Утро встречает нас солнцем. И это передаёт силы и хорошее настроение. Антон тоже в хорошем настроении, его болтовня по дороге в школу окрыляет меня. Последние шесть месяцев он стремительно поменялся. Истерик стало меньше, его заинтересованности во всем стало больше. Удивительно, что он даже как-то пытается что-то спеть. Когда я всего лишь короткое время назад мечтала, чтобы он заговорил. И всё это даёт мне стимул идти дальше, перевернуть мир ради него.
На входе в здание офиса всё как обычно. При входе тяжело вздыхаю и ощущаю, как внутри поднимается предательское чувство ужаса.
Может, сбежать отсюда? Зачем мне эта нервотрёпка?
Дети! Тут же себе напоминаю.
Ничего. Всё выдержим. Я ему ещё покажу. За эти две недели, что я не видела Андрея, я успела придумать разные образы, как я буду с ним себя вести. И только вчера вечером я дала себе слово, что отомщу ему.
Моя месть — это безразличие.
Сегодня как никогда мне хотелось выглядеть красивой, тем более что с утра у нас встреча с будущими партнёрами, а там мужчины. Надев чёрную юбку-карандаш, дополнив белой рубашкой, которая смотрится строго, но в то же время подчёркивает женственность, сделав локоны по всей длине волос, надев туфли-лодочки, я чувствовала себя богиней.
Сама себя усмехаюсь: я хотела снаружи выглядеть красиво и непринуждённо, а внутри меня извергался вулкан эмоций.
В офисе уже бурлила работа. Кто-то, заметив меня, здоровался и поздравлял с Новым годом, кто-то не обращал внимания ни на кого вокруг, потому что был весь закопан в работе. Я тоже быстро начала приводить в порядок свой рабочий стол, который завален бумажками. За время моего отсутствия тут достаточно накопилось. Ахнула от всего этого и решила, что сначала мне нужен вкусный кофе с круассаном, самым вкусным, глазированным тёмным шоколадом и покрытым карамельной крошкой.
Ммм
Встаю и иду в сторону кухни. С таким аппетитом скоро от моей талии останется одни воспоминания. В своих кулинарных раздумьях не сразу замечаю, что по длинному коридору мне на встречу идёт Андрей.
От волнения я выпрямляю спину. Делаю вид, что ничего не изменилось, и мы просто коллеги. Он хмуро смотрит прямо на меня, при этом не совершает ни единой попытки в мою сторону.
Просто делительный взгляд.
А я?
Моё сердце стучит как безумная, только эта внутри меня.
Как же я соскучилась!
Наверное если бы мы встретились неделю назад, я вновь попыталась с ним поговорить, попыталась помириться, простить.
А сейчас?
Ничего! Не хочу.
Внутри меня образовалось столько боли от его предательства, поэтому, коротко кивнув, я иду дальше и пытаюсь снова мечтать о своём шоколадном круассане.
— Привет, Ксюш. Тоже кофе хочешь?
— Привет, Ир, да.
— У меня вкусные круассаны, будешь? — подмигиваю ей. Ее глаза загорелись, чуть слюни не пустила.
— У тебя такое лицо, как будто я осуществила самое большое желание.
— Я голодная, всегда голодная, — жалобно простонала она.
После вкусного завтрака я направляюсь на встречу. И молю Бога, чтобы там сегодня вместо Андрея была Алина.
Выйдя из лифта, я цокаю каблуками в сторону зала. Судя по тишине, там уже идут переговоры, а я, как всегда, опаздываю.
Один чёрт!
Открываю дверь, я быстро захожу, чтобы не привлекать особого внимания к себе, так как никогда не любила излишнее внимание. Подняв голову, сталкиваюсь с тёмными глазами Андрея, он как будто смотрит сквозь меня. Бросил на меня тяжелый взгляд. Плотно сжал губы.
Было ожидаемо, что он будет здесь: проект слишком крупный и прибыльный. Всё логично.
Осматриваю его невозмутимым, отстранённым взглядом. Он будто магнитом притянул мой взгляд к себе, и это напрягало. Пытаюсь сконцентрироваться на разговоре, опускаю взгляд в свои бумаги.
