Менеджер Нагибко, вы робот? - 4

Глава 12

Больше всего я боялась, что мне в лицо тыкнут моей должностью, которая никоим образом не давала мне права собеседовать дизайнеров на должность начальника их отдела. Однако именно об этом вопроса мне так и не задали. По-моему, вообще никто не понял, что я не из кадров.

Мы со Скрепкой выбрали троих кандидатов, которые казались самыми успешными. Надеюсь, не ошиблись и не пропустили какой-то самородок.

Я понимала, что проблему с рекламой, в которой засветились красавчики-орлы, должен нивелировать маркетинг, но решила именно на ней проверить дизайнеров. Они же ребята творческие, с фантазией и умением выкручиваться из самых различных ситуаций, в том числе и неприятных. Вот пусть и впечатлят меня.

Первым оказался некто Земфирий с фамилией, которую я не смогла бы выговорить даже под страхом остаться навсегда в железном теле. Он смотрел на меня томными сильно выпуклыми карими глазами, то и дело поправлял накладной рукав какой-то психоделической расцветки и морщился, когда натыкался взглядом на Херакла.

— Теперь я понимаю, почему Худородов носится с идеей расписать ЧОРов под хохлому, — вымолвил Земфирий, стоило ему усесться напротив меня. После чего он откинулся на спинку стула и ещё раз одарил меня томным взглядом. Я не впечатлилась и хотела уже спросить идеи по поводу мемной рекламы, но дизайнер меня опередил: — Я считаю, что вся концепция подачи информации в «ЭкзоТехе» морально устарела. Понимаете, дейсдарыня, люди давно уже не ищут просто товар. Людям нужно нечто большее.

Я поморщилась от неожиданного понижения статуса — быстро же привыкаешь к этим обращениям! — и заинтересованно подняла брови:

— Вы предлагаете новую стратегию? — в конце концов на собеседованиях люди нервничают, а творческий народ вообще порой не воспринимает саму идею иерархии. Может, этот Земфирий предложит что-то дельное?

— О! — волоокие глаза сверкнули. — Стратегия — это неправильное слово, это слово из бизнеса, сухих скучных дел. А люди же приходят к нам тратить деньги! Они хотят получить свой дофамин от покупки на такую большую сумму! Им надо предложить то, что их впечатлит, заставит задуматься, почувствовать себя частью чего-то большего. Поэтому начнём с философии. Я вижу наш продукт как портал в мир приключений, новой жизни!

Про приключения — это прям точно. В прошлой жизни у меня столько приключений не было, как сейчас в «ЭкзоТехе». Я выдавила поощрительную улыбку и многозначительное:

— Как интересно…

— О, весьма! Мы переизобретём саму концепцию терраформации. Представьте себе, клиент открывает наш сайт, а его встречает не каталог оборудования, — на этом месте Земфирий поморщился, — а героическая музыка, какую вставляют во всякие фильмы про освоение новых планет, игры про борьбу с захватчиками. Да-да. И голос, похожий — чтобы не платить! — на какого-нибудь актёра из такого фильма-игры вещает: «Сегодня тебе откроется новое, авантюрист!»

Хорошо, что я не пила свой ягодно-хвойный чай, а то забрызгала бы этого Земфирия, подавившись. Но, похоже, можно было вылить весь стаканчик на этого вдохновенного гения, он бы и не заметил.

— А дальше будет сразу выпадать тест с вопросами о его знаке зодиака, насыщенности ауры, семье и детских травмах. Это позволит определить, что именно нужно клиенту, каковы его потребности и желания.

— Ага, — глубокомысленно выдала я. — И этот тест позволит нам продать оборудование по терраформированию?

— Конечно! — яро кивнул дизайнер. — Я же профессионал! И возьму тест не из головы, а из научного института! Сейчас много разработок на эту тему!

— В самом деле? И что за институт ими занимается?

— Да все! Например, — Земфирий коснулся вижулика и развернул передо мной голографическую страничку сайта. Ага-ага, Перуновский Институт Высшей Психической Науки… Не там ли училась наша корпоративная психологиня, подружка Леопардихи, незабвенная Ева Генриховна Райман?

