3.Лейк

ГЛАВА 9

ЛИ

Потеряв дар речи, я могу только смотреть на гору пакетов.

— Я помогу тебе всё разобрать, — говорит Лейк. Он берет первый пакет и начинает выкладывать одежду на кровать.

Я трясу головой, чтобы выйти из оцепенения, и делаю шаг вперед. — Подожди.

Я забираю у него пакет и ставлю его обратно к остальным. — Что всё это значит?

— Просто вещи, которые тебе могут понадобиться, — объясняет он.

— Когда мне всё это может понадобиться? — Я снова качаю головой, не в силах поверить, что Лейк заказал для меня столько одежды. — Я не могу это принять.

— Почему нет? — Он отворачивается от кровати и встает прямо предо мной.

Глядя на него снизу вверх, я всматриваюсь в его добрые карие глаза. Этот человек удивлял меня уже столько раз. Он просто отдает, никогда ничего не требуя взамен.

— Как я смогу тебе это возместить? — спрашиваю я.

Он кладет руку мне на плечо. В тот миг, когда я чувствую тепло его ладони на своей коже, странное ощущение начинает плести тонкую паутину у меня в животе. Смутившись, я опускаю глаза на его грудь.

Лейк подносит вторую руку к моему лицу, и когда его палец касается моего подбородка, по телу пробегает дрожь, заставляя сердце биться еще быстрее.

Он мягко приподнимает моё лицо. Когда наши глаза встречаются, он говорит: — Ли, это подарок.

Я тяжело сглатываю и шепчу: — Это слишком дорого для подарка.

Уголок его рта приподнимается, и это мимолетное движение приковывает мой взгляд. Он наклоняет голову, и на его лице появляется выражение, которого я раньше не видела — такая нежность, от которой тепло в груди разливается, как первые лучи рассвета на горизонте.

Лейк перемещает руку с моего подбородка на шею и замирает, глядя мне в глаза. Медленная улыбка касается его губ. Ощущая пальцами мой бешеный пульс, он притягивает меня ближе второй рукой и обнимает.

Какое-то время я стою неподвижно, вдыхая его аромат. Мужчина, который так нежно меня обнимает, станет моим мужем. Эта мысль больше не вызывает во мне страха или паники. Осознав это, я поднимаю руки и обхватываю его за талию. Повернув голову, я прижимаюсь щекой к его груди, и на моих губах играет облегченная улыбка.

За последние два дня ко мне проявили больше доброты, чем за всю мою жизнь.

Лейк крепче прижимает меня к себе и склоняет голову, пока я не чувствую его дыхание на своем лбу.

— Я знаю, что прошу о многом, но... позволишь ли ты мне заботиться о тебе? — Его голос звучит глухо и мягко.

Я зажмуриваюсь, сердце колотится в ушах, пока я спрашиваю: — А что ты ждешь от меня взамен?

Мой вопрос заставляет Лейка отстраниться, и мое сердце уходит в пятки. Я нервно бросаю взгляд на кровать, и от одного этого вида у меня перехватывает дыхание.

— Эй, — шепчет он. Взяв мое лицо в ладони, он делает шаг в сторону, заслоняя собой кровать, чтобы я смотрела на него. — Я не жду от тебя ничего, чего бы ты сама не захотела дать мне добровольно.

— Чинджа? (Правда?) — Слово само вырывается у меня, пока я пытаюсь подобрать английский эквивалент.

Лейк смеется.

— Да, правда. — Затем он шутит. — Слава богу, это слово я понимаю.

Он обнимает меня за плечи, и мы вместе смотрим на гору пакетов.

— Это всё равно слишком много, — говорю я, нахмурившись, потому что даже не представляю, куда всё это складывать.

— Ладно, давай договоримся, — предлагает он.

— Один пакет, — тут же выпаливаю я.

— Ладно, один можем убрать, — хмыкает он. Когда я смотрю на него с недоумением, он начинает хохотать. — Оставь хотя бы половину. Мне так будет спокойнее.

Он готов идти на компромисс, значит, и мне стоит сделать то же самое. Я всё еще понятия не имею, что делать со всем этим добром, но киваю и слегка кланяюсь: — Спасибо.

В этот момент сзади слышится шорох бумажных пакетов. Я оборачиваюсь и вижу Мейсона, который тащит в комнату еще кучу вещей.

— Куда это положить?

У меня отвисает челюсть. Я резко поворачиваюсь к Лейку: — И это еще не всё?!

Он делает милое лицо, виновато вскидывает плечи и говорит: — Прости?

— Омо! — Я прижимаю ладони к щекам и смотрю на него огромными глазами. — Квиёпта! (Какой милашка!)

— Твою ж... — бормочет Мейсон, и я быстро перевожу взгляд на него. Он во все глаза смотрит то на Лейка, то на меня. — Дружище, мне жаль это говорить, но ты попал. Тебе крышка.

— Я только что это осознал, — отвечает Лейк и берет меня за руку. — Сделай так еще раз.

— Что? — спрашиваю я, не понимая, о чем они.

— Ну, вот это с огромными глазами и восторгом, — пытается объяснить Мейсон.

— Вот так? — Я снова прижимаю руки к щекам и округляю глаза.

— А теперь добавь слова.

Я наконец понимаю, к чему клонит Мейсон, и решаю попробовать кое-что другое. Не убирая рук от щек, я хмурюсь и надуваю губки, глядя на Лейка с притворной грустью: — Оппа! Ли не может всё это принять.

Лейк закрывает лицо рукой, но я успеваю заметить его широкую улыбку. Он слегка отворачивается, прижимает руку к сердцу и протестует: — Черт, это слишком мило!

