Дочь тренера. Бой без правил

Глава 14

Лекси

Медленно, пешком поднимаюсь на этаж. У меня внутри все горит после этого свидания, и перед отцом стыдно. В том чертовом казино время будто иначе текло. Я его совсем не чувствовала.

Берусь за ручку двери. Открыто…

Сделав вдох поглубже, вхожу в уютную прихожую. Беговые кроссовки отца небрежно валяются возле обувной полки. На ней сверху лежит ветровка с капюшоном. Он меня искал?

Это совсем нехорошо. Хаски, как же ты меня подставил! Но и я виновата. Надо было просто следить за временем, и нечего теперь перекладывать ответственность на блондина. Матвей старше, он имеет законное право гулять столько, сколько ему вздумается.

Стою, прижавшись плечом к стене, и жду приговора. Отец выходит из гостиной, ставшей его комнатой. Лицо суровое, как в зале перед боями его парней. Взгляд напряженный, нечитаемый. На сильных руках повздувались вены.

— Прости, пожалуйста, — облизываю пересохшие губы и чувствую на них вкус Матвея.

— Ты чего бледная такая? — Терехов в два шага оказывается рядом. — Лекси, обидел кто? — беспокойно и нервно поднимает мое лицо выше, пытаясь найти ответ в глазах.

А я неожиданно для себя и него подаюсь навстречу, обнимаю его мощный торс и прижимаюсь щекой к груди. Там сердце отбивает, как барабаны на рок-концерте. И дышит отец как будто растерянно. Так же растерянно обнимает в ответ и гладит широкой ладонью по спине.

Мне тепло и надежно в его руках. После случившегося в казино очень нужно было почувствовать опору. Я действительно очень сильно испугалась. Хаски хотел произвести впечатление? У него получилось. Вспомнила, как пересматривала новости с кадрами с места убийства мамы и отчима, с задержанием напавшей на них банды. Мне было одиннадцать, и мой мир тогда стремительно рушился. Детство внезапно закончилось.

Время помогает затянуть даже такие раны, но иногда они вскрываются и причиняют сильную боль. Непрошеные слезы скатываются по щекам. Я редко плачу. Наверное, это тоже последствия событий семилетней давности. Сегодня просто не тот случай. Попав в крепкие, горячие и очень искренние объятия отца, во мне будто лопнул ком всех переживаний последних дней и теперь выливается влагой на его футболку.

— Пойдем. — Он уводит меня на кухню.

Выдвигает табурет ногой. Сажает меня, присаживается на корточки, снимает с меня Сашины туфли. Откидывает их в коридор. Поднимается, наливает воды и вкладывает стакан в ладонь, сверху зажимая своей.

— Спасибо, — делаю несколько глотков. Размазываю слезы вместе с макияжем по щекам.

— Кому голову открутить? — спрашивает отец.

— Мне, — улыбаюсь, шмыгнув потекшим носом. — Я же опоздала.

— А еще не брала трубку, не предупредила, что задержишься, не сказала, с кем и куда идешь гулять, — перечисляет он весь список моих провинностей чуть вибрирующим голосом. — За это придется отвечать, — строго говорит папа.

— Согласна.

— Лекси, — Терехов проводит пятерней по коротким волосам, облокачивается бедрами на кухонную тумбу, — я понимаю, что мы с тобой знакомы всего ничего, и принимаю твое право не озвучивать причину своих слез. И, может, я делаю не все, что должен делать отец для дочери. Ты мой первый родительский опыт. Сразу со своим устоявшимся характером, привычками и прошлым, — нервно смеется. — Но если вдруг очень захочется поделиться, я открыт. Даже… нет, тем более если это касается парней или тебя обижают…

— Не обижают, — кручу головой. — Честно. Да и парня пока нет. Зато, кажется, появилась подруга. Мы с ней хотели в выходные проехаться по бассейнам.

— Черт, точно! Бассейн. Ты чего не напоминаешь? Закрутился совсем.

— Да я сама могу найти. У тебя же работы много.

— Ее всегда много, Лекси, — вздыхает он. — Иногда меня можно и нужно из нее выдергивать. Иди отдыхай, утром обсудим и бассейн, и твое наказание.

Все натянутые внутри меня пружинки расслабляются, и я, словно пьяная от эмоций, поднимаюсь, чмокаю отца в щеку и сбегаю в комнату. Бабушка бы меня уже с потрохами съела, со смаком обглодала косточки, прочитала лекцию о моей непутевости и безответственности и посадила под домашний арест на пару месяцев без права на УДО.

После душа надеваю свою любимую пижаму, достаю телефон, чтобы проверить будильник, и вижу на нем аж целых пять пропущенных от настырного Хаски. Мне не хочется с ним говорить, но, зная, что не отстанет, пишу короткое сообщение:

«Я дома».

«Я уже на низком старте. Собрался бегать по подъездам ближайших к той остановке домов и искать Улыбашку».

Скидывает свою фотку в машине. Половина четвертого утра.

Подумав немного, пишу ему ответ:

«Не надо меня искать».

«Почему? Это из-за сегодняшнего?»

«Спокойной ночи, Хаски».

Убираю телефон под подушку и зажмуриваюсь. Он настырно жужжит от частых сообщений. Не смотрю. Пытаюсь спать. Выходит что-то пограничное. Сегодня без кофе я точно не выживу.

