Менеджер Нагибко, вы робот? - 4

Глава 13

Это был просто финдец. Финансам, а возможно, и компании. Как их вообще по винтику ещё не разобрали? Или правообладатель — кто-то мелкий? Но тогда почему «ЭкзоТех» его ещё не сожрал? И — Ася ведь говорила, первые версии там совершенно недееспособны, это что же Мишура такое стырил?

— Когда его на этом поймали, — проблеял юрист, — он тут же переобулся и заменил чужие куски на свои тяп-ляп на коленке сделанные. Но разбирательство затянулось и в итоге так ничем и не закончилось. Пока никаких шевелений в этой области нет, скорее всего, правообладатели о нас не вспомнят, но если сейчас мы создадим отдел разработки, они наверняка решат, что мы снова что-то своровали. Пойдут проверки, а я уверен, Мишура там не всё подчистил… Мы рискуем получить иск не только за прошлые нарушения, но и за систематическую незаконную деятельность. Понимаете, нужно сначала очистить своё имя, запатентовать разработки с комиссией и вот это всё, а потом уже можно будет лезть в эту область. Но никто не хочет или не успевает этим заняться! Вы вообще себе представляете, сколько у «ЭкзоТеха» активных конфликтов?

— Мы можем назвать отдел иначе, — пытался найти лазейку Саша. — Группа системной интеграции. Отдел внутренней автоматизации.

— Суть деятельности от названия не меняется, — юрист склонился над столом, словно собирался в любой момент уронить на него голову и захрапеть. — Мне нужны гарантии, что ваши действия не усугубят положение компании. А таких гарантий у меня нет. И покрывать меня в случае, если я одобрю действия, которые приведут к новому конфликту, никто не станет.

— А что если техподдержка подчистит всё краденое? — попробовал Саша, хотя понимал, что Мишура вряд ли оставил список конкретных кусков кода, а вслепую это можно до морковкина заговения искать.

— Я на себя ответственность не возьму, — отрезал двумерный.

Саша уже собирался позвонить Тётушке, она ведь тоже в юротделе, и могла оказаться посмелее этого рулона, когда на его вижулик пришло срочное письмо от… Рыбьёшка!

Вот уж кого не ждали! Саше даже стало любопытно, что заготовил для него жабродышащий, так что он отпустил юриста и поехал на аквариумный этаж.

В кабинете Рыбьёшка ничего не изменилось. Сам председатель стоял у бокового столика, спиной к двери, и шуршал там очередным пакетом. Логотипом тот был развёрнут к стене, так что Саше вновь не удалось удовлетворить своё любопытство.

— Рогозин. Вы, я смотрю, разошлись не на страх, а на риск. — Он медленно повернулся и причмокнул губами, словно заглатывал воздух ртом. — Сначала вы отняли у маркетинга и продаж дизайн, передав его в рекламу. Теперь я узнаю, что вы пытаетесь превратить техподдержку в разработку. Вы вообще понимаете, в какой компании работаете? Это «ЭкзоТех», а не ваш стартап!

— Я работаю на эффективность компании, — спокойно парировал Саша, даже не пытаясь поправить Климента Смарагдовича. — Техподдержка и так выполняет функции разработки, а хорошо бы каждый делал своё дело.

— Эффективность, — протянул Рыбьёшек и поморщился. Он медленно подошёл к своему столу, но не сел, а начал водить пальцем по идеально чистой столешнице, будто чертил невидимые схемы. — Это как… как перегрузить двигатель на старой лодке. Кажется, плывёшь быстрее, а там, глядишь, шатун выскочит и дно пробьёт. И окажешься не у берега, а, так сказать, в полынье без весла.

Саша почувствовал знакомое давление где-то в районе переносицы. Начали-ись метафоры.

— Климент Смарагдович, мы не в лодке. Мы в корпорации, которая теряет рынок из-за устаревшего софта и неспособности создать что-то своё. Дно уже пробито безвозвратно, и чинить его поздно. Нам нужно строить новое дно, а для этого нужен док и специалисты, а не заплатки своими силами.

— А-а, док! — оживился Рыбьёшек, его бакенбарды дрогнули. — Док — это место, где корабли простаивают. А простаивают — не зарабатывают. Вы предлагаете построить огромный дорогой док, нанять докеров, а чем они будут заниматься? Точить, так сказать, якоря, которые и так точить не нужно? Это как кормить мёдом спящего медведя: и мёд потратишь, и медведь проснётся злой.

— Они будут создавать инструменты автоматизации, которые позволят компании сэкономить гораздо больше, чем стоит их труд, — Саша решил, что в эту игру можно играть вдвоём. — Сейчас мы ваш мёд размазываем по полу в сортире, и в нём вязнут далеко не только медведи.

