Кон. Его бешеная страсть

Глава 55. Эпилог. Кон

Медовая вся светится на пассажирском сидении пока я везу нас в нужное место.

Блять, до сих пор не понимаю как я так быстро сломался и согласился на это лысое нечто. Усмехаюсь сам себе. Просто ебануться.

Такое только ей в голову могло прийти. И я подыграл, как всегда. Знал же что она не выбросит это из головы и рано или поздно ебучая идея закрадется в ее мозг. Хотя, думаю она в тот же момент уже все придумала, усмехаюсь.

— Скажешь куда мы едем?

Звонкий голос растекается по салону. Бросаю на Медовую взгляд. Волосы аккуратно лежат ровными волнами, желтые глаза сверкают предвкушением и какой то детской радостью, пухлые губы слегка приоткрыты.

Красивая.

Моя.

Но пока не на столько на сколько мне бы хотелось. Я решительно настроен это исправить.

— Увидишь.

Поддерживаю интригу. Хочу по полной впитать ее эмоции.

Сначала думал “нехер заморачиваться, поставлю перед фактом и все”. Но я ж, сука, романтик с недавних пор. Хочу чтобы она запомнила. Хочу видеть ее реакцию и все запечатлеть на внутренний жесткий диск, под корку.

Но внутри какое то неприятное гудение. Будто я трясусь изнутри и отчаянно пытаюсь игнорировать это ощущение.

Не предчувствие — волнение. Легкое. Да, такое, сука, легкое что по телу ток.

Раньше я о такое херне даже не задумывался, а теперь собственными руками вытворяю. Ахуеть.

Подъезжаем к зданию банка. Бешеная озирается, немного хмурится, когда понимает что мы приехали. Это один из самых надежных банков. Тут я храню почти все: компроматы по работе, немного денег, документы. Но в одной из ячеек лежит что то важное.

Почти год назад я закрыл там свою душу. И ни разу за все время не открывал больше ячейку.

Потому что казалось там — боль, адская. Клочек бумаги, который рвал мое сердце. Так же как мои руки неоднократно сминали эту бумажку в порыве ярости. Но выбросить не смог и просто оставит тут, под семью замками.

А недавно я поразительно легко открыл этот гребаный ящик пандоры, который раньше казался моим личным склепом. И положил туда кое что еще. Дающее надежду на что то прекрасное. Надежду на то что Медовая целиком и полностью моя. Будет моей.

Входим в здание, сотрудник банка тут же подбегает к нам с дежурной улыбкой, заискивающим выражением лица и еле заметной дрожью. Так всегда, когда вип клиент посещает свои ячейки.

Медовая идет крепко сжимая мою руку. Без особого интереса рассматривает коридоры по которым нас ведет работник, немного разочарованно вздыхает.

Рассчитывала на ресторан и оркестр? Усмехаюсь, нахер эти шаблоны.

Какого хуя мое сердце забилось как новенький мотор на гоночном болиде? Вспоминаю каких моральных трудов мне стоило в первый раз пригласить бешеную на свидание. А сейчас так и вообще в обморок ебнусь. Сам себе поражаюсь. Веду переговоры с опасными людьми с завидным хладнокровием, а сейчас потрясывает от волнения.

Дожил блять. Походу старею.

Сохраняю внешнее спокойствие, когда сотрудник банка закрывает за собой дверь оставив нас одних в комнате с ячейками. Тут все конфиденциально. Никаких камер и лишних глаз. Кто и что тут хранит одному богу известно.

— Нам нужно что то забрать? — Медовая смотрит вокруг, спокойная, расслабленная, а меня внутри колбасит будто я закинулся чем то мощным.

— Да, ячейка двадцать три.

Ключ ей протягиваю с большим трудом сдерживая дрожь в руке. Медовая удивленно смотрит на меня, немного плечами пожимает, осторожно берет ключ. У меня дыхание перехватывает, когда она прокручивает замок и дверца ячейки с щелчком открывается.

Девчонка оборачивается на меня словно спрашивает можно ли ей туда заглянуть. Я просто киваю. На слова нет сил.

Твою мать, соберись уже, она не откажет!

Сам себя успокаиваю. Один хер я ее не отпущу не зависимо от ответа. Но по самолюбию долбанет знатно. Этот факт меня забавляет. Потому что я уверен в себе на миллион процентов, но Медовая вечно делает дыры в моей психике.

Бешеная открывает дверцу на уровне глаз и замирает. Вижу как глаза у нее расширились, дыхание совсем остановилось. Тишина вокруг начинает затягиваться удавкой на шее.

