Искренне, твоя неудобная жена

ГЛАВА 7 Лука

Впервые за несколько недель я остался один дома. Винсент улетел обратно в Италию, забрав с собой весь свой хаос.

Я провел вечер в блаженной тишине, ел еду, которую приготовил, и никто не разговаривал через мое плечо, и пил скотч, который спрятал от него, чтобы он не вылил его на одну из женщин, которых таскал сюда.

И это вовсе не паранойя. Год назад он открыл бутылку «Макаллана», которую я приберег для особого случая, и выпил ее с тела женщины, которую встретил тем вечером. Большая часть впиталась в матрас моей гостевой спальни, и я чуть не заплакал от этого.

Я также целый год не пускал его обратно в свою квартиру. Единственная причина, по которой я это сделал на этот раз, был сердечный приступ моего отца. Вин обеспечил столь необходимое отвлечение от беспокойства.

Теперь я сидел в своем кабинете, с большим количеством «Макаллана» в стакане, с ноутбуком на коленях и просматривал досье о трудоустройстве некой мисс Сирши Келли.

У нее были рекомендательные письма от десяти последних работодателей, и все они были блестящими. Я с неохотой пришел к выводу, что все, что она сказала мне в ту ночь, когда была здесь, не было ложью. Мои чёртовы уши просто неправильно расслышали её имя. Если бы я услышал имя Сирша, я бы задал вопросы, потому что в Денвере не так много шестифутовых блондинок с таким именем, а о лучшей подруге Элиз я был прекрасно осведомлён — слушал о ней годами.

Но как она могла не знать, кто я?

Моя потребность в ответах превзошла мой здравый смысл. Я вошел в электронную почту своей компании, чтобы отправить ей сообщение.

Кому: saoirsekelly@rossimotors.com

От: lucarossi@rossimotors.com

Сирша,

Ты знала, кто я?

Лука

Ей потребовалось меньше пятнадцати минут, чтобы ответить.

Кому: lucarossi@rossimotors.com

От: saoirsekelly@rossimotors.com

Лука,

Что ж, здравствуйте, сэр.

Нет, я не знала, кто ты. Ты сказал мне, что тебя зовут Люк (теперь я понимаю, что ты имел в виду Люк, но тогда я этого не знала), и у меня не было причин подозревать, что ты тот, кого я должна была знать. (прим. В первом случае пишется как самостоятельное имя Luke, во втором — Luc, как сокращение от Luca)

Если бы мы смогли оставить нашу первую встречу позади, это было бы здорово. У нас одни и те же друзья, и я работаю в твоей компании как минимум следующий месяц, так что будет проще сделать вид, будто ничего не произошло, ты согласен?

Искренне,

Твоя неудобная связь, Сирша-не-Саша

Откинувшись на подушки, я читал и перечитывал ее ответ. По электронной почте она была так же дерзка, как и лично.

И она была права. О повторном перепихоне не могло быть и речи. Не только потому, что мы оба были глубоко вовлечены в один и тот же круг друзей, но и потому, что мне больше не разрешалось спать с кем-либо.

Теперь я действовал прямо и узко.

Тем не менее, несмотря на все эти причины, я ответил ей по электронной почте.

Кому: saoirsekelly@rossimotors.com

От: lucarossi@rossimotors.com

Сирша,

Я прошу прощения за то, что ошибся с твоим именем. Если ты помнишь, ты делала глоток вина, когда сказала мне его. К тому же это не имя, которое я часто, или вообще когда-либо, слышу, так что прости за ошибку. Это больше не повторится.

Я согласен, нам следует оставить это позади, но я не смогу этого забыть. Когда я правильно двигаю губами, на языке все равно чувствуется немного сахара. И еще сумка с вещественными доказательствами...

Желаю тебе еще одной приятной недели работы в «Росси Моторс».

Лука, твой босс.

Утром в понедельник я прошел через вестибюль «Росси», кивнув охранникам на стойке безопасности. Я опоздал из-за утренней видеоконференции, которую провел из домашнего офиса, поэтому в лифте было пусто, за исключением одной одинокой женщины.

Конечно.

Сирша Келли жонглировала двумя подносами с кофе и большим бумажным пакетом, глядя на освещенные номера над лифтами. Ее длинные ноги, удлинившиеся благодаря высоким каблукам, были скрещены в лодыжках, подпирая хрупкое бедро в сторону. Ее волосы рассыпались по спине мягкими волнами. Стоя неподвижно, она производила впечатление кинозвезды пятидесятых. В ней было что-то от Грейс Келли.

Пока она не открывала рот.

— Тебе нужна помощь с этим?

Она повернулась, ее розовые губы приоткрылись, когда ее взгляд остановился на мне. Однако ее удивление длилось недолго.

— Спасибо, очень нужна. — Она протянула один из подносов.

Подняв бровь, я взял у нее поднос.

— Они попросили тебя принести кофе?

