Две плети

Глава сорок вторая

Четыре года назад

Кирилл меня наказал. Не физически. Но все равно очень больно. Он лишил меня себя. А это было для меня самым страшным. Он меня игнорировал. Лишил своего внимания, не звонил, не писал. Удалил себя из моей жизни.

Я чувствовала себя брошенной. Только ошейник на моей шее не давал окончательно впасть в отчаяние. Он его с меня не снял, а значит, я все еще принадлежу ему. За эту мысль я крепко держалась все эти дни, сгорая от боли и тоски.

Кирилл сказал, для меня не должно быть ничего важнее его и отправил домой подумать об этом. И я думала. Вот уже двадцать четыре дня изводила себя мыслями о нем. По минутам воспроизводила нашу последнюю встречу, вспоминала его слова, мои мольбы и слезы. Я любила Кирилла, боготворила, он стал для меня центром Вселенной. Находиться вдали от него было невыносимо. Мне не хватало его. Душа страдала без внимания моего Господина.

До Кирилла я воспринимала Тему иначе, в большей степени сосредотачиваясь на внешних атрибутах. Он же утопил меня в ней, продемонстрировал самую суть, наполнил уникальными эмоциями. Не всегда приятными, порой болезненными, но очень сильными, яркими, прошибающими до основания. Именно в такие моменты я чувствовала, что врастаю в него сильнее, привязываюсь крепче, погружаюсь в нашу связь глубже...

— Алин, может, погулять сходим? — В очередной раз Арина пыталась меня растормошить. — Ну сколько можно лежать?

— Не хочу.

Все эти дни я заставляла себя ходить на работу, а вечерами сворачивалась на кровати в клубок и мысленно умоляла Кирилла прекратить наказание. Очень хотелось ему написать, но я знала, что нельзя этого делать. Этим я только вызову его недовольство, ухудшу свое положение, а потому смиренно продолжала выносить его тотальное игнорирование.

— Алин, так нельзя. — Арина села рядом и потянула одеяло, доставая меня из моего укрытия. — Ты не замечаешь, что происходящее уже ненормально? Кирилл странно на тебя влияет. Я вообще перестала тебя узнавать. Ты всегда была жизнерадостная, веселая, а теперь что? Со мной почти не разговариваешь. Любимую йогу забросила. Плачешь целыми днями. Вы поругались?

— Нет. Я ведь уже говорила. Просто такие правила между нами.

— Дурацкие правила. Ты же страдаешь. Зачем все это? Я не понимаю.

Невозможно объяснить человеку далекому от Темы, зачем все это. Арина знает, какого рода отношения связывают меня и Кирилла, но в силу возраста и отсутствия опыта их суть уловить неспособна. Для нее это все выглядит странно и бессмысленно. Только тот, кто всей душой жаждет подчинения, кто так же, как и я желает ощутить власть мужчины над собой, кто нуждается в контроле и моральном давлении, поймет меня.

— Я не смогу без него, — сказала я тихо. Стоило мне представить, что мы с Кириллом расстались, глаза тут же увлажнились, душа заныла в протесте. Нет, подобного исхода я не хотела.

— Без него ты хотя бы на человека была похожа, а сейчас от тебя прежней только тень осталась. Что будет дальше? Ты увязла в своем Кирилле. Никого и ничего вокруг больше не замечаешь. Знаешь… Прости, но ты порой выглядишь как безумная. Алин, я уже боюсь за тебя.

Слова Арины достигли цели. Я настолько замкнулась в себе и своей рефлексии, что совсем забыла о сестре находящейся на моем попечении.

— Все хорошо. Не переживай. — Я заставила себя сесть и обняла Арину.

— Что «хорошо», Алин? Что? Нет ничего хорошего. Ты влюбилась в своего Кирилла по уши и не замечаешь, что он ведет себя с тобой как скотина.

— Это не так, — тихо, но упрямо возразила я. — И не ругайся, пожалуйста. Маме бы это не понравилось.

Арина громко вздохнула.

— То, что ты с собой делаешь, маме бы не понравилось тоже.

На секунду сестра заставила меня взглянуть на все происходящее со стороны. Я действительно стала другой, мои приоритеты сильно сместились, но дело в том, что меня это не волновало. Все, что имело для меня сейчас значение, это мое наказание, которое длилось уже целую вечность.