— Вот это вы верно подметили! — внезапно переобулся Рыбьёшек. — Сейчас вязнут медведи! А можете завязнуть — вы!

Саша аж растерялся.

— Это что, угроза?

Климент Смарагдович растянул бледные губы до ушей — Саше аж показалось, что сейчас он как рот откроет, как полбашки отвалится… Но нет, заговорил, как обычный человек.

— О чём вы, Мирослав Виссарионыч, я всецело на вашей стороне! Просто по-дружески, так сказать, предупреждаю. Были тут активисты и до вас, и что? Размазаны, Вирослав, размазаны.

— Я понял ваше предупреждение. Но вы-то сами — против или за? — спросил Саша прямо, пытаясь спрямить эти словесные кружева.

— Я — за баланс, — улыбнулся председатель. — За естественный ход вещей. Река сама прокладывает русло, знаете ли.

— Вот я и хочу его проложить. — Саша с самого начала понимал, что ни в чём убедить этого человека не выйдет, но ему было любопытно, как тот выворачивался. Вдруг проговорится о чём-то? — Вы же понимаете, что если что, размазан буду именно я. Я готов пойти на риск. А компании хуже уже не будет, вы это и сами должны понимать.

— Отлично! — просиял Рыбьёшек, сверкнув в отражённом свете из коридора чешуёй. — Действуйте!

И нажал на кнопку, открывающую дверь.

Вот что это было?!

Саша раздумывал об этом всю дорогу до своего кабинета, а на пороге его догнало письмо. И далеко не только его: судя по копиям, оно было разослано всем ключевым руководителям — гендирам, акционерам, в бухгалтерию, юристам, продажам, техподдержке и даже на склад.В целях сохранения финансовой стабильности и избежания дублирования функций, любые инициативы по созданию новых структурных подразделений, сопряжённые с дополнительными бюджетными ассигнованиями, приостанавливаются до особого распоряжения. Существующие ресурсы должны быть оптимизированы в рамках текущих бизнес-процессов.

За подписью Рыбьёшка.

Выматерившись, Саша позвонил Ермолаеву в надежде, что тот своей властью сможет это оспорить. Ну в конце концов, как Рыбьёшек смеет в одно лицо решать такие вещи?!

Ермолаев долго молчал, вероятно, читая текст. И наконец как-то торопливо произнёс:

— Значит, обойдёмся без разработки.

Саша злился. Я видела это так чётко, будто над ним повесили плакат с надписью «Розга в ярости» и стрелочками в его сторону. При этом никаких гримас он не строил, не орал матом и вообще никак внешне не проявлял охватившего его гнева. И тем не менее тот был ощутим так, что даже искины затихарились, носа не казали, голоса не подавали и вообще вели себя невероятно прилично. А я… я совершенно нелогично испытывала глупейший и опаснейший восторг.

Даже не знаю, что приводило меня в такое состояние: то, как безбожно хорош стал сейчас Саша, или что он злился, потому что не мог выполнить данное мне — именно мне — обещание, или что при этом не переставал сосредоточенно думать. Отчаянно захотелось подсесть ближе и прижаться к нему. Останавливало только то, что я по факту ничего и не почувствую. Но желание оказаться рядом в этот момент почти захватило всё моё существо. Не, мне точно в процессе пересадки в робота часть мозга повредили: инстинкт самосохранения и вовсе, похоже, вырезали.

— Знаешь, что во всём этом меня напрягает больше всего? — спросил меня Рогозин, отвлекая от решения — подсаживаться поближе или не рисковать.

— Позиция Аркадия Петровича? — предположила я, отчаянно пытаясь всё же держать себя в руках.

— Нет, она раздражает, я считаю её неправильной, но могу её понять, — Саша поморщился. — Да я даже Ермолаева могу понять. Если, конечно, это всё не какая-то хитрая игра с его стороны. Нет, меня бесит то, насколько эти уроды стали смелы.

Он поднялся и принялся ходить по нашему тайному кабинету от двери до окна, явно их едва замечая. Я опять залюбовалась, но на этот раз не лицом, а фигурой. Так, надо что-то с этим желе в мозгах делать!

— Рыбьёшек же отдал этот приказ, даже не попытавшись его завуалировать. На самом деле достаточно было при следующем планировании бюджета не выделить под отдел разработки денег. Но нет, он открыто издал этот приказ. Не побоялся, хрять!

— Ты не думаешь, что это, наоборот, признак слабой позиции? — заставила я мозг всё-таки думать. — Смотри, у нас в ключевых отделах уже более-менее наводится порядок. Да, работы ещё море. Но всё же мы большие проблемы уже решили, многое исправили. Вот Рыбьёшек и засуетился. Сюда же и нападение на тебя вписывается.

