Академия Альдарил: цель для попаданки

Глава 13

ГЛАВА 13

Расчесывая волосы на ночь и заплетая их в косу, я наблюдала за тем, как то же самое делает Антхея. В очередной раз поражаясь тому, насколько же у водных альвов великолепная внешность, вспомнила о ее брате. Вот, действительно, принц из сказки, воплощение девичьих грез! Притом и по характеру ничего дурного сказать о нем не могу. И чего только Луизе не хватает, раз предпочитает ему Крысеныша?

Впрочем, может, не все еще потеряно, судя по тому, как она смотрела на него, ухаживающего за ней сегодня? Или амазонка просто понимает, что на такой каравай рот разевать не стоит? Одно дело Дамиен — по происхождению они с ним равны. И не будь Беатрисы, его семья вполне могла бы рассматривать Луизу в качестве подходящей жены. Да что там! Отец Крысеныша вполне может изменить решение и сделать выбор в пользу дочери самого влиятельного ардара Севера.

А вот Алойз, пусть и не наследный принц, вряд ли всерьез может рассматривать отношения с Луизой. Скорее всего, наш водный ловелас включил режим охотника. И для него уже дело принципа — добиться добычи, что все время ускользает. А как только достигнет желаемого, довольно скоро потеряет интерес. Так что, может, и не стоит удивляться поведению Луизы. Она далеко не дура и сама должна это понимать. А помня о словах Виатора по поводу того, что судьба у амазонки была непростая, не хотелось, чтобы ей причинили новую боль.

— Антхея, можно у тебя кое о чем спросить? — поколебавшись, решилась я задать вопрос.

Альвийка, на миг оторвавшись от плетения причудливой косы — совершенно не сравнить с моей примитивной, самой обычной — метнула в мою сторону взгляд.

— Конечно. Спрашивай.

— Зачем Алойз это делает?

— Что именно? — девушка удивилась и совсем оторвалась от своего занятия. Тоненькие пальчики замерли на полпути.

— Пытается охмурить Луизу. Ему что других девиц мало? Да ему стоит пальцем поманить, и целая очередь выстроится!

Последнее было правдой. Стоило Алойзу появиться где-то в людном месте, как то одна, то другая девушка начинали ему глазки строить. И то, что он не спешил заводить с кем-то отношения, только лишь его выбор. Он мог пофлиртовать с кем-то в таверне, потанцевать, но не больше. Это тем более удивительно, что у всех сложилось мнение о нем как о бабнике. Да он и сам его старательно поддерживал своим поведением, отвешивая окружающим женщинам комплименты и одаряя улыбками. Но живя с ним в одном доме, я знала, что ночи Алойз проводит здесь, а вовсе не спит со всеми подряд. И то, что это может быть сознательная тактика, чтобы добиться Луизы, мне тоже приходило в голову. Трудно не заметить, что он не оставляет попыток завоевать ее расположение.

— А тебе не приходило в голову, что моему брату не нужны все эти девицы? — негромко сказала Антхея.

— Тогда почему он ведет себя так, что иногда складывается другое впечатление? — недоверчиво спросила я.

Водная альвийка колебалась, явно не желая делиться со мной откровениями по поводу брата. Пусть мы с ней и сдружились за время жизни в качестве соседок по комнате, но разговоры ограничивались нейтральными вещами. Никогда не делились с Антхеей чем-то действительно сокровенным. И сейчас настал момент истины. Из того, насколько она будет откровенна, станет понятно, сможем ли мы и правда стать подругами в дальнейшем.

— Почему тебя это интересует? — осторожно произнесла водная альвийка.

— Нам всем придется жить вместе целых четыре года. И вряд ли кому-то станет лучше, если одной из нас разобьют сердце. Так или иначе, но напряжение в отношениях скажется на всех. Да, Луиза непростой человек… Но она не заслуживает того, чтобы с ее чувствами играли. Алойз пользуется тем, что она сейчас особенно уязвима, и вполне может добиться того, чего хочет. А что потом?

— Ты ошибаешься, — покачала головой Антхея. — Мой брат вовсе не играет с ней. Да и вообще то, как он себя ведет, в основном лишь маска.