— Машина сломалась. Добавь к этому понедельник, а у половины команды сжатые сроки, и это настоящая катастрофа. Я вызвалась просто чтобы уйти от раздражительности без кофеина.

Двери лифта распахнулись, и я вошел за ней. Она нажала кнопку своего этажа, и ее рука зависла над панелью.

— Тут нет кнопки для руководящего этажа.

— Нет. — Я указал на датчик над цифрами. — Мне нужно предъявить карту, но обычно я просто пользуюсь руководительским лифтом.

Ее брови взлетели вверх.

— Ух ты. Звучит уютно. Тебе не обязательно ездить с плебеями.

— Есть некоторые преимущества в этой работе.

Она глубоко вздохнула.

— Кстати, спасибо, что написал мне.

— Я заметил, что ты не ответила на последнее.

Ее нос сморщился.

— Ну, это было немного неуместно, учитывая, что это сказал мой босс.

Впервые за сегодня я усмехнулся.

— Все, что касается босса, еще не решено. Я над этим поработаю.

— Я до сих пор не могу поверить, что ты Лука, Лука.

— Мне трудно поверить, что ты не Саша.

Двери на ее этаже распахнулись. Я не решался последовать за ней, и она обернулась, наклонив голову.

— Ты не пойдешь или решил украсть мой кофе?

— Я иду. — Я вышел, дверь за мной закрылась. — Я не был на этом этаже... я не знаю. Может, никогда.

— Действительно? Разве ты не давно здесь работаешь?

— С тех пор, как я закончил колледж. Я остаюсь наверху.

— По словам Элизы, Уэстон регулярно посещает каждый уровень своего здания.

— Я не Уэстон. — И мне не нравилось, что Сирша сравнивала меня с ним.

— Нет, не он. Судя по тому, что я однажды слышала и испытала, ты в десять раз менее сварливей, чем он. Хотя сейчас ты этого не доказываешь.

Нетерпеливо ожидая окончания этого разговора, я дернул подбородком.

— Отлично. Показывай дорогу.

Улыбка, которой она наградила меня, была широкой и сияющей, освещая ее до кончиков пальцев ног.

— Хорошо, босс. Пойдем.

Когда я пришел, моя сестра ждала в моем офисе и работала на своем ноутбуке за моим столом.

— Убирайся. — Я сказал это без всякого тепла и энергии.

Клара на мгновение оторвалась от компьютера, затем ее взгляд вернулся к монитору.

— Ты невероятно опоздал, Лука. Ты сказал мне, что выходишь из дома девяносто минут назад.

— Я вышел. Последний час я провел в маркетинге.

Ее взгляд снова метнулся ко мне.

— Что? Почему?

Я поправил галстук и плюхнулся в кожаное кресло с хромированными вставками напротив своего стола.

— Решил взять пример с Уэстона.

— Уэстон Олдрич управляет совсем другой компанией, чем мы. — Она сжала губы, ее глаза сузились. — И всё же, уделить внимание своим сотрудникам не помешает, особенно учитывая, что ты был отсутствующим руководителем все эти годы.

— Я тоже так подумал.

Я положил лодыжку на колено и посмотрел на сестру. В тридцать четыре года Клара была на три года старше меня и всех дел. Она была золотым ребенком в семье, серьезной и преданной «Росси Моторс» практически с самого рождения.

Она хорошо выглядела за столом генерального директора. Естественно. Но мантия не упала на нее. Клара была операционным директором «Росси», и она была чертовски хороша. Если бы она присматривалась к моей нынешней работе, она бы никогда об этом не сказала. Всегда понимали, что компания перейдет ко мне, когда придет время, но я не думаю, что кто-то из нас предсказывал, что время придет так скоро.

— Что ты делаешь в моем офисе? — спросил я.

— Очевидно, жду тебя. — Она захлопнула ноутбук и обошла стол. Вид ее выпирающего живота все еще выбивал меня из колеи. За четыре с половиной месяца, проведенных вместе с моей будущей племянницей, Клара вела себя так, как будто ничего не изменилось, за исключением того, что на ее обычно подтянутой фигуре теперь заметно увеличивался живот. — Я прочитала отчет консультантов.

— Так ты зря потратила время на чтение ерунды?

— Они правы, Лука. Нельзя отрицать, что женатые руководители считаются более заслуживающими доверия, чем одинокие.

— Опять же, это полная ерунда. — Мои пальцы скользнули по моим волосам и сильно дернули их. — Сколько друзей мамы и папы регулярно изменяют своим женам? Я бы сказал, большинство, если не все.

— Как бы то ни было, дело в восприятии. — Она надвинула на макушку очки в темной оправе, выразив мне свою версию сочувствия. — Я пришлю тебе список приемлемых женщин, с которыми тебе следует познакомиться. Это не должно быть так ужасно.

— Говорит женщина, сама выбравшая себе мужа.