В детском доме ты всегда лишён внимания, любви или просто каких-то тёплых отношений. В груди с годами образуется большая дыра.
Пустота.
Многие, когда идут во взрослую жизнь, ищут того, кто сможет закрыть эту пустоту. Я годами ждала, что когда-нибудь какая-нибудь хорошая семья возьмёт меня в свою семью, но нет. Тогда я чувствовала себя плохой, ненужной. Тогда я не могла понять, почему меня никто не забирает в свою семью. Сейчас опять чувствую себя той маленькой девочкой, которая никому не нужна.
Года проходили, а в моей жизни ничего не менялось. Сейчас смотрю на Андрея и понимаю, что я нашла в нём то, что заполнит эту пустоту. Рядом с ним я жила, у меня были эмоции. После всех его слов мне до сих пор хочется подойти к нему и просто обнять, почувствовать его тепло, его аромат, понимать, что он рядом.
В кабинете что-то активно обсуждалось, но я никак не могла сконцентрироваться. Я никак не могла понять, почему я вообще вспоминаю и рассуждаю на эту тему?
Сама себя не понимала.
— Ирина, вы с нами? — неуверенным голосом спросила Ксюша.
Поднимаю глаза и сразу утыкаюсь в тёмные глаза Андрея. В глазах — разрушающая волна гнева, по венам бежит лава. Господи! Я помешанная! Невозможно смотреть на него и не хотеть. Как же мне жить дальше? Я даже на секунду не могу представить себя с кем-то другим. Только его руки хочу чувствовать на своем теле, только его губы — на своих губах. Ненавижу. Отвожу взгляд, чтобы не видеть его лицо. Рядом с ним даже дышать нечем. С ним просто невозможно оставаться спокойной. Отворачиваюсь и мило улыбаюсь всем. Делаю вид, что я вся во внимании.
Как сделать так, чтобы никогда его не видеть?
Хотелось просто исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не видеть его, не слышать его, не чувствовать этой невыносимой боли.
Как раньше, больше не будет!
Какой же он идиот.
Телефон вибрирует, и я мимоходом открываю новое сообщение.
"После совещания, ко мне в кабинет".
Вспомнишь — и оно тут как тут. В последующий час я стараюсь вникать во всё происходящее. Запрещаю думать о чем-либо, кроме работы.
Я словно на огромной скорости врезаюсь в столб. Там и умираю.
Алекса как всегда прекрасна. Длинные шелковистые волосы, лицо ангела. Элегантная, жизнерадостная. Идеальная для Андрея.
Андрей держит Алексу за талию, а та с милой улыбкой что-то шепчет ему в ухо. Он ей что-то отвечает и, как довольный кот, улыбается.
Красивые.
— Ир? — зовет тихо Ксюша, как будто боится испортить такую идиллию. А я?
Черт! Да что со мной происходит?
Только сейчас замечаю, что стою посреди офиса, а из глаз тихо текут слёзы. Мне не больно, внутри меня всё превращается в камень, всё переворачивается.
Разворачиваюсь и иду в сторону туалета. Проклятые слёзы никак не хотят останавливаться.
Чем больше прокручивала в голове увиденное, тем больше дорога пред глазами превращалась в размытое пятно.
А ведь так убедительно говорил, что любит больше жизни… Что ему никто не нужен, кроме меня.
Дура, какая же я наивная дура. Ох… Как стыдно!
В состоянии ступора сижу в туалете и не могу заставить себя выйти отсюда.
Боже. Сердце стучит до отчаянной боли.
Молю. Дай мне пережить эти месяцы. Умоляю. Дай мне силы всё забыть.
В руке телефон пикает о входящих сообщениях. Боже, если это он, я разобью этот телефон об его голову.
Смотришь на человека и не можешь понять, чего хочешь больше: сжать в объятиях до хруста костей или просто — свернуть шею.
Отключаю звук и иду умывать заплаканные глаза.
На телефон падают и падают новые сообщения. Если что, скажу, что не видела.
Типа "упс" и всё сначала.