Леденящая Боль (СИ)

Глава 7

Ирина

Страх довериться. Страх открыться. Страх быть обманутой и преданной. Этот страх сковывал мою душу, делая каждое решение, каждое действие тяжелым и неприятным. Я боялась довериться кому-то по-настоящему, боялась быть сломанной еще раз. Сжав кулаки, пытаюсь сдержать волну эмоций.

Противный холодок пробежал по спине при мысли, что нам с Андреем придется разойтись в разные стороны жизни.

Маша подошла ближе, её дочка весело скакала рядом, держась за её руку. Я заметила, как Маша светится от счастья, и это немного успокаивало мои нервы. Я всегда испытывала к ней доверие, и сегодня мне просто необходимо услышать её мнение.

— Привет, Машуни, — заговорила я, наклонилась к Соне, обняв ее и вдыхая её запах, — привет, малышка, ты сегодня кушала булочки с корицей? Она смотрит на меня и улыбается, как же это редко бывает.

"Как он мог её бросить?"

Маша с лёгкой улыбкой посмотрела на меня и вздохнула, будто читала мои мысли. Она прижала Соню к себе, как будто старалась защитить её от внешнего мира, полного непонимания и предвзятости.

— У нас есть друг друга, и для меня это достаточно.

— А я, Маша, не знаю, как поступать. Я так запуталась.

— Я думаю, что он имеет право знать.

— Это я и так понимаю, — тихо шепчу. — Маша, — повернув голову к Антону, медленно моргаю и набираюсь смелости, — мы… я с Андреем снова вместе.

— И что тебя мучает? Что на тебе лица нет.

— Многое, Маша, я серьезно стараюсь доверять ему. Но это так тяжело. Воспоминания, они жгут всё внутри, причиняют боль. Я хочу быть с ним. Ничто не забыто, он словно у меня под кожей, — с хриплым голосом говорю я. — Ты не представляешь, как сложно это всё, — продолжила я, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Я боюсь, что прошлое затянет меня обратно в свои сети.

— Я понимаю, — тихо ответила Маша, схватив меня за руку. — Ира, за всё надо бороться, даже если кажется, что невыносимо. Ты сильнее, чем думаешь. Главное — не зацикливаться на том, что было, а открыться новым возможностям.

— Откуда ты берешь все эти правильные слова?

Я вздохнула и попыталась вытереть слёзы, но они всё равно лились, словно освобождая меня от бремени. Маша смотрела прямо в мои глаза, ее искренность придавала сил.

Антон давно спал в своей кровати, вечер был насыщенным. Только что закончилась его любимая программа про животных джунглей, и он устало улегся на подушку, закрыв глаза. В комнате было тихо, только слабое свечение ночника освещало его лицо.

Сын спал спокойно, его грудь поднималась и опускалась ровно, словно монотонный ритм моря. Я смотрела на него, полная благодарности за то, что он есть в моей жизни. Его мир был таинственным и загадочным, но я знала, что он был моим сокровищем, которое я никогда не потеряю. Я часто смотрю на него и думаю про свою маму.

"Мама", как это страшно звучит для меня. Что заставило её отказаться от меня? Что может заставить в жизни бросить своего ребёнка? Для меня это тихий ужас. Даже на мгновение не могу представить, чтобы я бросила Антона. Это означало бы мою гибель.

Моих мыслей прервал звонок в дверь. Быстро встав, я набросила лёгкий халат и побежала открывать дверь. Лишь в прихожей я вздохнула, дала себе мгновение, чтобы успокоить дыхание, и пошла открыть дверь.

Моё сердце остановилось! За дверью стоял Андрей, в одной руке держа большой букет, а в другой — коробку, на которой был нарисован конструктор. Сердце пустило один удар и ещё и ещё. Первый подарок Андрея для своего сына.

Я скажу ему, я обязательно скажу. Смелости наберусь и скажу.

Он шагнул вглубь квартиры, не отрывая взгляда от меня.

