Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей

Глава 25

С диким криком я летела вниз. Злость на Бастиана моментально прошла, остался только животный, неконтролируемый страх. Несмотря на все законы физики, земля удалялась все дальше и дальше. Я не знаю, как Бастиан это сделал, но пустошь, которая казалась с башни совсем близкой, теперь терялась в чернильной темноте неба. Я летела в бездну! Господи, помоги!

Голова кружилась, меня тошнило. Ветер хлестал в лицо, выбивая слезы. Ну же, ну же! Дракон, или кто ты там, который прячется в моем теле, появись! Я махала руками, пытаясь вызвать хоть какие-то рефлексы, чтобы выскочили эти дурацкие крылья. Появитесь, пожалуйста! Вы мне так нужны! Ну, пожалуйста! Но руки в крылья не превращались, а земля вдруг начала стремительно приближаться.

В голову пришла странная сумасшедшая идея: я расстегну пару пуговиц шубы и спланирую вниз, как белка-летяга. Но едва я с трудом вытолкнула пуговицы из петелек, как сраную шубу содрало с меня, и она исчезла где-то за спиной.

Все. Я умру. Эта мысль ударила, как молотком по голове. Я сжалась в полете, стараясь стать меньше. Смирилась. Сделать все равно ничего не успею.

Но внезапно меня сжали огромные когти. Рывок. Я плавно опускаюсь вниз. Когти Дамиана разжались метрах в двух-трех от земли, и я кубарем скатилась в сугроб.

Облегчение накатило как цунами. Сердце колотилось как шальное, адреналин и эндорфины зашкаливали. Это было круче оргазма. Намного круче. Я засмеялась, ощущая как сердце бьется в груди, и лицо обдувает слабый ласкающий ветер. Я жива! Я все еще есть!

Услышала раздраженное над ухом:

— Какого хрена ты не превратилась?

Я подняла голову и увидела обеспокоенное и весьма злое лицо Бастиана Анкердорма.

— Я тебя ненавижу. Никогда не выйду за тебя замуж, — сказала ему безапелляционно.

Он хмыкнул и присел рядом со мной в снег.

— А тебя никто спрашивать и не будет, — он взял мою руку и сжал пальцы на запястье. Проверяет сердцебиение что ли?

По руке побежали странные мурашки, достигли сердца и разлились приятным теплом. Похоже, меня сейчас или лечили, или диагностировали.

— Не боишься, что я тебя отравлю или чего похуже сделаю. Знаешь, женщина вполне может испортить жизнь мужчине, если очень захочет.

Бастиан опустил мою руку, поднял глаза к небу и ухмыльнулся:

— Знаю. У меня есть целый гарем. Вот где сидят барышни, которые знают толк в этом деле. Пошли, — весело проговорил он, поднялся и дернул меня вверх, — отведу тебя к ним. Пусть дадут еще пару уроков ненависти. К свадьбе ты должна быть во всеоружии.

Я вздохнула и стряхнула подтаявший снег с бедра. Холодно не было. Опять двадцать пять! Снова я в этих пустошах, и снова в купальнике. Пришла пора радоваться, что его с меня так просто не снять. А то щеголяла бы сейчас голым задом среди сугробов. Вот было бы смешно.

Едва я открыла рот, чтобы выдать Бастиану очередную остроту, как резкий порыв ветра принес едва слышное:

— Элеонора, помоги.

Голос был мужским и смутно знакомым. Я оглянулась. Не знаю, кого я там планировала увидеть, но ожидаемо, кроме Бастиана никого поблизости не было. Почему-то я чувствовала, что этот мужчина, которому требовалась помощь, где-то очень далеко.

Вдруг мне стало холодно. Еще один порыв ледяного ветра заставил меня сжаться и обнять себя за плечи.

— Слышал? — неуверенно проговорила я, вглядываясь в лицо Бастиана, и уже понимая, что не слышал.

— Что? — спросил он, хмурясь. — Тебе стало холодно?

Я смогла только кивнуть. Меня просто колотило, зубы отбивали чечетку, а ноги сводило судорогами от холода. Я растирала плечи, тщетно пытаясь согреться. Бастиан снял свою куртку, укутал меня и поднял на руки.

Он щелкнул пальцами, и как по команде дунул новый порыв ветра. Он принес с собой снежную круговерть, которая закрутилась вокруг нас так плотно, что все вокруг исчезло. Когда снег исчез, оказалось, что мы уже в замке.

— Круууто! — протянула я с издевкой. — Дяденька, а вы и вправду маг?

Я хлопала ресницами и с преданной глуповатой улыбкой смотрела на Бастиана. И его это неожиданно взбесило. Он резко разжал руки, я едва удержалась на ногах, слегка оперлась на него, но он сбросил мою руку и отошел.

— Вижу, тебе лучше, — хмуро сказал Бастиан. Опять он превращался в того типа, который мне не сильно нравился. Не люблю злых бук и самодуров. — Скажу тебе прямо. Я оставляю тебя в гареме до первого предупреждения. Если ты будешь нарушать дисциплину, устраивать там безобразия или не дай Боги посмеешь сбежать, ты сразу же переедешь в мою комнату и мою постель.

Серьезная угроза. Вот теперь я по-настоящему растерянно хлопала ресницами. Такой злости на свое невинное в принципе замечание я точно не ожидала. Вот он поступил со мной гораздо хуже, убить пытался, скинул с башни, а я ведь не строю из себя обиженку.

— Но мы же… — начала я.

Но Бастиан перебил.

— Я все сказал.

По ногам опять задул ветер со снегом, заставляя меня поджимать заледеневшие ноги. Да что это за мужик-то такой, чуть что сразу метель вызывает. Истеричка!

Бастиан быстро зашагал по коридору, и я молча поплелась следом. Потому что идти было теплее, чем оставаться на месте. Да и спорить было не о чем, думаю, начни я права качать, ничем хорошим это бы не кончилось.

Через пару метров мы вышли к знакомому мосту, который соединял основной замок и гаремную часть. В прошлый раз Бастиан нес меня по нему на руках, но в этот наверно не станет. Злой и смотрит волком. Но я оказалась не права, Бастиан молча взял меня на руки и перенес к гаремной части.

Пару десятков шагов и мы у знакомой двери. Бастиан открывает дверь, и на нас обрушивается настоящее цунами из женских визгов, всхлипов и яростных разборок.

— О, Боги! — взревела рядом леди Фарингой.

— Ты жива! — Леди Меланья подскочила и сжала меня в медвежьих объятьях.

А вот следующие слова Бастиана Анкердорма погрузили гарем в оглушающую тишину.

— Если леди Ильвина исчезнет из гарема в следующий раз, каждый из обитателей получит по десять плетей. Если она умрет, вы тоже все умрете.