Почти то же самое говорил и Виатор, но мне хотелось узнать подробности.

— И зачем ему это? — с недоумением спросила.

— Так легче не показывать настоящих чувств. Того, что ему тоже может быть больно. Знаешь, для нас, водных альвов, умение не показывать собственную слабость имеет важное значение. Тем более когда речь о влиятельных аристократах, на чьих слабостях можно сыграть. Алойз в детстве и юности был очень открытым и искренним мальчиком, плохо умеющим скрывать эмоции. Наш отец винил в этом мать. Считал, что она плохо нас воспитала, сделала неприспособленными к жизни. Мы ведь воспитывались не в столице, а в загородном поместье, в отличие от старшего брата. Эритана отец растил сам, стремился сделать из него достойного наследника. И его методы мать не одобряла, считала слишком жесткими. На этой почве, собственно, они и рассорились. Так что отец разрешил ей забрать нас, младших, и уехать из столицы. Заявил, что время рассудит, кто был прав.

Я несколько ошарашено смотрела на Антхею, боясь прервать поток ее откровений. Понимала, что то, что она со мной этим делится, дорогого стоит, учитывая признание о слабостях.

— Когда нам с братом исполнилось шестнадцать, отец решил, что настало время ввести нас в высшее общество. А заодно и посмотреть на результаты воспитания. Матери пришлось согласиться. Не держать же нас постоянно под крылышком! Все-таки наше положение требует определенных обязательств. Как оказалось, к реальной жизни мы были совершенно не готовы. К тому, что каждый, кто улыбается в лицо и говорит комплименты, может интриговать за спиной и использовать в своих целях. Что искренность и откровенность для большинства является недостатком. Чем-то сродни глупости и недалекости. Что те идеалы, которым нас учили и которые якобы ценятся в обществе, не более чем пережитки прошлого. Ими прикрываются, когда это выгодно, не больше. Но наиболее жестоким уроком для нас стали проверки отца. Он специально подстраивал ситуации, где мы должны были не уронить своей чести и не опозориться. Но все это цветочки по сравнению с тем, как жестоко он пошутил с чувствами Алойза…

Помолчав немного, Антхея продолжила:

— При дворе появилась юная альвийка. Настолько красивая и умеющая себя подать, что многие мужчины прямо-таки головы теряли. При всех своих талантах и очаровании она еще и казалась скромницей. Искренним, чистым существом, восторженно смотрящим на мир и верящим в благородные идеалы. В общем, мой брат влюбился без памяти. И некоторое время казалось, что его чувства взаимны. С учетом того, что она была из влиятельной семьи, можно было смело надеяться на то, что отец даст разрешение на брак. Только вот он почему-то заупрямился. Заявил, что у него есть другая кандидатура для Алойза. Брат был сокрушен и впервые решился возражать отцу. Тот же сказал, что если Алойз не оставит этой затеи, откажется от него и прогонит из клана. Что в первую очередь он должен думать об интересах семьи, а не о собственных чувствах. Думаю, несложно догадаться, какой выбор Алойз в итоге сделал.

Я тихо спросила:

— Он выбрал любовь?

Антхея грустно вздохнула, потом продолжила:

