Измена. Я больше тебе не принадлежу (СИ)

Глава 3. Ника

Расстояние между нами сокращается с каждой секундой, и с каждым его шагом среди цветущих яблонь становится всё меньше воздуха. Вокруг гудит элита московского бизнеса, звон хрустальных бокалов смешивается с приглушенным джазом от живого бэнда, но для меня этот звук сейчас словно сквозь толщу воды. Я слышу только шум в ушах от учащенного сердцебиения.

Держи лицо, Ника. Держи свою идеальную фарфоровую маску. Ты не имеешь права сейчас показать свои эмоции и слабость.

Рядом со мной Дима. Его пальцы, до этого просто по-хозяйски лежавшие на моей талии, теперь впиваются в белое кружево платья, фиксируя меня на месте. Он не делает резких движений, со стороны это выглядит как поддержка любящего мужа, но я кожей чувствую его железную хватку. Дима грозным взглядом смотрит на приближающихся мужчин. Он еще ничего не знает, но его территориальный инстинкт уже сработал на сто процентов. Он чувствует угрозу.

Стас, партнер нашего агентства по нескольким объектам, радостно тащит Антона прямо на нас. Широкая улыбка Стаса кажется на фоне того кромешного ада, который сейчас разворачивается у меня внутри.

Антон останавливается в метре от нас. Его костюм сидит безупречно, подчеркивая ширину плеч. На лице светится дежурная улыбка во весь рот, которую я помню наизусть. Только глаза… черные, глубокие, они смотрят на меня так, будто эти пять лет не значили ничего. Будто не было той грязи, той боли, того пепла, на котором я заново отстраивала свою жизнь.

- Ника, дорогая, -гудит Стас, перекрикивая музыку. - Позволь представить. Это Антон Рябов, мой хороший друг и новый партнер по застройке на южном направлении. Антон, это Ника Ларина. Лучший пиарщик в этом городе. Если кто и сделает нам красивую картинку для инвесторов, то только она.

Я делаю микроскопический вдох. Мышцы лица привычно растягиваются в вежливой, дежурной улыбке. Ни один мускул не должен дрогнуть. Вместе с весенним ветром я вдыхаю аромат яблоневого цвета, но он не приносит облегчения.

- Мы знакомы, - ровным, низким голосом произносит Антон.

Его голос бьет меня под дых. За прошедшие годы он стал еще жестче, увереннее. Я смотрю в его глаза и вижу там бездну, в которую мне категорически нельзя падать.

- Вот как? - Стас удивленно вскидывает брови. - Мир тесен.

- Очень, - соглашается Антон, не отрывая от меня взгляда. Он делает паузу, которая длится ровно на секунду дольше приличного. Секунду, за которую в воздухе между нами вспыхивает высоковольтная дуга. - Ты хорошо выглядишь, Ника.

Не смей. Эта мысль бьется в черепной коробке как раненая птица. Не смей смотреть на меня так. Не смей произносить мое имя этим тоном. Ты потерял это право пять лет назад.

- Спасибо, - мой голос звучит настолько сухо и профессионально, что даже я сама поражаюсь своей выдержке. - Рада видеть.

Дмитрий рядом со мной неуловимо меняет позу. Он делает полшага вперед, слегка задвигая меня за свое плечо, проявляя классический жест доминирования. Его тяжелая, горячая ладонь скользит с моей талии и ложится мне на спину, между лопаток.

- Дмитрий, - муж протягивает Антону свободную руку. - Муж Ники.

Антон переводит взгляд на Диму. На долю секунды в его черных глазах будто проскальзывает легкое раздражение, которое моментально исчезает и мой бывший парень спокойно протягивает руку в ответ.

- Антон.

Их рукопожатие длится долго, даже слишком. Два самца, два сильных игрока на одной территории молча сцепляются в невидимой схватке, сжимая ладони так, что белеют костяшки. Никто не хочет уступать первым. Я чувствую, как напряжена спина мужа, как он чуть подается вперед.

Наконец, Антон плавно разжимает пальцы. Легкая, почти презрительная полуулыбка касается его губ.

- Наслышан о ваших проектах, Дмитрий. Впечатляет, - произносит он ровным тоном.

- Взаимно, - холодно парирует Дима. - У нас, к сожалению, плотный график. Ника сегодня слишком устала. Стас, детали по вашему объекту обсудите с помощниками Ники в понедельник.

Дима не спрашивает меня, а просто ставит перед фактом.Он разворачивает меня, мягко, но безапелляционно направляя прочь от дегустационной стойки. Я не оборачиваюсь, потому что физически не могу заставить себя посмотреть назад, ведь точно знаю: Антон смотрит мне вслед.

Мы молча идем по освещенным гирляндами дорожкам винодельни, оставляя позади цветущий сад, и выходим на гравийную парковку. Дима отдает распоряжение водителю, и мы садимся на заднее сидение автомобиля. Двери захлопываются, отсекая шум чужого праздника и запах весны. Внутри машины царит идеальная шумоизоляция и тяжелая тишина.

За окном мелькают темные силуэты загородных деревьев, а затем начинают плыть огни ночной трассы, ведущей в Москву. Дима сидит рядом, расслабленно откинувшись на кожаную спинку кресла, но я знаю эту расслабленность. Это стойка кобры перед броском.

Я закрываю глаза, притворяясь уставшей. Голова раскалывается.

- Кто это был? - голос Димы прерывает тишину салона.

Открываю глаза и смотрю прямо перед собой на темную обивку кресла водителя.

- Я же сказала Стасу. Мы знакомы по работе. Пересекались несколько лет назад на одном объекте.

- По работе, - медленно повторяет муж. - Интересно.

Я поворачиваю голову и смотрю на него. Дима сверлит меня немигающим взглядом. В его светлых глазах нет доверия. Он чувствует какой-то подвох, но не понимает в чем именно дело.

- Дим, я действительно очень устала. Если ты хочешь устроить допрос из-за того, что со мной поздоровался бывший клиент, давай оставим это до завтра.

Я стараюсь отвечать максимально спокойно и четко, потому что знаю, что любая лишняя эмоция в моем голосе даст ему повод прицепиться ко мне с еще десятком вопросов. Дима смотрит на меня еще несколько секунд, а затем медленно, плавно кивает, будто приняв мои слова на веру.

- Хорошо. Отдыхай, родная.

Он отворачивается к окну. И всё. Больше ни единого вопроса. И эта тишина и отсутствие расспросов, внезапно пугает меня, потому что я знаю что это на самом деле гораздо хуже, чем если бы он начал кричать или требовать подробностей. Потому что Дима никогда ничего не оставляет просто так. Он методичен и последователен, и если что-то вызвало у него вопросы, то слов будет недостаточно.

Мы приезжаем домой в нашу огромную квартиру на Фрунзенской. Я иду в спальню на автомате и скидываю туфли, которые, кажется, вросли в ноги. Расстегиваю молнию на платье, позволяя ткани упасть на пол. Я стою перед зеркалом в одном белье и смотрю на свое отражение. Бледная кожа, потухшие глаза. Идеальная кукла в клетке. Я сама выбрала эту клетку, потому что снаружи было слишком страшно.

Беру с туалетного столика телефон, чтобы поставить на зарядку. Экран вспыхивает, освещая полумрак спальни.

На заблокированном экране висит одно новое сообщение с незнакомого номера. Но я знаю, от кого оно. Цифры другие, но привычка не писать лишнего осталась.

«Как ты?»

Я опускаюсь на холодный пуф, сжимая телефон в напряженных руках.