— Он совсем не интересуется тобой, твоими делами. Может пропасть на дни и даже недели. Не считает нужным хотя бы позвонить. А ты лежишь тут, переживаешь, плачешь, почти не ешь. Если бы тебе не нужно было ходить на работу, ты бы, наверное, вообще с кровати не вставала, сутками горюя по человеку, который этого не стоит.

— Ты неправа. Он стоит… всего этого стоит.

Я понимала, как для Арины выглядели мои отношения с Кириллом, но их нельзя оценивать через призму романтических. Они таковыми никогда не были. Он мой Господин, я его нижняя. Если смотреть с этой стороны, то происходящее между нами было вполне нормальным. Кирилл вел себя со мной согласно его роли и установленным правилам. Все строго в рамках Темы.

— Ты уверена, что Кирилл это тот, кто тебе нужен?

— На сто процентов, — сразу ответила я, не рассматривая иных вариантов. Только Кирилл и никто другой.

— Я волнуюсь за тебя. Мне страшно наблюдать за тем, что ты с собой делаешь.

— Нет причин для волнений. Правда, — старалась я успокоить Арину. — Со мной все в порядке.

— Да прекрати это повторять! Ничего не в порядке, Алина, но ты упорно не желаешь этого замечать. Ты забросила все и всех, в том числе и меня. Когда мы в последний раз куда-то выбирались вместе? Не помнишь? Я тебе скажу: почти три месяца назад. Но даже тогда ты прервала наш поход в кино и убежала к Кириллу, стоило ему пальцем поманить. Для тебя имеет значение только он.

— Это не так. Ты тоже важна для меня.

— Все меньше в это верится.

Обвинения Арины были справедливы. Я действительно уделяла ей все меньше внимания, проводя свободное время с Кириллом или находясь в постоянном ожидании встречи с ним.

— Мы обязательно сходим с тобой и в кино, и куда захочешь.

— Когда?

В этот момент на мой телефон пришло сообщение. Имя «Кирилл», мелькнувшее на экране, заставило сердце учащенно забиться в груди. Все посторонние мысли молниеносно покинули голову. Мгновенно моим вниманием вновь единолично завладел Кирилл.

«Через час заеду за тобой».

Внезапная радость подскочила к горлу. Руки задрожали. Эмоции вихрем закрутились внутри лишая меня самообладания. В один момент настроение полярно изменило направление, взмывая вверх. Мое наказание, наконец, закончилось. Я метнулась к шкафу, на ходу снимая с себя домашнюю одежду.

— Кирилл?

— Кирилл, — подтвердила я, улыбаясь во весь рот.

Арина покачала головой.

— Надеюсь, и до меня когда-нибудь дойдет очередь.

Душу кольнуло чувство вины. Я плохо поступала с сестрой, в очередной раз выбирая не ее. Но желание увидеть Кирилла перевесило все остальное.

— Мы сходим куда-нибудь на следующей неделе. Обещаю.

— Для него ты всегда находишь время.

Я умоляюще посмотрела на Арину, прося прощения.

— Не обижайся, пожалуйста. Ты моя сестра и всегда будешь для меня на первом месте.

— Совсем этого не чувствую.

— Ариш, малыш, пожалуйста, прости за то, что уделяла тебе мало времени в последние месяцы. Я постараюсь это исправить. Обещаю.

Арина ничего не ответила, и я вернулась к выбору одежды на сегодняшний вечер.

— Он вертит тобой, как хочет, а ты потакаешь ему в этом.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь.

— Да куда уж мне, — закатила Арина глаза. — Но из нас двоих сейчас ты будто младшая неразумная сестра, а не я.

— Я никогда не считала тебя неразумной. — Я рассматривала платья на вешалках, придирчиво выбирая самое лучшее. Для Кирилла я всегда старалась выглядеть идеально. Очень хотелось соответствовать ему. А он всегда был на недосягаемой для меня высоте.

— Зато я тебя сейчас считаю.

— Приятно знать, — бросила я на Арину шутливо серьезный взгляд.

— Пообещай хотя бы, что подумаешь над моими словами насчет Кирилла.

— Хорошо, — сказала я и стремительно убежала в душ, уже через минуту забыв о своем мимолетном обещании.