— Они с Ранирой договорились бежать с водно-альвийских островов. Чтобы было на что жить хотя бы первое время, Алойз продал все, что у него было ценного. Я тоже поучаствовала, отдав ему свои драгоценности. Мне это казалось таким романтичным — бросить все ради любви! — она поморщилась. — И я целиком и полностью поддерживала брата. Алойз договорился о месте на корабле для них обоих. Передал любимой то, что решил взять в дорогу, а сам попытался замести следы. Так, чтобы его хватились как можно позже. Только вот, когда он явился на пристань, где ожидал корабль, ни Раниры, ни имущества, что передал ей, не было. Брат подумал, что что-то случилось, родственники девушки обо всем узнали и остановили ее. Отправился в дом Раниры. Там ему сообщили, что она во дворце. Тогда он заподозрил, что без отца в деле не обошлось. Кипя праведным гневом, бросился туда. Какого же было его удивление, когда увидел отца и девушку мирно беседующими. А потом на него обрушили новость, которая просто подкосила. Отец сообщил, что это была очередная проверка. Ранире пообещали дополнительные привилегии для ее семьи, если она влюбит в себя Алойза и разыграет нужную ситуацию. Отец еще и подсказал, как правильно себя вести, чтобы понравиться моему брату. В общем, объявив все это, он с усмешкой сказал Ранире, что деньги возвращать не надо, это вознаграждение за удачно выполненное поручение. Изменения же, произошедшие в ней, брата поразили. Вместо искренней и благородной девушки увидел расчетливую, хитрую стерву, что желала заручиться покровительством короля. Позже еще и оказалось, что она имела виды на нашего старшего брата, мечтая стать женой наследника престола. И, встречаясь с Алойзом, параллельно крутила роман с Эританом. Отец же, оставшись наедине с моим братом, сообщил, что если и из этой ситуации он не сделает выводов, то тогда попросту безнадежен. Велел идти к себе и перестать верить в наивные идеалы. Все это Алойз рассказал мне уже позже, пребывая в жестокой депрессии. Брат усвоил урок, но вовсе не тот, какого хотел отец. Единственное, о чем он теперь мечтал — стать полностью независимым от нашего клана. Найти свое место в жизни, подальше от того гадючника, что нас окружал. И я его в этом полностью поддерживаю! Так что Академия — шанс для него стать независимым. А может, это удастся и мне, — задумчиво добавила она. — Не знаю, получится или нет, но мы сильно постараемся. А его поведение — всего лишь маска, чтобы притупить бдительность окружающих. Даже в учебе он поначалу рвения не проявляет, чтобы соглядатаи отца, которые наверняка есть и здесь, не насторожились. Никто не воспринимает всерьез весельчака и бабника, пустившегося во все тяжкие после испытанного разочарования. Алойз сделал все, чтобы именно так о нем и думали. Видя, что собой представляют девицы из высшего света, для которых честь — лишь громкое слово, без колебаний пользовался ими в своих целях. Наверное, можно сказать, что в какой-то мере он и правда избавился от идеалов. Только вот настоящая дружба и любовь для него по-прежнему не пустой звук. Те, кого он любит, всегда могут рассчитывать на помощь и преданность с его стороны. Но пересчитать таких людей можно по пальцам. После Раниры он не позволял ни одной женщине проникнуть в свое сердце. Хотя, возможно, были и те, кто в брата на самом деле влюблялись. Но обжегшись так сильно, он стал более осторожен.

— Хочешь сказать, что Луиза оказалась исключением? — спросила я, потрясенная этой историей.

Похоже, зря считала, что только Элиссе не повезло с родственниками! У Алойза и Антхеи ситуация не лучше.

— Она не похожа на других женщин, что окружали брата, — задумчиво произнесла водная альвийка. — Не пытается ему понравиться. Сильная, гордая, независимая. Ей плевать, что с его помощью она может получить какие-то выгоды. Да ты и сама видела, что все попытки брата наладить отношения она пресекает. Поначалу он цеплял ее просто по привычке. Ему ведь нужно поддерживать репутацию дамского угодника. Но чем больше Луиза его отталкивала, чем менее типичной была ее реакция, тем серьезнее становился интерес. Да и внешне она ему очень нравится. Я успела хорошо узнать брата. Да и то, что мы с ним близнецы, дает определенные преимущества. Его эмоции чувствую хорошо. Всегда так было. Он может обмануть кого угодно, но только не меня. Алойз влюбился. И мне кажется, куда серьезнее, чем в Раниру. Тогда все для него было внове. Он был не знающим жизни, неискушенным юношей, податливым на всякие женские хитрости, доверчивым. Сейчас же достаточно разбирается в женщинах, чтобы смотреть на вещи более трезво. И мне бы очень не хотелось, чтобы брат снова обжегся!

— Боюсь, что в случае с Луизой шанс на это достаточно большой, — я покачала головой. — Ты сама видишь, кого она предпочитает!

