Менеджер Нагибко, вы робот? - 4

Глава 23

— О, Рогозин, вы всё-таки удостоили нас своим присутствием, — произнёс Рыбьёшек, когда Саша, не без труда выровняв дыхание, вошёл в кабинет без стука.

Розга усмехнулся. Он готов был биться об заклад, что Климент Смарагдович не ждал его вовсе. А вот остальной состав участников совещания явно случайным не был. В дальнем конце овального стола сидели, кроме собственно Рыбьёшка, Никола, Ирочка и какой-то незнакомый мужчина, седой, кучерявый, с приятным, но плохо запоминающимся лицом. Крис определила его как Афанасия Валерьяновича Нечаева, того самого неуловимого третьего генерального директора. Ближе к двери скалился глава отдела продаж — Популущенков. По правую руку от него бычился руководитель доставки Бутилин, а напротив ёрзал Булавин из безопасности. Рядом с последним делал скучающий вид незнакомый волоокий брюнет, которого искин обозвала кэгэбэшником. Ага, а вот и Георгий Усманов собственной персоной. Ни Колумбиху, ни Валетова, ни Асю, ни кого-то другого не позвали.

Весьма и весьма характерно.

— Что ж, я здесь, — Рогозин без приглашения сел напротив Рыбьёшка, оказавшись во главе другого конца стола. — Можно начинать.

— А мы уже, милейший, начали, — протянул Климент Смарагдович. — Но это хорошо, что вы не побоялись лично прийти. Я так думал, вы уже на другой планете. Гуляете на наши денежки.

Саша удивлённо поднял брови.

— Не имею привычки бросать рабочие обязанности без предупреждения и соответствующего оформления, — парировал он, прекрасно понимая, что речь идёт не о командировке.

— А зачем напрягаться, если сани уже проданы? — прозвучало в ответ.

Розга еле удержался от того, чтобы поморщиться: начинается пытка кривыми метафорами и исковерканными пословицами.

— Сани — это больше Захару Ефимовичу, — он кивнул в сторону Бутилина.

Вот тот уже поморщился.

— Все неподходящие сани проданы согласно распоряжению Виссариона Мирославовича. Закупленные же новые сани лучше подходят для перевозок, — явно через силу признал глава службы доставки.

— Отставить шуточки! — гаркнул Рыбьёшек. Саша даже не знал, что тот так умеет. Но судя по меняющейся речи, Климент Смарагдович — мастер подстраиваться под обстоятельства. — Мы здесь собрались не за этим!

— Кстати, а для чего мы здесь собрались? — очнулся скучающий Никола Ермолаев. — Давайте уже как-нибудь побыстрее.

Ирочка встрепенулась и явно что-то хотела сказать. Глядя на её мину, Саша ожидал чего-то в духе «Опять к своим шлюхам спешишь?», однако Ермолаева помедлила и произнесла совершенно другое:

— Да, Климент Смарагдович, все занятые люди, давайте перейдём уже к делу, — и робко улыбнулась мужу.

Тот уставился на неё как лично явившегося к нему ангела: вроде и приятно, но хочется перебрать все свои грехи и убедиться, что нигде не накосячил.

— К делу так к делу, — фыркнул Рыбьёшек. — За нами не растает. Итак, комсдари и комсдарыня, с пресыщением сообщаю вам, что дейсдарь Рогозин играет за конкурентов.

У Саши аж глаза распахнулись от такой наглости. Вот точно говорят, что громче всех кричит «Ловите вора!» сам вор. Тьфу, опять эти пословицы.

— Однако… — крякнул Бутилин.

Остальные кто удивлённо, кто злорадно уставились на Рогозина. Тот же просчитывал варианты. Рыбьёшек явно слышал псевдо-звонок и решил использовать его против Саши. Но поверил ли ему?