Миллер Фэйрфилд был хорошим мужем на бумаге, а это означало, что мои родители всем сердцем его одобряли. Настолько, что недавно его повысили до финансового директора «Росси». Лично я думал, что у него бумажная личность, и я ни разу не видел, чтобы он смотрел на Клару так, как наш отец смотрел на нашу мать: как будто она была сокровищем, и он это знал. Но он был здесь уже десять лет, так что я принял его как постоянного члена семьи. К счастью для меня, его было легко игнорировать, когда мне не приходилось иметь с ним дело напрямую.

Однако в последнее время он стал ежедневно сообщать мне новости из семейного бизнес-блога, который, по словам Миллера, был настроен на то, чтобы сообщать об ошибках «Росси». Эта новая привычка жутко раздражала, но, пока я кивал и мычал в ответ, он оставлял меня в покое, как только заканчивал свою тираду.

Я представляю, что Клара слушала это бесконечно. С другой стороны, она умела постоять за себя и свой бизнес, так что, возможно, ей удавалось пресекать его гораздо легче, чем мне.

— Я выбрала мужа, который принесет пользу этой семье и нашей компании, Лука. Я не выходила на улицу резвиться и фотографироваться, нюхая кокаин с груди случайных шлюх в ночных клубах.

Я поднял руки вверх.

— Такого никогда не было. Ты думаешь, я этим занимаюсь?

Она застонала себе под нос.

— Независимо от того, сделал ты это или нет, это восприятие. Тебя часто фотографируют выходящим из ночных клубов с разными женщинами под руку. Публика — наши акционеры — заполняют пробелы в том, что ты делаешь внутри этих клубов.

Прежде чем я успел начать свое опровержение, Клара вскрикнула, ее руки полетели к животу. Я в тревоге придвинулся на край дивана.

— Ты в порядке?

Она кивнула, плотно сжав губы.

— Ребёнок шевелится. Ей, должно быть, нравится твой голос.

В одно мгновение я оказался перед ней на коленях. Она взяла мою руку и провела ею по направлению к своему животу. Моя племянница мгновенно дала знать о своем присутствии, изо всех сил порхая у моей ладони.

— Это безумие, — произнес я.

— Я знаю, — прошептала она. — Иногда она икает, и меня поражает воображение при мысли, что внутри меня икает крошечный человечек.

Я встретил мягкий взгляд сестры.

— Ты правда думаешь, что ей нравится мой голос?

— Думаю ей нравится. Пока мы разговаривали, она оживилась.

Наклонившись поближе, я заговорил со своей племянницей:

— Привет, Bella. Это дядя Лука. Я чертовски умираю от желания встретиться с тобой.

Клара пнула меня в колено.

— Не ругайся при ребенке.

— Дерьмо. — Я вздрогнул, когда она снова меня ударила. — Прости, bambina. Дядя Лука поработает над этим еще до твоего рождения. Нам будет очень весело. Твои мама и папа хорошие, и они будут любить тебя как сумасшедшие, но я буду тем, кто научит тебя всем диким вещам, которые они тебе не позволят делать. Это будет наш маленький секрет. Ты и я, малышка.

Клара толкнула меня в лоб, отбросив меня на колени.

— Ты не развратишь мою дочь.

Я поднял большой и указательный пальцы на расстоянии дюйма друг от друга.

— Немного?

Она прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать усмешку.

— Нет, Лука. К тому времени, как она родится, ты все равно исправишься.

— Я согласен подчистить свой имидж, но вы никогда не заставите меня быть Миллером.

Она закатила глаза.

— Никто не хочет, чтобы ты был Миллером. Будь самим собой, просто... более спокойной версией с красивой, респектабельной женой рядом. Это так ужасно?

— Этого бы не было, если бы это было мое решение.

Она похлопала меня по плечу.

— Я понимаю, но нам всем приходится приносить жертвы. Кроме того, это может быть лучшее, что с тобой когда-либо случалось.

Когда она наконец ушла с напоминанием просмотреть список приемлемых женщин, которых она собиралась мне прислать, я опустился на стул и потер правую бровь.

Это было частью моей работы, и на меня оказывалось давление, чтобы преуспеть в ней. Не только от членов совета директоров и акционеров, но и от всей семьи Росси, большинство из которых зарабатывали на жизнь благодаря компании.

Нет ничего хуже осознания, что почти всё состояние моей большой семьи зависит от работы, которую я выполняю на должности, которую я совсем не хочу.

Хочу я того или нет, но это было моим.

Пришло письмо от Клары. Ее список. Одна только мысль о том, чтобы «выбирать» себе жену таким способом, вызывала у меня отвращение. Моя сестра была одной из моих самых близких подруг, но мы были совершенно разными людьми. Не было абсолютно никакой возможности, чтобы какая-либо женщина, которую она считала приемлемой, могла меня заинтересовать.

Я все равно открыл ее письмо.

Иногда приходилось приносить жертвы.