— Я и сама говорила об этом брату, — вздохнула Антхея. — Но он утверждает, что интерес Луизы к Дамиену вовсе не похож на тот, какой женщина обычно испытывает к понравившемуся мужчине. Что тут нечто другое, и это еще одна загадка, которую ему хочется разгадать.

— В чем-то я с ним согласна, — пробормотала, вспоминая свои выводы. — Только вот не похожа Луиза на ту, кто станет делиться своими тайнами с окружающими. Она на редкость скрытная и себе на уме.

— Это точно, — помрачнела Антхея. — Я не раз пыталась с ней подружиться, но она делает все, чтобы оттолкнуть людей. Возможно, и ей пришлось столкнуться в жизни с предательством, вот и реагирует так. Кстати, это еще одна причина, по которой Алойз не желает отступать. Он думает, что ее колкость и независимость — такая же маска, как и его собственная. И что если она позволит заглянуть под нее, он найдет там совсем другого человека. Нежную и ранимую девушку, изо всех сил пытающуюся быть сильной.

— Не принимает ли он желаемое за действительное? — в сомнении протянула я. — Ну да ладно, он взрослый мальчик! Сам должен понимать, что делает. Но ты меня успокоила. И буду надеяться, что они и правда найдут общий язык.

Как ни странно, случившееся и впрямь сблизило Алойза и Луизу. Те дни, в которые водный альв проявлял к ней заботу, сам готовя отвар под моим чутким руководством, поддерживал, помогал изучать материал, который она вынужденно пропускала из-за домашнего режима, оказали на строптивицу поразительный эффект. И пусть до полной капитуляции было далеко, но она уже не язвила в ответ на каждую обращенную к ней реплику Алойза. И проводила с ним намного больше времени, чем раньше.

Да еще и наши исправительные работы в больнице он сумел обернуть себе на пользу. Благодаря своему обаянию и нескольким золотым договорился с главным целителем больницы, чтобы тот поставил их на работу вместе. В общем, мы с Антхеей только радовались тому, что все у них идет хорошо. Крысеныш же, как мне кажется, даже вздохнул с облегчением, избавившись от одной из своих навязчивых поклонниц.

Сегодня же вечером, в честь завершения нашего наказания, Алойз решился перейти к новому этапу приручения Луизы. Пригласить ее на официальное свидание. Помогали ему все, с интересом включившись в своеобразный заговор. Пока часть одногруппников отвлекала Луизу, чтобы не заметила приготовлений, и водила ее то по тренировкам, то еще куда-то, мы с девчонками и самим альвом готовили романтический ужин. Алойз накупил продуктов и всего, что могло понадобиться для создания соответствующей атмосферы.

Свидание же решил устроить в роще у пруда — месте, где они смогут побыть наедине в окружении живописной природы. Там поставили столик с двумя стульями, заставили все вокруг магическими свечами, которые переливались самыми разнообразными оттенками, создавая поистине волшебную атмосферу. Ну, и, конечно же, позаботились о цветах и подарке. Мы с Алойзом и Антхеей выбирали его вместе. Водный альв, зная об интересах Луизы, вначале хотел подарить кинжал с магически усиленными свойствами, но мы дружно забраковали эту идею.

— Кинжал ей как-нибудь потом подаришь! — заявила Антхея. — Сейчас же ты должен ей продемонстрировать, что воспринимаешь не как друга, а как девушку, к которой испытываешь определенные чувства. Так что и подарок нужен соответствующий!

Когда и я подключилась, подтверждая ее мнение, Алойз сдался. Так что мы приобрели парные золотые браслеты филигранной работы, усиленные магическими плетениями. Ювелир заверил, что это последний писк моды и многие влюбленные приобретают подобные парные украшения. Суть в том, что один надевается на мужчину, другой — на женщину. И в итоге между ними устанавливается особая эмпатическая связь. Могут чувствовать эмоции друг друга. Я оценила задумку тех, кто подобное сотворил. Для влюбленных и впрямь замечательная вещь. Антхея же и вовсе пришла в восторг. Впрочем, это неудивительно при ее романтических взглядах на жизнь. Испытания, которые устраивал девушке отец, не были настолько жесткими, как в случае с Алойзом, и она не обжигалась так сильно в любви.