— Я скучала!

— Я тоже, всегда, — хрипло ответил он, протягивая мне букет.

Он шагнул ближе и, взяв меня за руку, нежно прижал к губам.

Я почувствовала, как мурашки побежали по спине, и легкое головокружение от близости его губ. В воздухе витал аромат свежих цветов, смешиваясь с его знакомым запахом. Стараясь контролировать дрожь в руках, я прижала букет к груди и посмотрела в его пронзительные глаза, чувствуя, как меня захлестывает волна эмоций.

— У тебя будет что-то поесть? — спросил он с усмешкой, затем осторожно поднял коробку с конструктором. — Это для Антона. Надеюсь, он любит строить, — задумчиво произнес Андрей, его взгляд снова устремился на коробку с конструктором.

— Да, конечно, — прошептала я, не отрывая взгляда от его лица. Я торопливо кивнула, всё еще не веря, что он действительно здесь, рядом со мной. Мы направились к кухне, оставив букет на столе. Лёгкость и радость переполнили меня.

Я чувствовала, как его забота и внимание согревали меня изнутри, как дрожь в руках медленно утихала, уступая место спокойствию и уверенности. В тот момент казалось, что ничто не может пойти не так.

— Как погуляли сегодня?

— Хорошо и спокойно. Антон не капризничал, я бы сказала, что в последнее время он спокойно себя ведет.

— Ты прости, но как это у него случилось?

— На это нет ответа. У нас с рождения. А со временем родители начинают замечать, что их ребенок не делает то или иное как его ровесники. Кто-то не хочет этого принять, то есть особенность ребенка. И это плохо. Время для нас это самый важный ресурс. Со временем я поняла, что истина лежит в принятии и любви. Вместо того чтобы пытаться сделать сына кем-то, кем он не является, нужно было учиться жить в его реальности, поддерживать его в каждом шаге.

— Как ты смотришь на то, чтобы завтра поехать за город? — спросил он неожиданно, вызвав у меня лёгкое удивление.

— Это куда? — не сразу поняла я.

— Сестра приглашает к ним в гости.

— Андрей, ты спешишь, я…

— Нет, Ира, мы и так много времени потеряли. Там вам понравится, и Антон познакомится с моими племянниками. Я сегодня у вас останусь, — говорит Андрей, глядя мне в глаза.

Молча киваю. Я задыхаюсь от переизбытка эмоций.

Потом мы по очереди ходим в душ. Долго лежим в объятиях друг друга и разговариваем про всё и ни о чём. Так легко.

— Это охранительное чувство быть вот так рядом с тобой, — говорит Андрей почти шёпотом.

— Тебе нравится? — меня всё потряхивает от волнения.

— Ты даже не представляешь.

Андрей

Именно она. И от этого факта становилось действительно плохо. В какой момент мой мир остановился из-за этой девушки? Невыносимо захотелось закурить. И материться вслух. Она рядом. В соседнем кабинете. Чёртов с два.

Сколько лет я пытался избавиться от ее облика?

Черт побери.

Она была новенькой в компании, привлекательная рыжая с яркими зелеными глазами и улыбкой, которая сводила меня с ума. Мужчины поглощали ее взглядом, и от этого я терял рассудок. Все это выжирало мою адекватность, превращая меня в какого-то озабоченного маньяка, честное слово!

Первую и единственную в жизни, которую я не смог выразить из своего сердца. Нельзя позволить слабину, иначе я не смогу оторваться от нее.

Проклятье точно! При этом мой член едва не лопался от напряжения, когда эта девушка была рядом! Все чертовски как прежде. Всегда так, и только с ней.

Сколько раз я давал себе обещание? Хм, миллион раз.

И все напрасно, стоит только поднять глаза на нее. Поймать ее взгляд, увидеть ее глаза.

