Измена. Я больше тебе не принадлежу (СИ)

Глава 2. Антон

Деньги любят тишину, но на выездных тусовках московской элиты они почему-то всегда орут благим матом под звон хрустальных бокалов.

Ненавидел такие мероприятия пять лет назад, ненавижу и сейчас. Десятки одинаковых костюмов на фоне цветущих яблонь, натянутые улыбки, разговоры ни о чем, за которыми кроются попытки урвать кусок пожирнее. Сплошной нетворкинг и ярмарка тщеславия на свежем весеннем воздухе. Возвращение из Дубая далось тяжело. Там была стройка, жара, бетон и прозрачные правила игры. Здесь же все по-другому - обманчивый московский май, фальшивый райский сад на территории винодельни и прошлое, от которого я так и не смог убежать, сколько бы нулей ни прибавлялось на банковских счетах.

- Антон, ну ты присмотрись к проекту, цифры там вкусные, - вещает мне в ухо Стас, мой приятель и по совместительству партнер по парочке новых объектов.

- Присмотрюсь, - киваю я, делая свой коронный жест левой рукой, который дает понять, что разговор окончен.

Я беру с уличной барной стойки стакан с виски и делаю глоток, не чувствуя вкуса. Я знаю, что она здесь. Стас обмолвился еще пару дней назад, когда скидывал приглашение на этот чертов загородный банкет. Сказал, что организацией занимается «агентство Ники Лариной». Я тогда убедил себя, что мне плевать. Москва на самом деле город маленький, рано или поздно столкнулись бы. Но я почти сразу осознал, что соврал самому себе, как дешевка.

Поворачиваюсь к саду и почти сразу нахожу ее взглядом.

Ника.

Время как будто ставит на паузу весь этот гудящий улей среди виноградников. Я залипаю на ней, забыв о стакане в руке. Она изменилась. Дело не в прическе или этом белом кружевном платье, так ярко контрастирующим со спелыми красными яблоками на ветвях. Что-то в осанке. Раньше она летала, была живой, смешливой, настоящей. Сейчас она стоит с идеально прямой спиной, натянутая как струна. Координирует, улыбается гостям. И я с двадцати метров вижу, что эта ее вежливая улыбка не доходит до глаз. Мертвая идеальная картинка среди весеннего цветения.

А потом я замечаю его .

Мужик старше нее, в безупречном костюме инпошив, стоит вплотную. Его рука лежит на ее талии. Хотя нет, она даже не лежит - она жестко, по-хозяйски держит. Я умею читать людей, в бизнесе без этого ты труп. Этот хрен не просто муж, он собственник и всем видом он маркирует свою территорию.

В груди вспыхивает первобытная ярость, смешанная с тошнотой от самого себя. Я сам отдал ее в чужие руки пять лет назад, когда испугался и повел себя как малолетний кретин.

Внезапно Ника поворачивает голову, и сквозь падающие лепестки наши взгляды сталкиваются.

Я вижу, как она моментально бледнеет, и как расширяются ее глаза. Между нами десятки людей и цветущие деревья, но я физически чувствую, как ее прошибает током. Я стою, не двигаясь, позволяя ей рассмотреть меня. Я вернулся, Ника. И я больше никуда не сбегу.

Ее муж что-то говорит ей, заметив заминку. Его рука сжимается на ее пояснице, и он бросает в мою сторону тяжелый, оценивающий взгляд.

- О, а вот и хозяйка вечера, - радостно гудит над ухом Стас, проследив за моим взглядом. Он, очевидно, не в курсе наших прошлых дел. - Пойдем, Тоха, познакомлю. Нам как раз нужен толковый пиар для нового комплекса, а ее агентство сейчас в топе.

Прежде чем я успеваю послать Стаса к черту или придумать отмазку, он хлопает меня по плечу и решительно тащит прямо через сад. К ней, и к мудаку, который держит ее за талию.

Деваться некуда. Я натягиваю свою самую деловую и дружелюбную физиономию и иду навстречу своему прошлому.