Искушенный Наследник

ГЛАВА 4

ДЭШ

Глядя на закрытую дверь кабинета Кристофера, я то и дело возвращаюсь мыслями к тому, что он сказал в субботу. Мы договорились, что оба возьмем время на раздумья, прежде чем

принимать окончательное решение.

Дети. Брак. Мы.

Я вспоминаю, как Кристофер встречался с девушками в прошлом. Если это вообще можно назвать свиданиями. Во время учебы он был королем связей на одну ночь. Я никогда не видела его в серьезных, длительных отношениях. Дольше всего он встречался с одной и той же девушкой... сколько? Три недели? Черт, я уже и не помню.

Дверь внезапно открывается, и я быстро перевожу взгляд на лежащий передо мной контракт. Кристофер кладет на мой стол папку с документами по последней сделке.

— С этим всё в порядке, можно пускать в работу.

— Хорошо. — Я забираю папку и, отодвинув стул, поднимаюсь.

Когда я собираюсь отойти от стола, Кристофер спрашивает:

— Организуешь нам обед?

Оглянувшись через плечо, я отвечаю:

— Конечно. Есть особые пожелания?

Его глаза прикованы ко мне, и в них читается выражение, к которому я не привыкла. Это что, интерес?

Уголок его рта приподнимается: — На твой вкус.

— В час? — спрашиваю я, улыбаясь в ответ.

— Пожалуйста.

Подойдя к лифту, я нажимаю на кнопку. Заметив, что Кристофер всё еще смотрит мне вслед из конца коридора, я спрашиваю:

— Что-то не так?

Он медленно качает головой, пока двери лифта открываются передо мной.

— Мне нравится это платье.

— Спасибо, — хмыкаю я, заходя в лифт и нажимая кнопку этажа Райкера.

Я улыбаюсь ассистентке Райкера: — Привет, Доррис. Как дела?

Она окидывает меня взглядом с ног до до головы и вскидывает бровь:

— Ого, ну разве ты не красотка сегодня? Платье — просто блеск, дорогая.

— Благодарю. — Протягивая ей папку, я говорю: — Передай это

Райкеру, хорошо?

— Конечно.

— Как дети? — интересуюсь я.

Доррис закатывает глаза: — Они меня в могилу сведут раньше срока. Вчера Джеймс делал уроки по математике. И тут я слышу: «Дважды два — the son of a bitch is (сукин сын) четыре. Трижды два — the son of a bitch is шесть». Послушай, у меня душа чуть в пятки не ушла.

Я начинаю смеяться.

— И что дальше?

— Я позвонила его учительнице, и та объяснила, что он, скорее всего, пытается сказать «the sum of which is» (сумма которых составляет), а получается... ну, сама слышала.

Мой смех эхом разносится по офису, мне приходится обхватить себя руками, чтобы хоть как-то успокоиться.

— Излишне говорить, что я ему этого никогда не забуду, — добавляет Доррис, подливая масла в огонь моего веселья.

— Это бесценно, — выдыхаю я. Боже, обожаю Доррис. Если бы она была моей помощницей, я бы вообще ничего не успевала из-за разговоров. — Ты просто сделала мой день.

— Всё что угодно, лишь бы видеть твою милую улыбку, — льстит она мне.

— Если когда-нибудь устанешь от Райкера, переезжай на этаж выше, — подшучиваю я.

Она фыркает.

— Райкер без меня просто развалится на куски.

— И то правда, — смеюсь я, направляясь к выходу. — Хорошего дня!

— И тебе, деточка! — кричит она мне вслед.

Вернувшись к столу, я заказываю суши на обед и погружаюсь в чтение контракта, чтобы подготовиться к двухчасовой встрече, когда клиент придет на подписание. Наконец я заканчиваю и подготавливаю всё в конференц-зале.

Как раз в тот момент, когда я возвращаюсь на место, Коди ставит два контейнера с суши на мой стол.