В дверь тихо стучат, и в следующее мгновение заходят. Не поднимая глаз, я уже знал, кто это. Заставив себя поднять голову, я увидел не тот взгляд, который ожидал увидеть. Но тот, который хотел... Ее лицо. Я потерялся в ее растерянном взгляде, в ее пустых глазах.

Молчат оба. Смотрят.

Что случилось, малышка? Почему ты не улыбаешься? Мне кажется, что она даже не знает эту мимику. Черт возьми! Почему так? Миллион вопросов без ответов, без права на ответ. Я никто для нее.

В кабинет вошла уверенная в себе и своих действиях женщина, это было заметно. Но ее уверенность сильно отличалась от той, что была у нее в прошлом. Я подхожу к ней и чувствую ее дрожь.

— Твой пульс бьется так сильно, почему? Я шепчу ей в шею. Целую. Аромат, который всегда меня сводит с ума. Я провожу языком по раковине уха. Прикусываю и втягиваю в рот мочку.

Спускаюсь к шее поцелуями. Прикусываю, хочу оставить на ней следы, пометить. Каждый знает, что она моя. Если бы она знала, что со мной делает. Пальцами она добирается до пуговиц на блузке. Отвлекаясь поцелуями и ласками, я расстегиваю ее рубашку...

— Зачем это, Андрей? Что тебе нужно? Меня в свою постель? — выдыхает она, накрывая мою руку своей. Я не слышу смысла ее слов, только по выражению лица понимаю.

— А ты не хочешь в мою постель? — хрипло спрашиваю.

— Не хочу. Тебя я не хочу.

— Какие громкие слова, ты забыла свое место. — одной рукой я хватаю за талию, а другой держу ее лицо.

— Я помню, Андрей Максимович. Я работаю в этой компании инженером комплектовщиком. Поэтому уберите свои руки и соблюдайте субординацию.

Мне нужна ты целиком.

— Мы уже проходили через это, Андрей. Не нужно больше этих игр. Зачем это? — спрашивает она, смотря мне в глаза.

— А для тебя это игра? — прошептал я, чувствуя, как сердце бьется до самого горла.

— Для тебя это точно игра. Пожалуйста, не надо. Оставь меня в покое. Меня все это больше не интересует. Не приближайся ко мне, и я буду самая счастливая.

Смотрю ей в лицо и пытаюсь найти там обман.

— Встретимся на собрание, Андрей Максимович. Теперь мне нужно идти.

Как только Ира покидает мой кабинет, я падаю на диван. Руки трясутся, я прикрываю лицо кулаками. Неожиданно, с каким-то отчаянным придыханием, она выдавила из себя слова, словно ее горло перехватило такими же эмоциями, что и меня. На секунду я закрываю глаза, словно сам справляюсь с тем, что бушует внутри меня. При виде ее, всегда всплывает картина прошлого. Ревность, ненависть.

Все эмоции сразу. В голове какая-то гулкая пустота, в груди такой жар, что дышать толком не выходит, я отчаянно пытаюсь подобрать слова, чтобы все сказать ей, чтобы не касаться прошлого. Оставить между нами только рабочие моменты. Я понимаю, что ей очень нужна эта работа, ради ее сына. Ради ее самой. Понимаю, как ей трудно, но мстить так жестко я не могу.

Ее блядскую натуру не изменить. Нужно просто забыть, вырвать из сердца. Игнорировать. Меня просто пронзает воспоминания прошлого.

Ревность.

Банальная, казалось бы, но мне кажется, что мне в грудь воткнули раскаленный прут, когда я увидел их склоненные друг к другу головы! Их объятия. Улыбки. И те фотографии. Это чувство расширяется, растет от безысходности, которую я никогда прежде не испытывал. Сейчас все чувствуется по-новому, какая-то чертовщина. Я сижу за своим столом, пытаясь сосредоточиться на работе, но какая чертовщина работа, все мысли только о ней. Ее улыбка, ее голос, ее волосы, ее глаза. Я влюбился в нее до безумия.