Измена. Любимых (не) предают

12

Что это? Она беременна??

Не то, чтобы это сильно удивляет, но… Геворг всегда хотел детей. Он сам из многодетной семьи, рос среди многочисленных братьев и мечтал о такой же большой семье.

Но мне не хотелось уходить в декрет сразу же после замужества. Я просила его немного подождать. И вот результат…

Значит, это и есть причина его измены? Он просто хотел наследников? Даже неважно от кого?

С трудом сглатываю, переводя взгляд на мужа. Тот держит меня за руки, глядя в лицо больным взглядом.

— Она что, беременна от тебя?

Он щурит глаза.

— Закрой рот, дорогая. Тебе ли меня обвинять…

— Что??

Не выпуская моей руки, мужчина ведет обратно к машине. Нина судорожно что-то набирает в телефоне. Понятно, что от Геворга меня сейчас никто не защитит. Уж тем более хрупкая Нина.

И мне очень хочется взять себя в руки, вырваться от него, но что я могу? Я, слабая женщина против огромного мужчины, который, к тому же, свою силу на мне уже демонстрировал?

— Куда ты меня тащишь?

— Домой, поговорим.

— О чем нам с тобой разговаривать?? Отпусти, мне больно!

— Будет еще больней.

— Ты в своем уме?

Ему всё равно. Кажется, муж совершенно слетел с катушек, и мне от этого до безумия страшно.

Нас окружает толпа охранников. Незаметно отрезает путь, беря в кольцо. Мне плохо, я дрожу от волнения и страха, не понимая, что происходит вокруг.

Геворг пытается растолкать мужчин, но у него не выходит. Они оттесняют его от меня. Муж рычит, а я выскальзываю из этой толпы, пятясь прочь.

Вижу свекровь.

Она торопливо идет в мою сторону. Ну уж нет.

Разворачиваюсь и бегу на стоянку такси. Нина за мной. Мимоходом бросаю взгляд на Ареса. Тот не поменял своей позы. Так и стоит, облокотившись бедром о капот своего авто.

— Не за что, — бросает мне след.

Свекрови не удается нас догнать. Мы садимся в первое попавшееся такси и называем адрес.

Я откидываюсь на сиденье, закрывая глаза. Меня трясёт.

Чего Геворгу еще от меня нужно? У него уже есть беременная любовница, так почему не отпустить? Еще и свекровь приплел…

Хорошо, что не всю семью собрал. Страшно представить, что тут началось бы.

Нина осторожно трогает мою руку.

— Мне кажется, тебе пока что нельзя выходить из дома, — говорит она негромко, — что-то странное творится. Чего они добиваются?

Пожимаю плечами. Кто бы знал.

— Думаю, за это время он привык считать меня своей собственностью. Разводиться у них не принято, знаешь… вот и Геворг посчитал, что я не могу уйти без его разрешения. А он не разрешал.

В голове всплывает давнее воспоминание. Как мы видели свекра с другой женщиной… выходили с мужем из молла, а тот как раз выезжал с парковки. И на переднем сиденье авто была вовсе не свекровь.

Я задала мужу закономерный вопрос, но тот меня проигнорировал, отвлёк какими-то другими новостями.

Теперь стало понятно. Но Леокадия… почему она одобряет такое положение вещей? Традиция, привычка? Или просто некуда пойти от неверного мужа?

Неужели крыша над головой дороже самолюбия?

Теперь еще и яростно помогает сынуле возвратить строптивую собственность. Нина права. Какое-то время мне нужно не показываться им на глаза.

Опять же неудобства для Нины. Из груди вырывается тяжелый вздох. Угораздило… врагу не пожелаешь.

Только я не Леокадия, я не стану покорной овцой. Хочет вернуть — перехочет. Заявление подано, даже два. Могу подать еще одно в полицию, свидетелей предостаточно.

Закрываю лицо руками, тяжело дыша. Но слез нет. Эмоции мне сейчас ни к чему, нужно успокоиться и взять себя в руки.

— Я и правда не знаю этого человека, хозяина бара, — поднимаю голову, смотрю на подругу измученным взглядом. — Если б знала, то наверняка сказала бы тебе об этом.

Она поджимает губы.

— Я еще никогда не встречала таких наглых типов, — выдыхаю, глядя куда-то мимо неё. — Он домогался до меня в туалете, представляешь?

— Но это же он помог тебе сбежать от мужа, — возражает та неуверенно. — Я видела, как он кивнул охранникам, и они оттеснили его от тебя.

— Я его не понимаю… я вообще сейчас мало чего понимаю, — шепчу расстроенно. — Я будто в чём-то очень сильно провинилась, и это мое наказание. Только в чём?

Ника тяжело вздыхает.

— Всё наладится.

Медленно киваю, вдруг вспомнив:

— Хочется верить. Любовница Геворга, знаешь… кажется, она беременна.

Глаза подруги округляются.

— Вот же гад! Ты уверена?

— Очень похоже на то, если она, конечно, не поиздевалась. Ничуть не удивлюсь. Хотя, какая теперь разница. Главное, что не я.

Покачав головой, Нина достает кошелек, чтобы рассчитаться с таксистом.

Через минуту мы идем к подъезду.

— А что у вас с Лёхой? — вспоминаю.

Она снова тяжко выдыхает и тянется за ключами.

— Он очень ревнивый… и дернул меня черт согласиться на танец с тем парнем. Это все коктейль.

Закатываю глаза. Ещё один ревнивец.

— Знаешь, вся эта ревность от неуверенности в себе.

Она согласно кивает.

— Так я ему и сказала. Психанул и ушел.

М-да… о Лехе я была лучшего мнения.

Поднимаемся на этаж, Нина открывает дверь, но та распахивается на десять сантиметров и резко замирает.

— Лёха? — напряженно зовёт девушка, — что за дела? Убери цепочку!

— Явилась? — слышится из квартиры не самым трезвым голосом, — Нагулялась уже? Вот где гуляла, туда и иди!

— Ты серьёзно сейчас? — злится подруга. — Вот и уйду!

Леха молчит пару минут, и Нина хлопает дверью так громко, насколько возможно. Через пару мгновений она снова распахивается, и мы видим помятого мужчину.

Он смотрит недобро.

— Хочешь домой? Заходи, — тянет сквозь зубы, переводя мутный взгляд с нее на меня, — только без подружки. Эля на тебя очень плохо влияет.