Леший для одинокой женщины

Глава 25

Из разговора ничего понять было невозможно. Во-первых, он был короткий. Во-вторых, сквозь зубы. Это Алену слегка воодушевило. Так с любимой женщиной не разговаривают. Хотя откуда Алене знать, с ее-то везением.

Харитонов, закончив разговор, от телефона не оторвался. Что-то читал, все больше и больше мрачнея. Чем там тебя твоя Нюся озадачила?

— Как твоя… — Алена уже решила не стесняться с вопросами. В конце концов, не она на чужую дачу вломилась! — Как твоя жена относится к тому, что ты вот так… на задании… дома ж не живешь…

— Плохо относится. Поэтому бывшая.

К собственному острому приступу радости Алена оказалась не готова. А вопросы все сыпались.

— А Нюся кто⁈

— Дочь. Шестнадцать лет. Всю кровь мне свернула. С матерью рамсит, я у них как рефери. Соседа твоего возьмем — заберу к себе, наверное, на месяц — на перевоспитание.

— Соседа⁈

— Нюську, — Харитонов с раздражением отхлебнул чая. А Алена выдохнула с совершенно законным умилением:

— Какая у тебя дочь хорошенькая…

— Вся в мать, — майор уткнулся в телефон. А Алена с чистой совестью принялась пить чай. Бывшая жена — это прекрасно. Хорошенькая дочь, которая вся в мать, бывшую жену, и которая сворачивает кровь — тоже хорошо.

Замечательно же.

В благости и умилении Алене долго пребывать не дали.

— Слушай, а у тебя же дед этот есть?

Алена растерянно моргнула.

— Нет у меня дедушки. Все… Все уже умерли.

— Да я не про то! — досадливо отмахнулся Харитонов. — Дед, который молоко привозит. Ты у него ночевала еще как-то.

Алена почему-то вспыхнула лицом. Во-первых, она снова вспомнила о том, насколько майор Харитонов был погружен в перипетии ее дачной жизни. Сколько всего слышал. А, может, Алена храпит? И не только? Мало ли каких звуков издает человек, думая, что он один? А во-вторых… Это что за намеки⁈

— Тезка он твой — Алексей Митрофанович. Я в честь него щенка назвала.

— Да я уж понял, что не в мою честь. Можешь у него сегодня снова переночевать?

— Зачем⁈

— Так надо. Давай, собирайся.

Сложила два плюс два Алена почти сразу.

— Вы… его… Валерку… сегодня… — говорить получалось почему-то сипом.

— Да. Ты мне тут только мешаться будешь. Давай, уезжай.

Вот это да… Люди добрые, пустите погреться, а то так жрать хочется, что переночевать негде. Алену, с ее же дачи — выгоняют!

— Не вздумай, — тут же предупредил ее Харитонов. — Не вздумай со мной спорить. Добром прошу — уезжай. Иначе свяжу, рот заклею — и будешь так до утра лежать.

Вот уж испугал! Скорее, обнадежил — первой фразой точно. Но Алена не успела толком осознать, откуда у нее эти фантазии про связывание. Наткнулась на угрюмый тяжелый майорский взгляд. И разом поняла, что спорить и правда бессмысленно.

— А что я ему скажу… — уже признавая капитуляцию.

— Точно не правду. Про ос скажи. Что гнездо разворошила по незнанию. И что на завтра службу дезинсекции вызвала. Все, давай быстрее.

Это звучало почти грубо. У Алены почему-то стало биться чаще сердце.

— Это опасно?

— Кота и собаку с собой забери.

— Леша, это опасно⁈

Он зыркнул на нее из-под насупленных бровей. И неожиданно улыбнулся.

— Не дрейфь, хозяйка. Все будет в порядке.

— Меня зовут Алена.

— Я знаю.

Алена погрузила в машину сопротивляющегося Харитона и радостного Леху. А потом зачем-то вернулась.

Алексей так и замер у окна. Совсем другой. Напряженный. Собранный.

— Ты уйдешь сегодня или нет⁈ — рявкнул, не оборачиваясь.

Алена взяла со стула рюкзак. А потом вдруг обняла необхватного майора.

— Береги себя, Леша.

Твердая ладонь на мгновение коснулась ее спины.

— Молочка завтра свежего не забудь привезти, Алена.