Мой дорогой муж

ГЛАВА 22

Субботнее утро началось с привычной чашки кофе. В молочно-сером свете, просачивающемся сквозь занавески, Виктория чувствовала себя странно… на удивление по-домашнему. Ей пришлось встать раньше, чем она привыкла в выходной, — была договорённость с дядей Витей. Мотоцикл ждал, и накопившиеся мелкие неисправности требовали её внимания.

Когда вошла на кухню, Вадим уже был там, одетый в простую чёрную футболку и домашние штаны. Он стоял у окна, глядя на окутанный туманом двор, и в его силуэте было что-то отрешённое.

— Доброе утро, — сказала она, стараясь, чтобы её голос не прозвучал слишком громко в утренней тиши.

— Доброе, — он обернулся, и на лице появилась лёгкая, усталая улыбка. — Я сделал кофе.

Они завтракали почти в тишине, но эта тишина не была неловкой. Это было спокойное, комфортное молчание двух людей, которые привыкают жить под одной крышей.

— Я сегодня надолго, — предупредила Виктория, отпивая горячий напиток. — Нужно в гараже повозиться. Вернусь не раньше четырёх, наверное. А завтра, скорее всего, снова придётся туда ехать.

— Понимаю, — кивнул Вадим. — Не торопись. У меня тоже сегодня работа. Новый проект, сроки горят.

Вскоре проснулась и Саша. Завтракая, она с деловым видом объявила взрослым о собственных планах, а именно о своём намерении провести день в гостях у Дани.

— Мама купила ему новую игру на приставке. Приглашает проверить её. А тётя Марина испекла что-то вкусное. Сказала, что и вам передаст потом.

— Хорошо, — ответил Вадим. — Передай ей спасибо. И будь дома не позже семи.

— Договорились, — Саша торопливо кивнула, на ходу доедая.

Вадим не переживал. Он знал, что мама Дани обязательно накормит детей и проследит, чтобы они не сидели за играми до посинения. Когда за Сашей захлопнулась дверь, в квартире воцарилась полная, звенящая тишина. Виктория, пожелав Вадиму удачного дня, тоже ушла. Он остался один.

Эта тишина давила. Она больше не была спасительной и уединённой. Теперь она казалась пустой и оглушающей. Вадим прошёл в гостиную. Он постоял у окна, глядя на улицу, а затем достал телефон. Пальцы сами набрали знакомый номер.

Гудки длились недолго.

— Да? — раздался в динамике спокойный, ровный голос Кирилла.

— Я просил тебя не подходить к ней, — вместо приветствия, ледяным тоном произнёс Вадим.

За его словами повисла пауза.

— Та встреча вышла случайной. У меня не было намерения пугать её. Я всего лишь хотел увидеть тебя.

— Зачем? — в голосе Вадима не было любопытства, только холодное, глухое раздражение. — Чтобы что? Снова рассказать мне, какую ошибку я совершаю? Напомнить о моих обязанностях перед семьёй?

— Нет… — голос Кирилла стал тише, в нём прозвучала непривычная усталость. — Вадим, у меня остался только один брат. Я не хочу повторения прошлого.

Эти слова взорвались в голове Вадима, словно огненная вспышка. Кровь ударила в виски.

— Не смей, — его пальцы побелели, сжимая телефон. — Не смей даже сравнивать Сашу с… ней. Не смей ставить их в один ряд. И прошлое не повторится. Знаешь, почему? Потому что я, как бы и кого это не раздражало, безумно хочу жить. Потому что я должен быть рядом с этим ребёнком. Так что можешь быть спокоен. И держись от нас подальше.

Он сбросил вызов, не дожидаясь ответа, и замер посреди пустой комнаты. Руки мелко дрожали. Вадим заставил себя сделать глубокий вдох, потом ещё один. Нужно успокоиться. Нужно работать. Сроки горят, и клиенту совершенно плевать на его демонов и призраков прошлого…

***

Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тёплые тона, телефон Вадима, лежавший на столе рядом с ноутбуком, завибрировал и ожил. На экране высветилось её имя.

Он провёл пальцем по экрану, и тишину комнаты нарушил голос Виктории, живой и немного усталый.

— Ну что, не отвлекаю?

— Нет, — ответил Вадим, откидываясь на спинку кресла. Её голос подействовал на него, как бальзам.

— Отлично. Потому что у меня новости. Во-первых, я закончила с ремонтом. А во-вторых… — она сделала театральную паузу, и он мог поклясться, что девушка сейчас улыбается своей нахальной, победной ухмылкой. — Не хочет ли мой дорогой муж немного прокатиться?

Вадим закрыл глаза и усмехнулся. Прокатиться? Забыть обо всём... Просто чувствовать ветер и её близость…

— Разве я могу отказать хоть в чём-то дорогой жене? Где ты? — спросил он, уже поднимаясь с кресла.