Подхожу сзади, приобнимаю за талию, сам к ней прижимаюсь. Хочу быть рядом, максимально.

Перед глазами в ячейке стоит листок с надписью “Старый, люблю тебя.”.

Та самая записка, которую она оставила мне тогда, перед тем как пропала. Кажется миллион лет назад.

Сначала я воспринял ее как издевку, херовый розыгрыш. Казалось Медовая зло пошутила надо мной. Комкал листок в руках каждый день упиваясь виски по вечерам, пару раз выбрасывал, но каждый раз доставал. И ненавидел себя за эту слабость. А теперь рад, что сохранил.

Медовая трясущимися руками аккуратно берет потрепанную записку. Кажется она вот вот рассыпется в ее руках. Молча смотрит, проводит пальцем по буквам, словно пишет по новой. И кажется все еще не замечает оставшуюся в ячейке бархатную коробочку на которую опиралась записка.

— Я совсем забыла про нее… — голос тихий, будто после суток рыданий и это болезненно сжимает сердце, но я понимаю ее эмоции, полностью.

Не знаю сколько мы так стоим мысленно погруженные в воспоминания. Все, хорош, пора вернуться к главному. Веду плечом, пытаясь скинуть напряжение прошлого. Прочищаю горло слегка откашлявшись.

— Ты не все достала.

Медовая кажется даже не услышала меня все еще изучая свой почерк. Хватит. Выхватываю бумажку из ее рук, аккуратно складываю и убираю во внутренний карман пиджака. Медовая дергается от этого жеста, словно только что вынырнула из того времени.

Взгляд на меня бросает. Желтые глаза заволокло влагой, но она улыбается. И это меня успокаивает. Снова киваю ей на ячейку. Бешеная смотрит, и кажется еще не понимает что видит.

Смело берет коробочку и только когда вытаскивает ее на свет до Медовой вроде бы доходит.

Оборачивается ко мне с широко раскрытыми глазами. Такими же широкими как моя улыбка. Весь мандраж ушел, уступив место яркому предвкушению.

— Откроешь?

Смотрю на нее приподняв бровь и кайфую. От того как румянец проступает на ее щеках, как кожа покрывается мурашками когда проводит пальцем по бархатной ткани. Убираю прядь волос ей за ухо, обожаю то как она на меня смотрит после такого невинного жеста.

— А ты на колено встанешь?

Говорит уверенно, слегка насмешливо и я смеяться начинаю. Голову запрокидываю от невозможности сдержать эти эмоции. Сука. Вот она умеет конечно сражать наповал. Вообще то я готовился к радостным воплям и слезам счастья. А не к принудительным требованиям полировать пол коленями. Ржу, просто не могу остановиться.

— Если попросишь.

— Вообще то это вроде как ты должен меня о чем то спросить.

Игриво бровь выгибает, улыбается.

Блять, выкручивает мои и без того расшатанные нервы.

Все еще держит коробочку перед собой как что то невероятно ценное, важное, дорогое. Киваю на ее слова. Да, должен спросить.

Выдыхаю, аккуратно нажимаю на кнопку сбоку и крышка коробочки открывается. Пока Медовая раскрыв рот смотрит на кольцо подсвечиваемое мягким светом внутри коробки я достаю второй ключ. Открываю нижнюю ячейку, достаю цветы. Герберы. Ее любимые. Я запомнил.

Медовая от неожиданности отшатывается назад и врезается спиной в ячейки с глухим звуком.

— Стеша, — смотрю в ее шокированные глаза ожидающие каких то романтических слов, но у меня ни единой ебанной идеи в голове, только картинки брачной ночи, которые еще больше затрудняют мое положение. — ты будешь моей женой.

Креатива ноль. Но уж, блять, как смог.

Медовая прищуривается вглядываясь в мои глаза, отталкивается от ячеек, уверенно стоит на ногах.

— Это не вопрос. Ты не спросил! — говорит с напором и я чувствую словно меня загнали в угол. Она опять это делает, выкручивает все так как ей хочется. Усмехаюсь, конечно не спросил. Потому что это конкретное утверждение. Что тут вообще, мать твою, спрашивать?

— Ты ведь знаешь, что я могу добиться твоего ответа не задавая вопрос? — ухмыляюсь, шаг в ее сторону делаю. Медовая вопросительно бровь поднимает. — Как тогда, на кухонном столе.

У меня мелькает плотоядная улыбка, когда бросаю взгляд на небольшой стол в углу комнаты. Медовая сглатывает проследив мои движения. Уже начинает отрицательно качать головой, когда я резко хватаю ее и усаживаю на этот стол явно предназначенный для небольших сумок.