Саша помолчал, покачал головой и только потом заметил:

— Может, ты и правда. Но мне упорно кажется, что где-то заложена бомба, которую мы пока не видим. А наши противники про неё знают, оттого и не боятся. И я всё перебираю и перебираю варианты, но никак не могу понять, что именно нужно проверить, чтобы не бабахнуло или хотя бы не бабахнуло неожиданно.

— Самая большая бомба — это сам Рыбьёшек.

— Рыбьёшек — это, конечно, вредитель. Но он слишком заметен, — не согласился Саша. — Смотри, они поставили на одну из важнейших должностей человека, с одной стороны, карикатурного, а, с другой, к которому хрен подкопаешься! То, что он говорит, можно трактовать тысячью способов! А решения… ты сама видела — он сказал одно, а сделал совсем другое! Это отвлекает, злит, бесит… и заставляет меня думать, что бомба на самом деле где-то ещё.

— Давай попробуем проанализировать всё ещё раз, — я вздохнула, ибо не представляла, что на это ответить ещё. У меня самой таких подозрений не имелось, но у Саши ж опыта-то побольше.

— Это без сомнения, — Розга кивнул. — Я, по-моему, только этим и занимаюсь. Что касается отдела разработки, — Саша тоже вздохнул и посмотрел мне в глаза, — я не отказываюсь от обещания, но предлагаю сейчас немного отступить. Решить часть проблем, которые мешают его созданию, хотя бы с юридической точки зрения, а потом к нему вернуться. Но сначала надо сбить с толку наших противников. Мне кажется, они думают, что сейчас я кинусь в бой и меня на чём-нибудь можно будет поймать.

— Надо их отвлечь, — предложила я. Интересно, он всё-таки выполнит обещание или это тактическое отступление на самом деле просто попытка не потерять лицо передо мной? — Ввязаться во что-то такое, что будет занимать все умы. Или хотя бы наделает много шума.

— М-м… ты права. Эх, жалко день уву уже прошёл, — усмехнулся Саша. — Вот это был отменный отвлекающий фактор!

Я хихикнула.

— Скрепка, Крис, поглядите, нет ли у нас в ближайшее время каких-нибудь масштабных мероприятий в таком же духе?

Искины прислали «Ок», и уже через пару минут мы с Сашей просматривали длиннющие списки. И почти одновременно тыкнули пальцами в одно и то же событие. День создания «ЭкзоТеха». Жаль, не юбилей, но корпоратив можно устроить знатный!

— Объявить заранее, — азартно начала я. — Придумать какие-либо сложности. Типа… все в пиратском стиле… или в древне-египетском…

— Давай уж сразу «мы в зоопарке», — хмыкнул Саша. — Не погрешим против истины! Я лично пришлю Рыбьёшеку пришлю костюм обглоданного рыбьего скелета.

Я засмеялась. Представила Широухову с ушами слона, Ермолаева с хвостом осла, Усманова из безопасности с мордой бульдога, менеджеров с крыльями галок, куриц, ворон и дятлов, отдел продаж скопом с рогами козлов, орлов… в виде орлов… и сама заржала как лошадь.

И работаю я как лошадь… м-да… Может, крыской одеться будет получше? А что, и со склада я тащила, и кусаю больно.

Поняв, что этакий корпоратив доломает «ЭкзоТех» вернее, чем действия врагов, я выдала, на мой взгляд, гениальное решение:

— Слушай, у нас же есть специальный человек для таких дел. Может, она даже уже протрезвела.

Саша не сразу понял, о ком я. Потом поднял брови и уточнил:

— Снова Широухова?

— А что? Представления у неё получаются шикарнейшие!

— Ба-алин… — вырвалось у меня, когда я открыла письмо с информацией о корпоративе.

С Широуховой мы поступили по уже обкатанной схеме: накидали ей якобы случайных статей о тимбилдинге, важности совместных развлекательных мероприятий, особенно если они заключаются не только в совместном пожирании деликатесов, и подсунули в календарь напоминание о скором дне рождения «ЭкзоТеха». Трижды.

Пару раз сунувшись в её переписку, я убедилась, что наживку она заглотила, и на этом успокоилась. Не до неё. На наш отдел посыпались последствия объединения баз и изменения основной рабочей программы. Разумеется, всех что-то не устроило, кто-то в чём-то не разобрался, некоторые уникумы умудрились тут же что-то сломать. В общем, мои сотрудники носились, как наскипидаренные, то и дело прибегая ко мне с очередным «Все пропало! Можно я всех убью?» Я в целом не была против, но во внерабочее время, что сильно охлаждало пыл. В итоге никого не убили, но нервы потрепали всем вовлечённым. Мне в первую очередь.

Так что по итогу идея корпоратива была отдана полностью на откуп Широуховой, и вот сейчас читая письмо, я поняла, что та вновь спелась с нашей разлюбезной психологией и это… трындец. С другой стороны, разве не в этом был план?

