Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей

Глава 20

Я приходила в себя постепенно. Сначала вокруг зажужжали чьи-то противные голоса. Они раздражающе спорили, а моя голова слишком болела. Скажу им, чтобы заткнулись. Мне плохо! Но неожиданно я услышала голос владетеля Анкердорма и застыла.

— Как вы смогли выкрасть мою невесту из замка⁈ И мне не нужны жалкие оправдания! Только правда, или я раздавлю вас, как червей!

Его голос грохотал в моей черепной коробке, как колокол, но я сдерживалась и не стонала. Лежала молча, не открывая глаз, чтобы не попасться владетелю под горячую руку.

— Бастиан, прекращай кричать, — немного устало произнес совсем рядом сумасшедший шаман-пироман. — Я безумно рад, что у тебя появилась невеста. И даже не сомневаюсь, что она истинная. Поверь, никто не хотел, да и не смог бы выкрасть ее. Мы спасли ей жизнь. А ты неблагодарная…

Рядом что-то с грохотом упало, и кто-то захрипел.

— Вальдус, — от ледяного голоса владетеля по спине пополз холодок, — я сохранил тебе жизнь и даже закрыл глаза на то, что ты притворяешься хорготским шаманом. Но ты знаешь, как я ненавижу предателей⁈ Поверь, ты очень пожалеешь, если я хотя бы начну подозревать тебя в попытке навредить леди Ильвине!

— От-пус-ти, — прохрипел шаман. Рядом опять что-то шумно упало. — Успокой свою паранойю! Твоя невеста обратилась в дракона и улетела из замка, а над пустошами превратилась обратно. Я едва спас ее после всех этих скачков магического поля! Ты благодарить меня должен, а не душить! Кстати, твоя невеста пришла в себя.

Притворятся дальше спящей, не имело смысла. Я приоткрыла веки и поймала взгляд льдистых глаз владетеля.

— Ты превратилась в дракона? — спросил он и присел рядом со мной на скамейку.

Голос у владетеля был такой усталый и… нежный? Может его подменили? Я не могла оторвать от него взгляда, как завороженная, но сумела помотать головой и прошептать:

— Я в птицу превратилась с красными перышками.

Он как-то криво усмехнулся.

— А как из клетки улетела, птичка?

Я неловко пожала плечами.

— Не знаю, я спала. Думала, вообще во сне летаю, а оказалось на самом деле.

И тут в моем поле зрения появилась Нунги. Я видела, как ей было страшно, но она храбрилась. Переступила с ноги на ногу и решительно заговорила:

— Владетель Анкердорм, леди Ильвина сама сделала в стене окно и улетела. Я очень напугалась и побежала к вождю, чтобы он помог ее разыскать. Она могла разбиться или замерзнуть.

Пока говорила, Нунги теряла страх, а к концу речи стала поглядывать на владетеля с некоторым вызовом. Правда, после его насмешливого хмыканья в конце ее речи, она сдулась и спряталась за спину вождя, который сидел на скамейке немного в отдалении.

— В следующий раз маленькая хорготка помни, кому служишь, — буквально прошипел владетель. Его лицо на глазах наливалось злостью. — Если с леди Ильвиной в следующий раз что-то случиться, ты должна сразу же бежать ко мне. На первый раз я тебя прощу, но только на первый. Помни мою доброту.

Вождь с кряхтеньем поднялся со скамейки и примирительно произнес:

— Владетель, не гневайся, — Он поднял руки ладонями к нам, как будто сдавался. — Мы помочь хотели. Спасали твою невесту.

Но Анкердорм неожиданно зарычал:

— Помочь⁈ Ты для этого ее в свою деревню притащил?

Вождь покаянно наклонил голову.

— Я думал, шаман Кочгу подскажет, что с ней случилось. Ваша невеста начала терять магию.

Сидящий на соседнем столе шаман хохотнул, закинул ногу на ногу и отпил из стакана, который небрежно держал в руке. На удивление шаман был цел, только часть бороды с волосами подпалились, и рукава куртки красовались обгорелыми обшлагами. Везунчик. Я вот опять лежала в купальнике под какой-то дерюжкой. Надеюсь так, как шаман не оплешивела. Своими рыжими кудрями я дорожила. Я оттянула одну прядь. Вроде обгоревших волосков было не видно.

— И шаман помог! — с обидой произнес он. — Буквально вырвал из когтей пустоши глупенькую драконицу. И где благодарность? — Шаман отсалютовал бокалом в нашу с владетелем сторону.

А на меня вдруг такая злость накатила. И чего он тут бравирует? Сам меня в открытый огонь лицом сунул и сидит такой довольный. Пусть радуется, что я не умерла от болевого шока и лежу тут рядом, пока претензий не предъявляю!

— Спасибо, что в камине погрели. Вот я бахнулась на раскаленные угли и сразу согрелась. Вы же еще в первый день, когда я к вам в пустоши упала, планировали меня сжечь?

Точно! Я смотрела на ошарашенное лицо шамана и понимала, что дикари не сами меня искали во льдах. Их же какой-то шаман послал жечь демона. Как я могла это забыть⁈

— Это правда? — Владетель поднялся, и по углам комнаты закружились мини-вьюги. — Ты пытался убить мою невесту?

И тут шаман испугался. По-настоящему. На лице выступила испарина, глаза испуганно бегали. Он что, правда, хотел меня убить⁈

— Нет, конечно! Вы все неправильно поняли! — он слез со стола и встал напротив владетеля. Оказалось, что они были очень похожи: атлетичные блондины, высокие. Только шаман был пониже и пожиже. — Я рисковал, но угли ей не навредили. А если бы она проглотила парочку, в огонь можно было вообще не лезть.

Я возмущенно открыла рот. Что за наглость⁈ Он даже не раскаивался. Возмущается, сволочь, что не смог накормить меня раскаленными углями!

А вот владетель рассердился еще больше. Свет в доме стал меркнуть, и настоящая снежная поземка поползла по полу.

— Ты что, решил использовать на леди Ильвине древний обряд, даже не убедившись, что ей хватит сил принять пламя?

Лицо шамана стало совсем белым.

— Ты не понимаешь! — воскликнул он и глянул на меня умоляюще. — Действовать нужно было немедленно. Вождь тебе подтвердит, если бы я не воззвал к первородному огню, она бы в лучшем случае потеряла магию, а в худшем — замерзла бы на хрен. Тебе что, не достаточно моего слова⁈

— Пустоши стали пить ее, — подтвердил вождь. — Девочка начала холодеть. Я уж грешным делом подумал, что…

Что там хотел сказать вождь я так и не узнала. Владетель Анкердорм подхватил меня на руки и пошел к выходу.

— Вас всех ждет наказание, — холодно сказал он, не останавливаясь. Я почти со слезами на глазах проводила стол, полный разносолов и глянула на владетеля. Между бровей у него залегла злая морщина, и губы были сжаты. — Ты тоже будешь наказана, — сказал он мне.

И я возмущенно вскрикнула:

— Да за что⁈ Я тут пострадавшая сторона!

— За то, что врала и хотела от меня сбежать!