— Если вы о той глупости, что печатают в СМИ, то думаю, проверка прекрасно показала, что нарушений в моей работе нет, — Розга опять сделал вид, что ничего не понимает.

— Это тоже ещё надо тоже поисследовать! Вы вредитель и наверняка в сговоре с трудовой! — снова обвинил в своих грехах Рыбьёшек.

— Про сговор это уже к вам, Климент Смарагдович, — ответил Саша, держа руки скрещёнными перед собой и неприятно улыбаясь. — Мне напомнить, что проверка обнаружила сговор между вами и Ошиваловым?

— Это поклёп! Все знают, что вы подделали логи! У вас есть личный искин!

— А это не запрещено законом, — парировал Рогозин. — Я вкладываюсь в свою эффективность. Что касается подделки, то эти логи хранятся на серверах компании. Наверняка где-то есть архив, до которого не доберётся самый продвинутый искин или хакер. Можно посмотреть там их наличие. Особенно если привлечь независимого эксперта. Так что сговор был. А теперь вы, Климент Смарагдович, пытаетесь перевести на меня стрелки.

— Крис, что с демогоргонами?

Крис: Ещё не купили.

— Хрять!

— Вы ещё и отпираетесь! Вашей милостью были уволены прекрасные специалисты! Отдавшие «ЭкзоТеху» лучшие годы! — бушевал Рыбьёшек.

— Это Клина, в смысле Лина Коржакова? — хохотнул Розга. — Развалившая клиентский отдел? Дважды! Или…

— Хватит! — Климент Смарагдович жахнул по столу ладонью так, что тот задрожал. — Скажете, что не сливали своим дружкам информацию о новых фазовых модуляторах?!

Пауза получилась прямо театральная. Саша искренне ждал, когда хоть кто-то, например, Ирочка или Никола, спросят, что за новые модуляторы. Но Ермолаевы молчали. Значит, с ними эту информацию уже обсудили. Если сейчас Розга признается, что никаких новых блоков нет, то вся афера с заказом накроется медным тазом. А конкуренты не угомонятся, пока у них хватает финансового потенциала давить. Поэтому ни в коем случае нельзя показывать, что это дезинформация.

— М-м… о каких именно фазовых модуляторах речь? У нас их большой ассортимент, — прикинулся Саша валенком, пытаясь выиграть время.

— Не стройте из себя гориллу! Вы прекрасно знаете о каких! Тех, что с новейшим блоком! — заорал Рыбьёшек.

— Это которые «Нитири-22»? — продолжил ломать комедию Рогозин, обдумывая, как ему поступить.

— Не хотите, значит, признаваться, дейсдарь, — внезапно снизил тон Рыбьёшек. — Ну как хотите. Я обвиняю вас в промышленном шпионаже и сливе важнейшей информации конкурентам.

— Ваши доказательства? — поднял брови Саша.

— Доказательства у меня, — густым басом отозвался Усманов и кивнул, чтобы придать весомость своим словам, но этим и ограничился.

Рогозин усмехнулся. Предоставить аудиозапись Усманов не сможет, ибо она незаконна. Вторжение в личную жизнь, незаконное установление прослушивающих устройств и ещё целый букет обвинений.

— Предъявите, — потребовал Саша.

— Уж поверьте мне, они есть, — усмехнулся начальник службы контроля.

— И мы с ними ознакомлены, — припечатал Рыбьёшек. — Поэтому… вы сами покинете территорию «ЭкзоТеха» или позвать ребят Гошика?

Усманов даже позу поменял, как бойцовый пёс в ожидании приказа.

— Вы не можете меня уволить лишь на основании слов о наличии доказательств, — отчеканил Рогозин. — Предъявляйте свои доказательства или извиняйтесь за пустословные обвинения.

— Крис, ну что?

Крис: Ещё нет.