— Очень… необычно. Но у меня есть сомнения, что такой креатив приведёт к конверсии в реальные заказы.

— Вы не понимаете всей грандиозности задумки! Людям не нужны просто болты и гайки. Людям нужна душа! Я уже придумал название для нашей новой дизайн-системы — «Твоё приключение», — он провёл рукой по воздуху, изображая масштаб надписи. — И чуть ниже «Начинается здесь!» Шрифт сделаем рукописный и добавим анимации — падающие метеориты, превращающиеся в звездолёты». А?! Сильно?!

— Не то слово, — выдавила я.

Скрепыш: Ага, правильное слово — «Пшёл на хрен отсюда!»

— Вот злой ты, Скрепка, не понимаешь тонкую душу художника. А он всего лишь… хочет слить наш бюджет…

Следующего кандидата я поджидала со смешанными чувствами опасения и предвкушения. Женщина, вошедшая следом за Земфирием, представилась как «комсдарыня Владленова». Почему комсдарыня, я не поняла: по должности она ничем не отличалась от остальных рядовых дизайнеров.

— Знаете, это очень хорошо, что Неровню отставили. У него не было ни малейшего понимания задач руководителя.

Какой заход! Ну-ка, ну-ка.

— И в чём вы видите задачи руководителя? — поинтересовалась я.

— Вы же ознакомились с файлом, приложенным мною к календарю, где вы извещаете меня о назначенной встрече? — уточнила Владленова. — Я настоятельно просила это сделать.

— Скрепка, было такое?

Скрепыш: Ага, там 27-страничный регламент работы отдела.

— 27 станиц?!

Скрепыш: Включая обложку и список ссылок, но без текста этих самых ссылок.

— Скажи, что ты шутишь?

Скрепыш: …

— Понятно.

— Будет лучше, если вы в двух словах осветите его суть, — выкрутилась я.

Владленова поджала губы.

— Это будет непросто, и потеряется множество нюансов.

— То есть вы не можете сформулировать свою мысль кратко?

— Разумеется, могу. Но такой подход к столь важному делу весьма опасен, — она укоризненно глянула на меня, но встретила в моих глазах кристальное непонимание намёков. — Но если вы настаиваете…

— Настаиваю.

— Всё должно работать по системе. Первым делом я проведу полный аудит и утверждение гайдлайна по отступам между иконками, шрифтам и разметке. Во-вторых, я введу фиксированную палитру из четырёх основных цветов — два из логотипа, ещё два — максимально часто и привычно сочетаемые с ними. Отклонения запрещены. Третьим делом станет новая форма отчётности дизайнеров.

Скрепка: Исходя из её регламента, дизайнеры 80% времени будут заполнять формы отчётности.

— О-о, хрять! Это же Клина номер два!

— Дальше, — Владленова явно раздухарилась, — каждый дизайнер будет обязан предоставлять мне три варианта макета на любое задание. Я буду выбирать один и давать пять раундов правок. У меня идеальный вкус, поэтому я вижу все косяки, но, увы, не все умеют исправлять их сразу. Поэтому пока макет не пройдёт все пять раундов, пропустить его нельзя.

— А как насчёт обратной связи от команды? Генерации идей? — мне всё уже стало ясно, но что-то внутри требовало ещё немного стекла.

— Разумеется, это будет. Я обязательно буду давать обратную связь команде, когда они будут присылать макеты по моим идеям. Это основа правильного управления и залог здоровой атмосферы в коллективе. Когда мне приступать?

С трудом выпроводив так и не ставшую комсдарыней Владленову, я приуныла и задумалась, что, похоже, зря положилась на статистику и надо пересмотреть критерии оценки кандидатов. Конечно, оставался ещё последний приглашённый, но на него я уже мало надеялась. Тем более активничать он не спешил. Поздоровался, представился Виктором Потехиным и уселся напротив. Я такой типаж не любила: небольшая щетина, серые глаза, узкое лицо, забранные в короткий хвост на затылке русые волосы, он больше походил на офисного клерка, чем на дизайнера. Хотя цвета одежды красиво подобраны: тёмно-синий, голубой и коричневый. Мои мысли прервал вопрос Виктора:

— Готов показать вам своё портфолио.