В общем, к назначенному часу Алойз отправился в рощу дожидаться Луизу, а мы должны были вручить ей романтическое послание, когда остальные приведут домой. Амазонка такого явно не ожидала и, получив письмо, некоторое время просто вертела его в руках, недоуменно поглядывая на нас. Потом все же распечатала конверт и прочла. Мы впервые увидели, как на щеках обычно невозмутимой Луизы заалел румянец смущения, что сделало ее и впрямь похожей не на воинственную амазонку, а на нормальную девушку. Она задумчиво оглядела нас, старательно делающих вид, что ничего особенного не происходит. Парни отправились на кухню чего-нибудь перекусить, мы же расселись у камина.

— Что-нибудь случилось? — будто между прочим, поинтересовалась Антхея, видя, что Луиза так и стоит посреди комнаты, вертя в руках письмо. — Кто тебе письмо прислал?

— А вы не знаете? — она слегка изогнула бровь.

— Нет, — самым невинным тоном ответила водная альвийка. — Письмо подбросили к нашей двери. На конверте было твое имя, вот и не стали распечатывать. А что там?

— Ничего, — пробормотала Луиза и закусила губу.

Потом медленно поднялась наверх, в свою комнату. Терпение наше иссякло сорок минут спустя, когда она и не подумала появляться. Мы с девчонками решились подняться. Даже Беатриса и Оймера не пожелали оставаться в стороне. Хотя насчет первой все понятно — избавиться от соперницы в ее интересах.

Луизу обнаружили среди вороха одежды, растерянную и несчастную. Она с сомнением перебирала свои платья, которых, в отличие от мужских костюмов, у нее было немного. Да и те весьма унылых расцветок, скромные и безликие. Первой поняла ее затруднения Антхея:

— Если хочешь, могу одолжить тебе что-то из своего гардероба.

Луиза подозрительно прищурилась.

— Значит, говорите, что ничего не знаете?

Водная альвийка виновато потупилась.

— Это просто должен был быть сюрприз.

— Да что тут такого? — вмешалась Оймера, весело улыбаясь. — Тут уже все в курсе, что Алойз от тебя без ума! Вам давно пора было пообщаться наедине, в подходящей атмосфере.

Луиза поджала губы и нахмурилась. Антхея, укоризненно взглянув на бесцеремонную красную илитку, попыталась спасти ситуацию:

— Тебя это свидание ни к чему не обязывает. Если Алойз тебе не нравится, просто скажешь ему прямо, вот и все. Настаивать он ни на чем не станет. Но ты и правда ему небезразлична. И для него очень важно, чтобы ты сегодня пришла.

— Ладно, — пробормотала девушка и опять с тоской посмотрела на свои платья.

Не дожидаясь ее просьб, мы все приобщили к делу и свои наряды. Вскоре комната больше напоминала магазин одежды. Бедная Луиза уже не рада была, что мы захотели помочь. Перемерила не меньше двух десятков платьев. Причем сама готова была уже на любое, но мы отчаянно спорили, какое лучше, и доказывали свое мнение чуть ли не с пеной у рта.

Наконец, с огромным трудом, но достигли компромисса. Темно-синее платье, в меру открытое, элегантное и эффектное, из моего собственного гардероба, отлично смотрелось на Луизе. Хотя Оймера и ворчала, что можно было бы использовать что-то из ее нарядов. И то, что те платья, рассчитанные на ее впечатляющие формы, на Луизе смотрелись не так хорошо, достаточным аргументом она не считала. Насчет же платьев Антхеи, то Луиза сочла, что наверняка Алойз не раз видел их на сестре и непременно узнает. И она будет чувствовать себя неловко.

Дальше оставалось сделать прическу и макияж, что тоже заняло уйму времени. Все снова ругались и спорили, какой образ подойдет больше. Бедный Алойз, скорее всего, уже места себе не находит. Луиза опаздывала на двадцать минут к назначенному времени. Мы даже отослали Леонса сообщить ему, почему Луиза задержалась.