Утром глаза еле открываются после умывания холодной водой, а отец, кажется, и вовсе не спал. Ставит передо мной кружку кофе. Вторую наливает себе. Садится напротив. Я послушно жду вердикта.

— Так, Лекси, вчера ты заставила меня волноваться. Очень сильно. Ты ведь в городе недавно, ничего и никого практически не знаешь. А в большом городе случиться может что угодно. Ты ведь девушка, не парень, который может и сдачи дать. Знаешь ведь наверняка, сколько отморозков по улицам ходит…

— Я понимаю, — делаю глоток из своей чашки. — Прости. — Мне правда все еще ужасно стыдно.

— Принимается, но давай-ка так. До конца следующей недели дома ты должна быть не позже восьми вечера. Если решится с бассейном, пересмотрим график. И, Лекси, я все же должен знать, с кем ты уходишь и хотя бы примерно по какому маршруту. Я не прошу отчитываться о каждом шаге, но обязан быть в курсе, куда мне срываться за своей дочерью в таких вот ситуациях.

— Таких ситуаций больше не будет. Но я поняла.

— Хорошо. Дальше. Держи, — протягивает мне визитку. — Динара Асановна, очень хороший женский тренер. Я с ней созвонился, она завтра готова с тобой встретиться. Адрес там на развороте есть. И еще, — протягивает мне банковскую карту, завернутую в цветной стикер, на котором ручкой выведено четыре цифры. — Это твои карманные расходы. Сейчас там больше ежемесячной суммы. Купи себе одежду. И не молчи о таких вещах. Чужие туфли, чужое платье… Лекси, это унижает меня и как отца, и как мужчину.

— С этой стороны я об этом как-то не думала.

— Понимаю, — кивает отец. — Поэтому проговариваю. Давай, собирайся в темпе, я тебя до университета подброшу.

Хаски и его компании сегодня снова нет. Занятия проходят спокойно. На последней лекции нам с Сашей приносят пригласительные. Я убираю свое в сумку, твердо решая, что никуда не пойду. Мне вчерашней встряски хватило выше головы.

На экране все еще висит напоминалка о пачке непрочитанных сообщений от Матвея. Смахиваю их все разом. Не буду читать.

— Точно не едешь? — уточняет Саша, пока мы прогулочным шагом двигаемся в сторону остановки.

— Точно. До завтра, — машу ей, перебирая пальцами воздух.

— Ага. В одиннадцать у «Авроры».

Саша порекомендовала заглянуть именно в этот небольшой торговый центр. Выберем мне что-то из одежды и к трем поедем на встречу с Динарой Асановной.

Добравшись до дома, устраиваю себе быстрый перекус и принимаюсь за уборку. Запускаю стиральную машинку, готовлю еду на сегодня и завтра. К вечеру сажусь на кухне заниматься.

У нас очень много интересных и сложных предметов. Вчитываюсь:

'Психодиагностика спортсмена ставит своей целью изучение спортсмена и его возможностей в определенных условиях спортивной деятельности:

— особенностей протекания психических процессов;

— психических состояний (актуальных и доминирующих);

— свойств личности;

— социально-психологических особенностей деятельности.

Психодиагностика осуществляется в процессе отбора, в тренировочном процессе и в соревнованиях.

Проводится она для того, чтобы в последующем сформулировать психолого-педагогические и психогигиенические рекомендации'.

Сдавливаю виски, закрываю глаза и шепотом повторяю все, что запомнила. Спотыкаюсь, подглядываю в текст и повторяю снова.

Телефон раздражающе вибрирует, выдергивая меня из процесса обучения.

«Ты не пришла, а я очень тебя ждал».

Следом стикер грустного песика. Откопал же… Специально!

«До утра катался и думал о прошедшей ночи, о нашем поцелуе».

У меня губы вспыхивают. Касаюсь их пальцами. Покалывает, и его вкус словно вновь появляется на языке. Вчера я совсем не думала об этом. Да и сегодня весь день не до того. Мой мозг будто намеренно заблокировал этот момент, чтобы я могла постепенно переваривать наше экстремальное свидание. И вот сейчас волна за волной меня накрывает ощущениями от его теплых губ и бесстыжего языка, хозяйничавшего у меня во рту.

«Я выиграл бой. Надеялся, ты увидишь, что я умею побеждать по-настоящему».

«Поздравляю» — не выдержав, пишу ему.

Мне почему-то улавливается тоска в сообщениях голубоглазого извращенца.

«Можем отметить сегодня. Обещаю максимально классический вечер».

«Не могу».

А если честно, мне нужно время, чтобы понять, готова ли я продолжить общение с парнем, в жизни которого есть такие опасные увлечения.

«Дай мне шанс извиниться, раз впечатлить не вышло».

«Меня наказали» — пишу ему правду. «Так что сегодня в любом случае уже бы не получилось. На завтра тоже планы. И послезавтра я буду занята» — придумываю на ходу.

«Понял. Тогда в понедельник в универе увидимся. Принимаю заказы на чай/кофе/пирожные к завтраку».

«Хорошо» — улыбаюсь, набирая ему очередной ответ. «Я подумаю».

«Люблю девочек, которые умеют это делать. До встречи, Улыбашка» — и снова стикер с милым песиком, в этот раз посылающим мне воздушный поцелуй. И губы опять начинает покалывать, а сердце стучать немного чаще.