Бывший - все сложно

Глава 16. Сложно. Удержаться и не врезать бывшему за все

Возвращаюсь к девочкам с подносом. Ставлю на стол, натягивая на лицо миролюбивую маску.

– Ага, вот и наша беглянка, – улыбается Маша.

Соня подается вперед, полушепотом.

– А что вы там с Ником так долго делали, а? Я только увидела, как он зашел, – хмыкает, – и заговорила Яну, чтобы за ним не пошла. Думала, мало ли… вдруг встреча века!

Я ставлю поднос на стол и медленно расставляю посуду.

– Да ничего такого. Просто заехала ему кружкой по носу, – протираю полотенцем вилку и кладу аккуратно рядом с тарелкой, – потом следы пришлось убрать, кровь вытереть. Как стемнеет – закопаем.

Девчонки на секунду замолкают, переглядываются.

– Дети, готовьтесь! Бахнем на заднем дворе, но только по моей команде!

В этот момент из дома выходит Никита. Лицо чуть припухшее. Но, в принципе, ничего страшного.

В руках несет какую-то бутылку.

– Ожил. Бессмертный, как таракан.

– Кира, – прыскает со смеху Соня, – блин, ты, как скажешь.

Я вроде улыбаюсь, но взгляд держу на подносе. Салатик поправляю. Вилки разложить надо.

– Что, правда, кружкой по носу?

Киваю.

– Кира у нас бьет не в бровь, а в нос.

– Я говорила, плохая идея, чтобы мы вместе что-то праздновали.

Тут подходит Иван с дымящимися шампурами.

– Все готово, можно за стол, – мурлычет и целует Машу в щеку.

Она сияет. Он кладет мясо на блюдо, приобнимает ее за талию.

Вот они – старше нас лет на десять, но такие… домашние. Теплые. Уверена, еще и страстные. Смотрю на них и понимаю, что у меня еще тоже время есть. Они, вон во сколько нашли друг друга. Я тоже еще могу кого-то встретить приличного.

И невольно оборачиваюсь назад, на Никиту.

Усмехаюсь сама себе и снова к девочкам.

– Девчонки, не пугаемся, – предупреждает Алексей. И следом бах, хлопок, пена, летящая крышка.

– Класс!

– А у меня еще есть порох, если добавить…

– Костя! – окликает Марья старшего сына. – Ты забыл про правила? Порох только в лаборатории.

– Да помню я, ма.

– У вас лаборатория?

– Ага. После того как он спалил нашу квартиру, Ваня ему сарай свой отдал под лабораторию и опыты. Оборудовал там все, чтоб безопасно было.

– Не страшно, что покалечится?

– Ну… знаешь, Кир, если суждено, то суждено. Мы со своей стороны полностью все обезопасили. Ваня постоянно ему проводит инструктажи по технике безопасности. Но если это его. Он этим горит. Спит с учебниками по химии, все лучше, чем ерундой какой бы занимался. А так, может, будущий Менделеев.

– У меня Борька… шило в попе, но пока не знаю, куда это шило направить.

– В спорт направь.

– С его рукой?

– Ну, рука же заживет. Ты понаблюдай, чем интересуется, и отдай.

Мы собираемся за длинным деревянным столом. Кто в креслах, кто на лавках, кто на стульях.

Ник с Яной садятся рядом. Но ведут себя странно. Не понимаю.

Вроде вместе, но не касаются друг друга, не обнимаются. Может, просто не хотят делать это напоказ?

Боря, естественно, плюхается рядом с Никитой. Улыбается, весь светится.

Свободных стульев не хватает. Смотрю по сторонам.

– Иди ко мне, – возьму тебя на руки.

– Мам, а давай ты тут со мной сядешь, ну, пожалуйста.

– Борь…

– Ну, мамочка…

Мне уступают место рядом с сыном, приходится сесть рядом с Никитой, а Борю взять на руки.

Алексей разливает по бокалам “компот”.

– Спасибо, что вы все собрались сегодня, давайте первый тост за мир. Чтобы никто никого сегодня больше не бил.

Все смеются и смотрят на меня.

Я закатываю глаза и чувствую, но боковым зрением ощущаю, как Никита поворачивает ко мне голову, чтобы тоже глянуть. Ждет, что я тоже на него посмотрю, но я не оборачиваюсь.

Вон, пусть в другую сторону голову повернет и туда улыбается.