Да, что-то я слишком долго молчу. Помотала головой и вывела на голографический экран злополучную картинку.

— Вы видели нашу последнюю рекламу?

Мой собеседник усмехнулся.

— Разумеется.

— Понимаете, в чем проблема? — не, ну ты посмотри, какой довольный.

— Вполне.

— И в чём же?

— В том, что надо оперативно этим креативом воспользоваться, а отдел маркетинга в перманентном обмороке, Неровню и вовсе уволили.

— Вообще он сам ушёл, — буркнула я, немного смутившись. Мне до сих пор было несколько неловко за ту сцену, что устроили Леопардиха с психологией, хоть я и не имела к ней непосредственного отношения.

Потехин с едва заметной улыбкой кивнул.

— Как скажете, комсдарыня Нагибко, — это тоже прозвучало иронично, но я решила не цепляться, вместо этого подняла брови и подтолкнула к развитию мысли:

— Вы сказали «воспользоваться». Есть представление, как именно?

Дизайнер на миг замолчал, потом немного неуверенно произнёс:

— Я, разумеется, не маркетолог и не рекламщик, так что предлагать идеи могу постольку-поскольку. Однако я вижу, что они бездействуют, а время уходит. Если ещё немного помедлить, то «ЭкзоТех» получит репутационные потери, а не выгоду.

— Какую из этого можно получить выгоду? — хмыкнула я.

— Огромную, — не поддался на мою провокацию Виктор. — Выгода здесь в том, что мы фактически бесплатно получили всеобщее внимание и узнаваемость. Проблема не в баннере. Проблема в том, что мы остановились на полпути.

Потехин коснулся вижулика и вывел перед собой ту же самую картинку.

— Мы ни в коем случае не должны отказываться от этого баннера. Наоборот, мы должны радостно признать его за собой, а потом развить идею. Типа… м-м… «Да, с нами будут иные проблемы. Потому что мы решаем ваши старые».

Фраза тут же пристроилась поверх изображения.

— Размещаем на сайте и везде, куда дотянемся, этот баннер с подписью: «Признаём, наша новая рекламная кампания оказалась… слишком честной». И дальше делаем серию роликов, картинок, историй, прочих креативов примерно с таким смыслом: вот иные проблемы наших клиентов, — он коснулся одного из красавчиков-орлов на фотке, что-то сделал, и тот уселся на ящик, подперев щеку кулаком, вздохнул, а второй персонаж просто исчез. — Итак, «Проблема номер один: техника слишком надёжная, у наших клиентов нет повода вызвать техподдержку. Им скучно на своей новой планете!».

Эта фраза появилась внизу под новой картинкой.

— Интересно, — мне действительно понравилась идея. Может, фразу ещё надо обкатать, но сама мысль — хороша.

— Спасибо. Таких роликов под общим названием «Иные проблемы» можно придумать массу. Общий посыл — мы не придурки, мы — самоироничные ребята.

— А можно ещё примеры?

— М-м… да, конечно. Сейчас…

Виктор смахнул с экрана «орла», а взамен появились узнаваемые фигуры Сень.

— Проблема номер два: установка от «ЭкзоТеха» включает в себя абсолютно всё, и наши ЧОРы от нечего делать играют в догонялки. Нам пришлось купить им настольный футбол. Теперь они хотят ещё и хоккей!

Сени на голограмме картинно вздохнули.

— Хорошая идея, — я полюбовалась на свою любимую складскую проблему.