Он продолжает украдкой поглядывать на меня, так что я повышаю уровень милоты. Я прикладываю кончик указательного пальца к нижней губе, покачиваю головой из стороны в сторону и капризно тяну: — Хм-ф, хм-ф... Оппа, для Ли это чересчур.

Лейк просто смотрит на меня секунду, а потом резко бросается вперед. Я вскрикиваю от неожиданности. Он заходит мне за спину, обхватывает руками и прижимает к своей груди так крепко, что я буквально в ловушке. Когда я пытаюсь посмотреть на него через плечо, он качает головой и, наклонившись, утыкается лицом мне в шею.

— Всё, хватит, — смеется он, и я чувствую вибрацию его смеха своей спиной. — Ты слишком милая, я не могу это выносить.

— Да, как я и сказал, — ворчит Мейсон, — тебе крышка.

— Кому? Почему? — спрашивает зашедшая в комнату Кингсли с пакетом в руках.

— Я сделала вот так, — говорю я и снова подношу руки к щекам.

Мейсон тут же бросает пакеты, хватает Кингсли и закрывает ей глаза ладонью. Лейк быстро перехватывает мои запястья и прижимает их к моей груди.

— Ни за что на свете я не позволю тебе научить её этому! — восклицает Мейсон и начинает вытаскивать Кингсли из комнаты.

Кингсли хохочет, пытаясь убрать его руку от своих глаз: — Я хочу посмотреть!

Я заливаюсь смехом, глядя, как Мейсон подхватывает её на руки и уносит, ворча: — Нет, ты и так достаточно милая.

Когда дверь номера за ними закрывается, я вдруг осознаю, что Лейк всё еще крепко прижимает меня к себе.

ЛЕЙК

Когда мы остаемся одни, я не нахожу в себе сил отпустить Ли. Еще нет.

Меня буквально распирает от нежности к этой женщине после всех этих рожиц, которые она строила. Хочется просто запереть её в своем сердце и никуда не отпускать.

Ранее, когда я касался её шеи, я чувствовал, как бешено колотится её пульс. В тот момент я понял: Ли больше не видит во мне незнакомца. Она уже так расслабилась в нашей компании, и каждый раз, когда я узнаю о ней что-то новое, мои чувства растут.

Видеть интерес в её глазах — это такое облегчение и счастье. Последние два года я жил с мыслью, что женюсь на ней. Но теперь, когда я вижу её улыбку, слышу смех и могу прикасаться к ней, всё это становится ошеломляющей реальностью.

Мои мечты оживают на глазах.

Хотя она больше не дичится меня, я не хочу на неё давить. Поцеловав её в плечо, я нехотя разжимаю объятия. Она не отпрыгивает в сторону, как сделала бы вчера, а поворачивается и улыбается мне, глядя на пакеты: — С чего мне вообще начать?

Ухмыляясь, я беру ближайший пакет и вываливаю содержимое на кровать. Хватаю черную рубашку и качаю головой, отбрасывая её в сторону.

— Думаю, нам надо отделить всё темное и выбросить.

— Почему? — спрашивает она, поднимая рубашку и аккуратно её складывая.

— Потому что светлые и яркие цвета тебе идут гораздо больше, — объясняю я.

Я перебираю вещи, пока на правой стороне кровати не образуется аккуратная стопка темного.

— Кажется, проблема решена, — бормочу я.

Ли посмеивается, раскладывая стопки обратно в пустые пакеты.

Когда я беру последний пакет и высыпаю его на кровать, Ли издает короткий писк и, буквально нырнув на матрас, накрывает своим телом нижнее белье. Спешно сгребая всё в кучу, она заталкивает вещи обратно в пакет, садится на кровать и прячет его за спиной с совершенно пунцовым лицом.

— С этим я сама разберусь, — бормочет она.

С озорной ухмылкой я делаю выпад вперед и выхватываю пакет у неё из-за спины.

— Я не против помочь!

— Я! (Эй!) — вскрикивает она, вскакивая с кровати и пытаясь дотянуться до пакета. Я поднимаю руку выше и смеюсь, когда она подпрыгивает. Мне слишком весело её дразнить.

Ли хватает меня за плечо и тянется изо всех сил. Когда я поднимаю руку еще выше, она сдается и опускается на пятки, отпуская мое плечо. Она делает шаг назад, медленно поднимает голову и смотрит на меня тем самым застенчивым взглядом, от которого у меня мгновенно плавится сердце. А потом спрашивает самым очаровательным голоском: — Можно мне, пожалуйста, забрать пакет?

Моя рука разжимается сама собой еще до того, как мозг успевает обработать всю эту порцию милоты, которую она на меня обрушила. Ли бросается вперед, подхватывает пакет, и её лицо озаряет широкая улыбка.

— О, я вижу, тебе всё еще крышка, — внезапно раздается голос Мейсона за спиной. — Я вернусь позже с остальными вещами.

Только тогда я догадываюсь опустить руку, которая всё еще висела в воздухе, как вареная макаронина. Я делаю два шага назад и вижу, как в гостиной Мейсон выталкивает Фэлкона к выходу.

— Что? — шепчет Фэлкон.

— Просто иди. На улице объясню, — шипит Мейсон, выставляя его за дверь. Перед тем как закрыть дверь, этот засранец подносит руки к лицу, пытаясь изобразить Ли. Я не выдерживаю и буквально взрываюсь от хохота, едва не падая. Приходится ухватиться за дверной косяк, чтобы не приземлиться на задницу на глазах у Ли.

Когда я оглядываюсь на неё, пакета с бельем уже и след простыл, а сама она вовсю занята раскладыванием одежды в шкафу.