив находит мне информацию, что бизнес Тигиринского идёт не так хорошо, как раньше. Несколько провальных проектов.

Теперь я понимаю, почему Борис разговаривал с Каминским. Тот разговор, который подслушала Регина. Попытка получить деньги.

Тигиринский умён, его бизнес не тонет. Но лишняя помощь не помешала бы, чтобы укрепиться и не падать.

— Я готов выступить, — произносит Борис. — Подтвердить всё. Но взамен попрошу кое-что. Ты можешь отказаться.

— И ты выступишь на стороне Льва, — я хмыкаю, медленно делаю глоток кофе. — Занятно.

— Нет, не выступлю. И то, что могу сказать — скажу на суде. Независимо от твоего решения. Я сказал, что прошу, а не требую, Карина. И я готов заплатить, не вопрос. И учитывая твой декрет, понимаю нехватку времени… Был бы признателен, если бы ты нашла время для работы.

Я говорила, что Тигиринский умён, да? А он такой. Он отлично понимает, что инвестиция — это временное решение, если ничего не поменять в самой фирме.

Поэтому вся его просьба — это сделать анализ для его фирмы. Найти другое направление, просчитать риски и доходы.

Всё это с посылом, что я ничего не обязана. Мол, мужчина и так поможет. А вот если я захочу помочь в ответ…

Но этим Борис загоняет меня в рамки благодарности.

Конечно, я бы могла отказаться. Вроде как он это поймёт. Но с его попытками помочь — это будет так некрасиво.

Я говорила, что мне плевать на красоту?

Я не благопристойная принцесса, с которой птички поют. Я ведьма королевской крови, которая всё снесёт на своём пути.

— Посмотрим.

Я пожимаю плечами. Всё будет зависеть от времени и исхода суда. Если развод будет тянуться много месяцев — мне будет не до работы.

Если не найду чем заняться ночью, после того как детей уложу — посмотрю. Большего я Борису не обещаю.

Но его устраивают и такие условия.

А я…

Я готовлюсь к судебному заседанию. С нетерпением жду приближающуюся дату. И даже представить не могу, что там будет.