— Запускаем хештег… — под изображением появилась надпись #ЭкзоТехИныеПроблемы. — Дальше добавляем какие-нибудь активности для клиентов и мемоделов. Обязательно с призами. И вот уже все эти ребята создают контент для нас и играют на нашей стороне. Этих персонажей, — дизайнер кивнул в сторону картинки с «орлами», которая ещё висела рядом со мной, — помещаем на все баннеры и во все ролики. Очень уж узнаваемые. И финалим всё каким-нибудь серьёзным предложением, типа «Шутки шутками. Но если у вас всё ещё есть СТАРЫЕ проблемы — те, что ломаются, зависают и воруют ваше время — то вот решение». И переходим к презентации реальных продуктов.

Я восхитилась. Да, мы с Сашей тоже планировали что-то в этом роде. Но сейчас после этого описания стало окончательно ясно, что это действительно может сработать и нам удастся перевернуть ситуацию с «ха-ха, вот идиоты» на «они классные, с ними можно иметь дело». Это уж точно лучше обычной скучной рекламы, которая для большинства людей давно уже слепое пятно.

Потехин ещё раз иронично улыбнулся и как-то вдруг показался мне куда приятней, чем сначала.

— Ну, как вам? Проблема станет иной?

Я рассмеялась.

— Мне нравится. Если возьметесь всё это реализовать, то должность начальника отдела — ваша.

— Реализовать в обход отдела маркетинга? — уточнил Виктор.

— Можете привлекать их как генератор идей, но в этой кампании финальное слово будет за вами.

— А в других?

— М-м… Я так понимаю, есть какая-то проблема с маркетингом?

— Скажем так, я хотел бы иметь возможность ставить под сомнение некоторые их креативы, — помявшись, ответил Потехин.

— То есть заворачивать? — я пристально смотрела на собеседника.

— То есть обращать внимание непосредственного руководителя на сомнительные решения отдела маркетинга, — выкрутился он.

— Это вполне разумно. Думаю, комсдарь Рогозин будет только рад, — надо не забыть об этом сообщить Саше. — М-м… Есть что-то ещё, что мне стоит о вас знать, Виктор? Может, какие-то вопросы?

Дизайнер подумал немного и смутился, я ожидала уточнения об изменении зарплаты, но услышала совсем другое:

— У меня есть ёжик по кличке Гайдлайн. Очень помогает мне в работе.

Мне удалось не засмеяться только силой настроек.

— И как? Гайдлайн одобряет стратегию «Иных проблем»?

Виктор торжественно кивнул:

— Гайдлайн — большой поклонник парадоксов. Он — за.

Сообщение от Аси пришло, как напоминание от собственной совести.

Ася: Ну, дизайнеров я отформатировала.

И это был жирный намёк. Обоснование необходимости создания отдела разработки (40 стр. полное, 2 стр. — для ленивых гендиров) лежали у Саши в почте ещё вчера, свою сторону сделки Ася выполнила, а Рогозин ещё даже не приступил.

Ладно, деваться некуда, сам на это подписался. Да и, почитав обоснование, Саша вынежден был согласиться: то, что эти задачи ложатся на техподдержку — это путь в никуда. Ладно ещё у производства были свои разработчики, но те вообще какие-то с электродами в голове и вслух разговаривают исключительно бинарным кодом. А в офисе — что ни реквест фичи, то армагеддон. Это бардак, людям надо создавать возможности для автоматизации хотя бы для того, чтобы не раздувать штат.

Однако создать новый отдел в «ЭкзоТехе» — это не нанять пару менеджеров. Это бюрократический квест высшей лиги. И финальные боссы здесь были тоже уровня армагеддона: Ермолаев, которому ничего не надо, Нечаев, которого никогда нет, и Рыбьёшек, который… Рыбьёшек.

Понятное дело, что выбор жертвы пал на Ермолаева. К нему Саша хотя бы уже был вхож. Что же, придётся катиться в клуб и заправляться коктейлями. Эх, жаль, без Аси.

На этот раз удалось даже не надраться до зелёных роботов, но Ермолаев в течение всего разговора так и норовил слиться с темы. Аргументы Рогозина его вообще не впечатляли. Саша уже начал злиться, когда Никола наконец неохотно нарисовал свою подпись на резолюции, прокомментировав:

— Разрешаю, но со всеми причастными утрясать будешь сам, мне оно не надо.