— Прекрати, мы же в банке! — взвизгивает слегка толкая меня в плечо.

Поддаюсь, с трудом отрываю от нее руки. Выхватываю из ее пальцев кольцо. Белое золото с крупным камнем посередине. Тонкое, нежное, чувственное. Медовой подходит.

Девчонка кажется не дышит когда я надеваю его на ее палец. Фух, село как влитое.

Сглатываю, подхватываю ее бедра, резко на себя дергаю. Впечатываю ее в пульсирующий член. Сука, кому нужны все эти предложения когда можно сразу к делу перейти? Я не врубаюсь.

Касаюсь губами ее виска. Бешеная уже вся дрожит, цепляется за мою рубашку, сама ногами меня крепче обхватывает.

— Ты будешь моей женой. — шепчу, Медовая лихорадочно ртом воздух хватает, глаза прикрывает, чистый кайф.

Не отвечает, только мычит что то невнятное, протестующее. Нихера, так не пойдет. Скольжу ладонью по внутренней сторон бедра, сразу под юбку.

Медовая всхлипывает, бормочет про какое то “нельзя”, мне вся “льзя”, никаких “не”. Без вариантов.

— Скажи “да”.

Отодвигаю намокшие трусики. Член отчаянно дергается, напоминает что именно он должен быть там. Медовая дергается, ерзает бедрами по столу, точно мокрое пятно оставит.

— Кон, так нельзя, ты не спросил. — говорит еле слышно, дышит глубоко, взгляд поплыл. — Это шантаж.

Усмехаюсь, ясен хер шантаж. Приятный такой, влажный, с яркой концовкой. Веду языком по ее нижней губе, пальцами собираю смазку между складок. Медовая сама за поцелуем тянется. Ловлю себя на мысли, что кольцо уже на пальце, дело сделано. Осталась формальность в виде ее “да”. И я ее получу.

Пальцы легко скользят внутрь, девчонка вся выгибается, стенки пульсируют внутри. Блять, это никогда не надоест.

Начинаю двигаться в ней, сначала медленно, так что бы она реальность потеряла. Чуть сильнее когда стенки вокруг начинают сжиматься.

Еще немного девочка моя.

— Не скажешь “согласна” и я остановлюсь. — ее глаза вспыхивают раздражением и я улыбаюсь.

Не откажет. Не откажет. Не откажет.

— Три... - веду обратный отсчет, Медовая губу прикусывает, морщится, словно пытается сосредоточиться на ощущениях, что бы кончить раньше чем я досчитаю.

— Два…

Стонет протяжно, отчего мне вот вот крышу сорвет окончательно, во рту пересохло и больше всего хочется впиться ей в губы. Но нет, нельзя. Она должна сказать. Блять, медовая, сдавайся уже.

— Да! — выкрикивает резко, словив оргазм. Я сам сейчас не кончил, но по эмоциям почти то же самое испытываю. “Да” блять! — Но с одним условием.

Нихера себе.

К такому я был не готов.

Опять что то задумала. Сука, ноль злости. Только интерес, азарт, предвкушение. Улыбаюсь как придурок, потому что на любые условия согласен.

Медовая спрыгивает со стола, прижимает ладошки к красным щекам. Глаза блестят, волосы уже не так идеально лежат, но для меня все равно идеально.

— Что за условие? — бровь выгибаю, пытаюсь член утихомирить якобы поправляя ремень.

— Почему “Кон”?

Букет со стола берет, лицом в него ныряет, вдыхает аромат с искренней улыбкой до ушей. Какого хуя я так цветам противился если она такой кайф от них ловит? Надо дарить чаще. Фиксирую эту мысль в голове.

— В детдоме часто в азартные игры играли. — начинаю говорить удивительно легко, раскрываю карты, потому что ей хочется рассказать. — А я не проигрываю. Никогда.

Усмехаюсь, глядя на то как внимательно она меня слушает. Словно тайные законы вселенной ей выкладываю. А не пресловутый факт из детства.

— Каждый кон был за мной. Так и прицепилось. Когда уже подростками стали, я начал на этом деньги делать тайком от воспитателей. И все знали — что бы срубить бабла надо идти к Кону.

Медовая брови поднимает, уставилась на меня как баран на новые ворота.

— И все? — спрашивает словно разочаровавшись ответом, ржу притягивая ее к себе.

— Медовая, не во всем в этой жизни есть тайный, глубокий смысл.

Бешеная посмеивается, обнимает положив голову мне на грудь.

Да, не во всем есть смысл в этой жизни, но в ней, в этой сумасшедшей, уж точно есть.