Усманов перевёл взгляд на Климента Смарагдовича. Остальные тоже на него смотрели. Тот же держал паузу. Саша уже готов был сказать что-то вроде «Ну раз доказательств нет, предлагаю обсудить куда более реальные проблемы», но тут Рыбьёшек ухмыльнулся, и Розга сразу почувствовал, что вот сейчас и случится настоящая неприятность.

— А нам необходимости вас увольнять, милейший, нет, — отчаянно наслаждаясь происходящим, произнёс Климент Смарагдович. — Потому что вы здесь никогда и не работали.

Этот пассаж поставил Сашу в тупик. Судя по лицам остальных, их тоже. Рыбьёшек же откровенно наслаждался произведённым впечатлением.

— Да-да, милейший. Вы здесь никто. Так что убирайтесь, пока охрана вас не вывела. И радуйтесь, что мы в суд не подаём, хоть и могли бы.

— Что-то я сегодня понимаю вас тяжелее, чем обычно, Климент Смарагдович, — скривился Рогозин. — Поясните свою мысль более развёрнуто. Желательно без угроз и пословиц.

— Вам в самом деле не понятно? — с показной усталостью и искренним злорадством спросил тот. — Ну хорошо, если вы настаиваете, я озвучу правду. Точно озвучивать?

— Максимально точно и в деталях, — вновь сыграл на втором смысле Саша.

— Ну как хотите. Вы, милейший, не числитесь в действующих сотрудниках компании «ЭкзоТех». Так-то.

— Как же не числюсь? — поднял брови Рогозин. — Меня оформили в штат. Если вы успели меня уволить, то должны были предупредить заранее. По закону я имею право…

— Ничего вы не имеете! — не выдержал Рыбьёшек. — Вас не оформили в штат! Начали, да не закончили! А потому — вы — здесь — не — работаете! — впечатывая каждое слово словно каблук в землю, почти зарычал он. — Нет у вас должности! Нет у вас прав!

— Подождите, Климент Смарагдович, — замотал головой Никола. — Аркадий Пе…

— Аркадий Петрович не имеет никакого права назначить кого-либо на должность в обход директоров компании! Он может предложить! А мы рассмотрим и примем или не примем. Тут не приняли! Или, может, ты скажешь, что принимал его в штат? Подпись свою ставил?!

Ермолаев завис. Саша прекрасно понимал, что, скорее всего, тот подмахивал, что ему приносили, не особо вникая, поэтому и не помнил деталей.

— Андриана Альбертовна, мне тут говорят, что я не оформлен в штат. Что скажете? — написал Рогозин в чат с Колумбихой.

А.А: Об этом я и хотела предупредить. Не понимаю, как это произошло. Документов и записей действительно нет. Ниночка клянётся, что все документы подавала и в бухгалтерию носила.

Что ж, это же «ЭкзоТех». Могли действительно не подписать, потом потерять… или кто-то умный придержал этот козырь вот на такой случай.

— Климент Смарагдович, — Ирочка нахмурилась, — мне кажется, мы немного перегибаем палку. Саш… Виссарион Мирославович немало сделал. А документы… ну потерялись, наверное. У нас было столько увольнений в последнее время, что немудрено.

— Никаких «потерялись», Ирина, — продолжил гнуть своё Рыбьёшек. — Все документы о приёме на работу должны быть подписаны одним из гендиректоров. Я не подписывал, Афанасий Валерьянович не подписывал. Никола Светозарович не подписывал. Вот и получается, что этого типчика никто не принимал.

Саша смотрел на разворачивающееся действо как на плохо поставленную трагикомедию. И интересно, и немного противно, и уйти нельзя. Или можно?

— Климент Смарагдович, — поморщилась Ирина, — мне кажется, вы передёргиваете. Саша, — она взглянула на него и тут же вновь посмотрела на Рыбьёшка, — много сделал для нашей компании, чтобы мы ставили ему в упрёк ошибку кадровой службы.