Но наконец, девушка была готова. То, что наши старания не пропали даром, стало ясно, едва Луиза спустилась в гостиную, где к тому времени расположились парни. Они дар речи утратили, уставившись на нее. Мы же гордо смотрели на дело рук своих и довольно переглядывались. Луиза и правда была восхитительна! Даже то, что она немного смущалась, лишь придавало большей прелести. Глядя на нее сейчас, трудно было поверить, что это тот самый человек, что едва не отправил на тот свет второкурсницу во время дуэли. Хрупкая, нежная, с обволакивающим взглядом, словно сияющая изнутри каким-то загадочным светом.

— Удачи! — пожелала я Луизе, подталкивая к выходу, пока кто-то из мужиков ничего не испортил.

Девушка улыбнулась нам всем как-то неуверенно и мягко, что тоже на нее совершенно не походило.

Задумчиво глядя ей вслед, подумала о том, что Алойз вполне может быть прав в своем мнении. В том, что на самом деле она совершенно другая!

Особенно же приятно было посмотреть на недовольное лицо Крысеныша. Похоже, он только теперь понял, какое чудо проворонил по собственной глупости. Увидев мой насмешливый взгляд, он постарался придать лицу насмешливо-равнодушное выражение, но получилось не очень. Посидев с нами еще пару минут, он двинулся к двери.

— Ты куда? — вскинулась было Беатриса.

— Прогуляюсь немного, — пробормотал Дамиен.

— Можно с тобой?

— В другой раз, — с некоторым раздражением отрезал он и вышел.

Я лишь усмехнулась. Вот кого-кого, а Крысеныша совершенно не жаль!

Настроение было самое благодушное, так что я даже приняла приглашение Виатора отправиться за пределы Академии и пообщаться с нашими драконами. Я уже делала попытки освоить полеты, хотя пока не слишком успешно. Моя Белянка упорно не желала думать о наезднице и слишком увлекалась затейливыми пируэтами в воздухе. Так что я благоразумно взлетала лишь на пару метров вверх и была готова при первой же необходимости применить «воздушный поток», чтобы не сверзиться вниз, а плавно опуститься. У Виатора же таких проблем со своим драконом не возникало, отчего мне лишь оставалось завидовать белой завистью.

Обычно полетами на драконах мы занимались на большой площадке неподалеку от вторых ворот Академии. Той самой, куда когда-то я приземлилась после первого своего подобного путешествия. Места там было вполне достаточно, да и в случае чего недалеко пост охраны. Смогут оказать помощь не справившейся с управлением адептке.

Некоторое время я осторожно кружила в двух метрах над землей, с завистью поглядывая на парящего в вышине Виатора. При ярком лунном свете фигура драконьего наездника смотрелась очень четко. Белянка резко сменила направление, и я, засмотревшись на Виатора, не удержала равновесия. Полетела вниз, лишь чудом успев применить «воздушный поток».

Чертыхнувшись, с укоризной глянула на сразу сделавшую виноватый вид Белянку. Голубые глаза были полны глубокого раскаяния, пусть в них и проглядывали лукавые искорки. Вот же засранка! И ведь наверняка специально так делает! Игры у нее такие дурацкие.

Вообще моя девочка за это время изрядно подросла. В высоту достигала уже двух с половиной метров и соответственно изменилась и в ширину. Жаль только, что разумом по-прежнему больше напоминала ребенка.

Деликатное покашливание позади заставило оторваться от созерцания огромных красивых глазок и посмотреть на свидетеля моего очередного позора.

— Лирн Мирдар! — я радостно улыбнулась.

Из-за отбытия нашей трудовой повинности в последние две недели не имела возможности часто видеться с моим наставником и другом. Так что успела соскучиться.

— Вижу, с полетами у тебя не складывается, — заметил он, с улыбкой поглядывая то на меня, то на Белянку, изображающую из себя пай-девочку.

Она даже шипеть не стала на Николаса, хотя обычно всех, кто пытался отвлечь меня от нее, встречала именно так.