— Спасибо. — Я достаю наличные из кошелька и протягиваю ему. — Пожалуйста, не соединяй меня ни с кем ближайшие полчаса.

— Понял.

Забрав наш обед, я захожу в кабинет Кристофера. Он резко вскидывает голову и, завидев меня, встает. Мы усаживаемся за круглый стол. Открыв контейнер, я ставлю его перед Кристофером.

— Надеюсь, ты не против суши.

— Всегда за, — бормочет он.

Пока мы едим, я пересказываю ему историю Доррис, и наш короткий обед проходит на приятной ноте. Глянув на часы, я произношу:

— Хочу еще раз всё проверить до прихода мистера Салливана.

— Уверена, что справишься с ним одна? — спрашивает Кристофер, пока я собираю пустые контейнеры.

— Конечно.

Выйдя из кабинета, я выбрасываю мусор и иду в дамскую комнату вымыть руки и освежиться. Я как раз заканчиваю последнюю проверку, когда звонит телефон.

— Дэш Уэст у аппарата.

— Мисс Уэст, к вам мистер Салливан, — сообщает Питер, один из охранников с первого этажа.

— Можете присылать его наверх.

— Слушаюсь, мисс Уэст.

— Спасибо, Питер.

Завершив звонок, я иду к лифту, и через пару минут двери открываются.

— Мистер Салливан. Спасибо, что пришли.

Мы обмениваемся рукопожатием, и он говорит: — Рад слышать, что мы подписываем документы сегодня.

Жестом указывая налево, я произношу: — Сюда, пожалуйста.

Когда мы подходим к конференц-залу, я бросаю взгляд сквозь стеклянную перегородку и, завидев там Кристофера, хмурюсь. Я же сказала ему, что справлюсь сама.

КРИСТОФЕР

Когда совещание наконец заканчивается и двери лифта закрываются за мистером Салливаном, я возвращаюсь в свой кабинет. Дэш стоит, прислонившись к моему столу и скрестив руки на груди. Мой взгляд скользит по её фигуре — в этом платье она выглядит слишком сексуально.

— Зачем? — спрашивает она.

— Что «зачем»? — я невозмутимо сажусь в свое кресло.

Дэш поворачивается ко мне лицом.

— Зачем ты вмешался? Я же сказала, что сама проведу встречу.

Потому что в этом платье тебя хочется трахнуть прямо здесь, а Салливан холост.

— Просто захотелось поприсутствовать, — ухожу я от правды.

Дэш наклоняет голову набок: — Ты считаешь, я не в состоянии справиться с простым подписанием документов?

— Вовсе нет. — Я перевожу взгляд на экран ноутбука.

— Тогда зачем ты меня опекал, как ребенка?

Вздохнув, я смотрю на неё.

— Дэш, я просто хотел посидеть на этой встрече.

Чтобы убедиться, что у Салливана не возникнет насчет тебя никаких лишних мыслей. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы вокруг тебя обнюхивал территорию другой мужик.

Фыркнув, она в раздражении всплескивает руками и направляется к выходу. Мой взгляд тут же приклеивается к её заднице. С тех пор как мы заговорили о детях и браке, во мне будто тумблер переключился. Раньше я заставлял себя не смотреть на Дэш как на женщину, но теперь, черт возьми, я только это и вижу. Благодаря её платью я хожу возбужденным половину гребаного дня.

Я тянусь к телефону и набираю её внутренний номер.

— Что? — огрызается она.

— Я не хотел оставлять тебя наедине с Салливаном, — признаюсь я.

— О... почему?

Я зажимаю переносицу пальцами.

— Потому что я собственник. Ты это про меня знаешь.

Дэш смеется: — Мистер Салливан безобиден.

Это ты так думаешь.

— Мир? — спрашиваю я.

— Ладно, мир.

Положив трубку, я качаю головой и пытаюсь сосредоточиться на следующей сделке.

Она меня точно доконает.