— Много сделал? Много сделал?! Комсдарыня Ермолаева, позвольте об этом судить тем, у кого в этом рыло в пушку. Вы управляете своим производством, вот и управляйте. Вас сюда вообще пригласили только из-за уважения к вашему статусу жены генерального директора и акционера. Но насколько я понимаю, оный статус уже скоро тю-тю, помашет вам веслом. На вашем месте я бы больше думал о том, как знать своё, — он выделил голосом это местоимение, — место, а не вступался бы за всяких подозрительных чужих мужчин, которые к тому же шпионят и сливают конфиденциальную информацию конкурентам! О-очень, знаете ли, интересно пляшут пироги.

Ирочка покрылась красными пятнами, во взгляде появилось затравленное выражение.

— Не надо так! — выдавила она. — Вы... Не говорите так!

— Вот и вы не говорите, — не успокаивался Рыбьёшек. — Или может, у вас есть доказательства, что этот человек не шпион? Вы сами-то уверены в этом, а, комсдарыня Ермолаева?

— Крис, есть новости?

Крис: Я бы сразу сообщила. Хочешь я попытаюсь влезть в базу данных по кадрам? Или Скрепку отправим?

— Я боюсь, что сейчас все ресурсы компании направлены на отслеживание подобной атаки. А, значит, вас засекут, и тогда у них будут уже реальные доказательства диверсии на руках.

Крис: Тогда, может, позвонить Аркадию Петровичу?

— Подожди, я думаю.

Саша усилием воли отодвинул эмоции и принялся размышлять. Пока он не свалит Рыбьёшка, «ЭкзоТех» не выздоровеет окончательно. А свалить его можно, только разобравшись с конкурентами. Для этого ему нужны доказательства.

Розга был уверен, что после того, как нашли логи Лилианы о сговоре, вредители подчистили все хвосты. Или почти все. Искать, что осталось, — дело кропотливое и не особо благодарное. И самое главное, для него нужна незаметность, а этим он сейчас точно не обладает. Здесь больше подойдут умения Аси и Скрепыша. Ему же нужно собрать показания того же Телегина, Мрошковой, того парня, что устроил аварию. Возможно, стоит поговорить с теми, кто уже пострадал от действий молодчиков из «КвартумМеха» или как там на самом деле называется их головная компания.

Но если он уйдёт сейчас, то успеет ли он? Рыбьёшек же набросится на то, что Саша исправил с удвоенной силой. И кто тогда защитит людей и компанию? Кто прикроет Асю?

— Так что, комсдарыня Ермолаева, у вас есть доказательства невиновности дейсдаря Рогозина? — продолжал Рыбьёшек измываться над Ирочкой.

Саша уставился на Николу. Тот же смотрел на жену. Будто чего-то ждал от неё. Чего? Взгляда-просьбы о помощи? Признания в особых отношениях с Сашей? Аргументов? Подсказки? Розга не знал, но по виду Ермолаева понял, что тот не дождался. Рогозину показалось, что Никола разочарован, даже подавлен.

— Подумайте вот о чём, — заговорил Саша, глядя в упор на Ермолаева. — Компания под мудрым руководством Климента Смарагдовича разваливается. Я знаю, как вытащить её из этого дерьма, и уже начал это делать. Оставите меня — я продолжу, и «ЭкзоТех» выровняет свои позиции. Уволите — ну что ж, туда вам и дорога.

— Разваливается?! — взвизгнул Рыбьёшек. — Это вы её разваливаете! Поувольняли…

Никола резко поднял руку, и Климент Смарагдович заткнулся, как отрезало. В кабинете словно похолодало. Ермолаев, серьёзный, собранный и даже грозный, смотрел в упор на Сашу.

— Скажи, что ты не сливал конкурентам информацию про эти чёртовы фазовые модуляторы? — медленно, веско, каким-то совсем другим голосом спросил Никола Рогозина.

Саша сделал лицо кирпичом и ясно и чётко произнёс:

— Я не знаю, о чём ты говоришь.