— Да, что-то не очень, — вздохнула, подходя ближе. — Ума не приложу, как ее научить этому!

— Думаю, без седла тебе не обойтись.

— Седла? — сказала несколько удивленно. Белянка недовольно фыркнула, явно поняв смысл нашего разговора. — Так ведь Виатор и без этого нормально управляется!

— Если бы тебе достался такой умный дракон, как ему, возможно, обошлась бы и без этого.

Белянка возмущенно выпустила из ноздрей две струйки дыма. Огонь она пока извергать не умела, но вот клубы горячего пара — вполне. Николас ухмыльнулся, и стало понятно, что намеренно провоцирует Белянку. Не только же моей паршивке людьми манипулировать! Может, хоть упоминание про ум поможет ей перестать упрямиться. В голове появился мысленный посыл:

— Не надо седло!

Надо же, она уже и строить фразы научилась! А все несмышленышем притворялась, посылая только эмоции! Мол, я еще маленькая, ко мне надо снисходительно относиться. Я в очередной раз укоризненно на нее взглянула.

— Раз ты по-другому не хочешь, придется, — протянула, сделав вид, что всерьез задумалась над предложением Николаса.

— Я буду хорошо себя вести! — заканючила драконица.

— Что-то я тебе слабо верю, — заметила я. — Это ты сейчас так говоришь!

В ответ последовали заверения, что на этот раз все и правда будет нормально.

— Ладно, — смилостивилась я. — Тогда попробуем еще раз.

Николас помог мне забраться на спину присмиревшей Белянки и отошел в сторону, с улыбкой наблюдая за нами.

В этот раз моя девочка поднялась в воздух без рывков, осторожно и плавно. Так что я даже рискнула подняться повыше. Не обошлось, конечно, без резких толчков, но видно было, что делает она это не специально. Как и мне, ей требовалась практика. Но прогресс был налицо!

Полетав еще минут пять, я спустилась довольная собой и Белянкой.

— Спасибо! — искренне поблагодарила Николаса, опять подошедшего к нам.

Он осторожно коснулся рукой спины драконицы. Та недовольно зыркнула, но огрызаться не стала. Николас погладил ее, и в его глазах промелькнула грусть. Вспомнив о том, что узнала о нем за это время, я понимающе вздохнула.

— Скучаете по вашему дракону? — тихо спросила.

— Очень. Это как потерять близкого человека, — не стал скрывать он свое состояние. — От души надеюсь, что тебе не придется когда-нибудь испытать такое же чувство. Потерять того, кто готов был умереть, защищая тебя, и прикрывал до последнего, давая возможность выжить, очень тяжело. Да и связь с драконом поистине уникальна. Он становится будто частью тебя. И когда эта связь обрывается, внутри образуется пустота, которую ничем невозможно заполнить.

— Мне жаль… — только и смогла сказать я.

А представив, что бы чувствовала, если бы потеряла Белянку, ощутила, как на глаза навернулись слезы. Пусть она и не самая идеальная драконица на свете, но я успела сильно к ней привязаться.

Повинуясь невольному импульсу, порывисто обняла погрузившегося в свои невеселые воспоминания Николаса. Он на миг замер, потом осторожно обнял меня в ответ. Уткнувшись носом в его сильное плечо, ощущала, какие сильные и одновременно нежные у него руки.

Когда мы отстранились друг от друга, успела заметить промелькнувшее в его глазах странное выражение, осветившее его мрачное лицо и сделавшее весь облик совершенно другим. Мелькнули смутившие меня прежние подозрения о том, что этот мужчина ко мне неравнодушен, но я постаралась отогнать их от себя. Да и вскоре он снова смотрел по-прежнему, казался невозмутимым и спокойным, так что я выбросила эти мысли из головы.

Помахала рукой Виатору, начавшемуся спускаться к нам, и далеко не сразу заметила, что Николас удалился. Только когда оглянулась и хотела что-то ему сказать, увидела это. Все же он иногда бывает странным, этого не отнять. Но лишаться дружбы такого человека мне бы не хотелось. Так что придется смириться с его странностями. Тем более, у кого их нет.