Я пялюсь на задницу Дэш, пока она наклоняется, чтобы снять туфли. Оставив их у дивана, она идет к холодильнику.

— Вино или бурбон?

Я прочищаю горло, прежде чем ответить:

— Бурбон, пожалуйста.

Скинув пиджак на спинку дивана, я выхожу на балкон через раздвижные двери. Делаю глубокий вдох, наполняя легкие ночным воздухом.

— Держи, — говорит Дэш, подходя сзади.

Я забираю стакан.

— Спасибо.

Наблюдаю, как она опускается на мягкую кушетку и делает глоток вина. Я сажусь напротив, не сводя с неё глаз. Наш субботний разговор сделал меня чертовски нетерпеливым.

— Это куда лучше, чем пахать до полуночи каждый день, — улыбается она поверх бокала.

— Согласен.

Теперь у меня есть время заняться личной жизнью, которой последние пять лет просто не существовало. На самом деле меня это не особо беспокоило, потому что Дэш и так была со мной двадцать четыре на семь. В каком-то смысле она уже была моей.

— О чем ты там думаешь? — спрашивает она.

— Обо всей этой затее с ребенком и браком, — признаюсь я.

Бровь Дэш взлетает вверх: — Появились сомнения?

Я качаю головой и ставлю стакан на столик. Подаюсь вперед, упираясь предплечьями в бедра.

— Ни малейших.

— Да?

Кивнув, я встречаюсь с ней взглядом.

— А ты что скажешь?

Она делает долгий глоток вина, затем произносит:

— Я всё время мечусь между мыслью, что это гениальная идея, и страхом, что это будет ошибкой. — Она пожимает плечами. — Пыталась вспомнить, какой ты в отношениях, но, честно говоря, ничего не пришло в голову.

— Это потому, что у меня никогда не было серьезных отношений, — напоминаю я.

— Тоже верно. — Дэш на мгновение задумывается. — И каким же ты будешь?

Я усмехаюсь.

— Скорее всего, доминантным придурком и жутким собственником.

Губы Дэш изгибаются в улыбке.

— В принципе, такой же, как сейчас.

Я киваю и, понимая, что именно её пугает, добавляю: — Я буду внимательным, Дэш. Это не будет «холодный» брак. Я знаю, чего ты хочешь, и сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

Её взгляд смягчается.

— Вот за это я тебя и люблю.

Я беззвучно смеюсь и прихлебываю бурбон.

— Я просто не хочу... — она запинается, закусив нижнюю губу. Спустя минуту она делает глубокий вдох и заканчивает: — Я не хочу, чтобы это было вынужденным. Чтобы мы заставляли себя.

— Само собой, — соглашаюсь я. Встав на ноги, я подхожу к ней. Забираю бокал из её рук, ставлю на стол и помогаю ей подняться. Когда она оказывается прямо передо мной, глядя на меня с немым вопросом, я шепчу: — Закрой глаза.

Она слушается. Я жду пару секунд, затем кладу ладонь ей на шею.

— Ни о чем не думай. Просто сосредоточься на моих прикосновениях.

Уголок её рта приподнимается. Я чувствую её нежную кожу под рукой, впитывая её красоту. Господи. Я хочу Дэш во всех смыслах. Я всегда считал её своей, но роли просто друга мне больше недостаточно. Мне нужна она вся.

Медленно я склоняюсь к ней, пока наши щеки не соприкасаются, и шепчу:

— Сосредоточься на моем дыхании.

Я выдыхаю ей прямо в ухо. Дэш кладет руки мне на талию, сжимая пальцами ткань моей рубашки. Я слегка поворачиваю голову, касаясь губами её челюсти, вдыхая её цветочный аромат. Когда её дыхание учащается, я отстраняюсь. Грудь наполняет чувство удовлетворения при виде её приоткрытых губ. Она медленно открывает глаза, и когда её взгляд фокусируется на мне, я улыбаюсь:

— Это не будет «вынужденным», Дэш. Это я тебе обещаю.