Ермолаев несколько секунд всматривался в его лицо, а потом покачал головой.

— Ясно, — горько хмыкнул он.

— Я могу сказать, что ни разу не действовал во вред «ЭкзоТеху», — выбрал Розга наиболее точную формулировку.

— Не надо, Саш, — покачал головой Ермолаев. — Уходи. Расчёт тебе переведут, несмотря на всю эту муть с кадровыми документами.

Повисла тишина. Розга оценивал шансы дальнейшей борьбы за это место. Потом отодвинул стул и поднялся. Ещё раз посмотрел на Николу.

— Подумай о том, что я сказал.

И вышел.

Как только за Рогозиным закрылась дверь, Рыбьёшек радостно провозгласил:

— Ну что ж, теперь давайте обсудим, как избавиться от всего того, что этот шпион нам устроил. Предлагаю сразу всё отменить, чтобы не мучиться и не разбираться по каждому пункту. Согласны?

Николе вдруг стало противно. Почему-то Сашу было жалко, хотя они всего пару раз-то и общались. Но стоит ли вмешивать эмоции в дело? Он поднял глаза и натолкнулся на взгляд Ирины. Она казалась встревоженной, всё ещё не отошедшей от недавней сцены с Рыбьёшком. А ведь было время, когда… Впрочем ладно.

— Никола Светозарович?

Ермолаев увидел, что руки двух гендиректоров подняты и все присутствующие смотрят на него. Ира даже медленно кивнула, подсказывая, как часто делала раньше. И это задело. Она не должна сдаваться под давлением Рыбьёшка. А он сам не должен все решения по “ЭкзоТеху” взваливать на её плечи. И Никола произнёс:

— Никаких изменений.

Посмотрел на вытянувшиеся лица и пояснил:

— Мне нравится, как стало сейчас. Клиенты жалуются намного меньше, и прибыль возросла.

— Да это просто совпадение! — возмутился Рыбьёшек. — А тому же у нас большинство…

— А вот про это не надо, — рассердился Никола. — Этот трюк может сработать с наёмным сотрудником, но не со мной. Будет так, как я сказал.

— Но вы же понимаете, что этот человек…

— Климент Смарагдович, не заставляйте меня напоминать, что огромный штраф, который получила наша компания, в основном возник именно благодаря вашему отделу. Вашим чёртовым расхваленным «орлам».

Он убедился, что удар попал в цель, и продолжил:

— И, Климент Смарагдович, не смейте больше в таком тоне разговаривать с моей женой, — припечатал Никола. — Что бы ни случилось, комсдарыня Ермолаева может быть уверена, что её место в компании останется за ней, — он поднялся и ещё раз оглядел присутствующих. — На этом никого больше не задерживаю.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Саша вышел за ворота “ЭкзоТеха”, поднял лицо к безоблачному небу и глубоко вздохнул.

Эти месяцы были бешеной гонкой. Казалось бы, до финиша осталось всего ничего, но… Иногда для победы требуется тактическое отступление.

Пусть враг думает, что победил. На самом же деле — он развязал Рогозину руки. Больше никаких клиентских менеджеров с проблемами, дурацких заседаний, корпоративов и отчётов. Теперь между волкодавом Розгой и его жертвой больше нет препятствий, а единожды вцепившись ей в загривок, он уже не разожмёт зубы.

Заглянув в сеть, он обнаружил, что эти умельцы ещё даже не перекрыли ему доступ. Они так развалили компанию, что их собственные хотелки некому было выполнить в срок и без косяков. Что ж, тем проще. Саша открыл в последний раз открыл свой аккаунт и отправил в бухгалтерию приказ о поощрении сотрудника, снабдив его высшим приоритетом, полученным от Аркадия. Хотя бы на Асины внутренности старому хрычу придётся раскошелиться!

Конец 4 тома!