Я ещё раз вчиталась в письмо, помеченное всеми возможными значками важности и срочности, продублированное в рабочий мессенджер и требующее обязательного подтверждения прочтения.

«Уважаемые коллеги!

Обращаюсь к каждому из вас как к отдельной личности и как к части единого корпоративного организма! Совсем скоро день, когда наш родной «ЭкзоТех» появился на просторах галактики! Даже в такие непростые времена, как наше, это событие непременно должно быть отмечено со всей возможной самоотдачей, на которую способны наши корпоративные сердца!

И мы это сделаем. Причём в планах не просто поесть оливье и выпить игристого! Нет! Мы проводим мощнейший гештальт-эксперимент под кодовым названием «ВЕЛИКИЕ ЭПОХИ»! Маскарад и работа над собственной личностью в одном флаконе!

Такой формат корпоратива разработан совместно с нашим штатным психологом, мастером душ, Евой Генриховной Райман, а также согласован с генеральными директорами. Поэтому прошу отнестись к мероприятию максимально серьёзно! Костюм а-ля офисный планктон будет считаться актом неуважения и прямой дорогой на личную беседу с последующим построением индивидуального плана развития.

Причины.

Зачем это нужно? Поясняю для того, чтобы вы осознали глубинные цели и включились с максимальной самоотдачей.

— Мы наряжаемся, чтобы выйти из травмирующей рутины и войти в ресурсное состояние через архетипы.

— Мы переодеваемся, чтобы сбросить маски офисных ролей и примерить маски исторические, тем самым легитимизировав свою теневую сущность в безопасном формате.

— Мы веселимся, чтобы синхронизировать коллективные биоритмы через совместное проживание опыта карнавала.

— Мы празднуем, чтобы создать безупречный контент для наших соцсетей и показать всем, насколько наша команда сплочённая, креативная и синхронизированная.

!!!

Это не вечеринка. Это терапевтический акт повышения KPI через деконструкцию эго.

Правила и требования.

!!! 1. Это мероприятие обязательно для всех, кто хочет видеть своё имя в списках на премию по итогам года!!! На любую премию!

2. Костюм — это ваш пропуск. Нет костюма — нет вас. Это правило. Сотрудник без костюма отравляется домой думать о своём отношении к корпоративным ценностям. День считается прогулянным, а списки премий, в том числе и по итогам работы с клиентами, лишаются вашей фамилии! Халтура типа тоги из шторы приравнивается к саботажу.

3. Глубина погружения. Римлянин должен говорить «Ave!» и носить сандалии. Викторианская леди — томно падать в обморок на руки красивым мужчинам. Пират — требовать ром вместо кофе. Кринж — это новая искренность, которую пропагандирует Ева Генриховна. Так что не стесняйтесь быть кринжовыми! Это по науке.

Подготовка.

1. Вот ссылка на рандомайзер, с помощью которого ваш отдел выберет себе эпоху. Крутить можно один раз с аккаунта руководителя. Результат тут же присылается мне и всем сотрудникам отдела на почту. Запрещено сообщать о теме вашего отдела сотрудникам из других подразделений!

2. С сегодняшнего дня и до корпоратива я жду от вас ежедневные отчёты по этапам готовности вашего образа и внутреннем состоянии.

3. Консультации с Евой Генриховной строго обязательны! Вот ссылка на её календарь. Вы обязаны проработать с ней основную проблему вашего образа, что вы им пытаетесь сказать, кого вы выбираете — Внутреннего Ребёнка, Внутреннего Воина или что-то ещё.

4. Запрет на сверхурочные за неделю до события. Вы должны тратить это время на поиск кринолина или исторически верного меча, а не на работу! Я лично буду проверять время выхода с территории. Ваша задача сейчас — творить, а не работать. KPI подготовки к корпоративу теперь ваш главный KPI.

Заключение.

Мы создаём легенду!!! Помните, ваш костюм — это внешняя проекция вашего внутреннего «я». Пусть она будет яркой! И фотогеничной! Бюджет на костюмы не компенсируется. Это инвестиция в ваш личный бренд внутри компании».

Я перечитала письмо и в третий раз. Потом медленно подняла голову и наткнулась на полные мольбы взгляды сотрудников техподдержки. Отчаянно захотелось предложить уволиться всем отделом. Но, черт возьми, я же всё это и затеяла. Поэтому где тут у меня настройки искренней — не вымученной! — улыбки? Выставила — и вперёд.

Собравшись с силами, я вышла к сотрудникам из своего «аквариума» и бодро, хоть и нервно — забыла про настройки голоса! — спросила:

— Ну что ж, у кого из нас счастливая рука? Кто будет крутить рандомайзер?