Сам так сам, не впервой, плавали — знаем. Правда, в такой субстанции, как «ЭкзоТех», Саше плавать ещё не доводилось, но выбора-то всё равно не было, пацан сказал — пацан сделал отдел разработки.

Для начала он из спортивного интереса попытался действовать в лоб, а именно, сходить к главбуху и поговорить.

Главбух, женщина с лицом, будто высеченным из сланца, ткнула пальцем в экран так, словно там был открыт Сашин смертный приговор.

— Бюджета на найм команды из пяти-семи сеньоров, тестировщика и тимлида в этом и следующем квартале нет. Статью не закладывали. Вы же сами оптимизируете расходы, комсдарь Рогозин. На чём предлагаете экономить? На премиях вашему отделу? Или, может, на закупках у проверенных поставщиков?

Она была права. Денег в статьях на «развитие IT-инфраструктуры» хватило бы разве что на двух стажёров. Саша скрипнул зубами. Вот где пригодилось бы то бабло, что он спустил на заповедник… Но репутацию поднимать было ещё нужнее.

Конечно, Сашины и Асины усилия постоянно увеличивали выручку компании, но они начали это делать только-только, и до распределения бюджета маржа пока не докатилась. Что ж… Если в бухгалтерии денег нет, надо было идти к акционеру.

Аркадий Петрович на экране кьюбера хмурился, слушая его.

— Только-только начали со дна отрываться, Саш. Ты сам сводки приносишь — прибыль по капле прирастает. А ты хочешь сразу миллионы в новое подразделение вбухать. Я бы хотел сначала увидеть стабильный тренд подлиннее, чем в неделю, понимаешь?

Саша понимал. Он также понимал, что пообещал красивой и очень полезной девушке звезду с неба, и идти на попятную было поздно.

— Но разработка сможет автоматизировать огромное количество задач, которые сейчас делаются вручную, — не отступался он. — Мы сможем урезать штат в других отделах, — сказал и сразу подумал про орлов. Вот за них бы всех хоть одного разраба. — К тому же сейчас задачи разработки лежат на техподдержке, и оттого она шевелится очень медленно, а накопившиеся проблемы стопорят работу всего офиса. Вот, смотрите, здесь расчёты, сколько можно выиграть, если просто снять с ТП все фичреквесты!

Аркадий повздыхал, поохал, поскрипел костями и в конце концов выжал из себя ма-аленькую уступку.

— Ладно. Сначала подготовь почву везде — в кадрах там, у юристов проверь, всё ли гладко, помещение присмотри. Потом придёшь ко мне с чётким планом со сроками и суммами — тогда и поговорим о выделении денег.

Отключившись, Саша долго выдыхал. Если сейчас в кадрах ему скажут, что без бюджета пальцем не пошевелят, он начнёт убивать. Но отступать некуда, дизайнеры уже подведены под монастырь, раньше надо было думать, что Ася просит невозможного. Да и какого невозможного?! Кучку разрабов нанять?! В крайнем случае ради Аси он мог бы взять их под одну из своих ширм и платить им пару месяцев из кармана, пока Аркадию не станет стыдно! Ну или инвестора найти…

Приняв такое тяжёлое решение, Саша ещё раз выдохнул и отправился в юридический отдел.

Там ему выдали персонажа, больше всего походившего на костюм, висящий на плечиках. Право слово, если бы Саша увидел его издалека в толпе, решил бы, что кто-то сменную одежду несёт. При словах «отдел разработки» этот двумерный молодой человек совсем сдулся, так что начал скатываться в рулон.

— Комсдарь Рогозин, — возопил он, воздевая узловатые руки, — у нас не закрыта история с лицензированием стороннего ПО!

— Это вы о чём? — не понял Саша. — Мишура же заменил всё стороннее на своё.

Юрист скорчил гримасу боли.

— Да если бы просто заменил! Он его мо-ди-фи-ци-ро-вал! Без намёка на разрешение правообладателей.

— Чего-о-о-о?! — взревел Рогозин.