***

Дорога заняла не больше десяти минут. Автомастерская находилась в промзоне, среди рядов одинаковых кирпичных боксов. Вадима встретил резкий запах смеси бензина, машинного масла и старого металла. Виктория ждала его у распахнутых ворот бокса, прислонившись к своему мотоциклу. Она была в той же одежде, что и утром, но теперь на локте красовалось тёмное пятно смазки, а волосы снова были собраны в небрежный хвост. В руках она держала второй шлем — чёрный, матовый, без всяких украшений.

— Примерь, — сказала она, протягивая его Вадиму.

Шлем сел идеально. Застёгивая ремешок, он чувствовал себя немного не в своей тарелке. Это был её мир. Её территория.

— Готов? — спросила Виктория, уже надевая свой шлем и с лёгким щелчком опуская тёмный визор.

Вадим кивнул и, перекинув ногу, сел на заднее сиденье. Оно оказалось неожиданно узким. После секундного колебания он неуверенно положил руки Виктории на талию. Она была тонкой и тёплой даже сквозь ткань футболки.

— Держись крепче, — скомандовала Виктория, и в её голосе заиграли озорные нотки.

Глухой, рокочущий звук заведённого мотора наполнил гараж, вибрируя и отдаваясь в груди. Девушка обернулась, и сквозь тёмное стекло визора Вадим увидел блеск её глаз.

— Я же сказала — крепче.

С этими словами Виктория резко выжала газ. Мотоцикл взревел и рванул с места с такой силой, что Вадим инстинктивно вжался в её спину, крепко обхватив руками. Ветер ударил, заглушая все звуки, кроме рёва мотора и стука его собственного сердца.

— Я повезу тебя любоваться закатом! — крикнула Виктория сквозь ветер. — Это лучшая награда за тяжёлый день!

Город проносился мимо размытыми пятнами света, а Вадим держался за неё и понимал, что впервые за этот бесконечный, тяжёлый день он наконец-то дышит полной грудью…

…Городской шум оставался где-то позади, заглушённый ровным рёвом мотора и свистом ветра в шлеме. Мотоцикл летел по вечернему городу, превращая улицы в калейдоскоп огней. Вадим крепче обхватил Викторию, чувствуя её спиной каждое движение, каждое ускорение. Он доверился ей полностью, отдавшись этому стремительному полёту. Это было странное, пьянящее чувство свободы, которого он не испытывал очень давно.

Стоило выехать из города, как пейзаж сменился. Вместо высоток и неоновых вывесок появились тёмные силуэты деревьев на фоне догорающего неба. Дорога петляла, уводя их всё выше. Виктория вела мотоцикл уверенно и легко, словно была единым целым со своей машиной. Наконец, она свернула на едва заметную грунтовую дорогу, уходившую в сторону от основного шоссе. Ещё несколько минут тряски по ухабам — и она заглушила мотор.

Они оказались на вершине холма. Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в траве, оглушила после рёва двигателя. Перед ними, насколько хватало глаз, расстилался город. Отсюда он казался игрушечным, мерцающей россыпью бриллиантов на тёмном бархате земли. А над ним, на горизонте, догорал закат, окрашивая небо в невероятные оттенки — от огненно-оранжевого до нежно-лилового.

— Вот, — тихо сказала Виктория, снимая шлем. Ветер тут же растрепал её волосы, выбившиеся из хвоста. — Моё секретное место.

Вадим тоже снял шлем. Он смотрел на открывшуюся панораму, и ему казалось, что он видит нечто подобное впервые в жизни. Вся тяжесть дня, все мрачные мысли о брате, о семье, о прошлом — всё это вдруг стало мелким и незначительным по сравнению с этим безмолвным величием.

— Как ты его нашла? — спросил он, не отрывая взгляда от горизонта.

— Случайно, — она пожала плечами, подходя к самому краю обрыва. — Когда только училась ездить, часто каталась здесь по ночам, чтобы никому не мешать. Один раз заблудилась и выехала сюда. С тех пор это моё место силы. Когда совсем хреново, я приезжаю сюда. Смотрю на город и понимаю, что все проблемы там, внизу, — она махнула рукой в сторону огней, — а здесь только ты и небо. Помогает привести мысли в порядок.

Виктория села на траву, обхватив колени руками. Вадим сел рядом, на небольшом расстоянии. Они молчали, глядя, как солнце медленно погружается за горизонт, а город зажигает всё больше и больше огней.

— Спасибо, что привезла меня сюда, — наконец сказал Вадим. Его голос был тихим, почти сливался с шумом ветра.

— Тебе нужно было развеяться, — так же тихо ответила Виктория, не глядя на него. — У тебя был тяжёлый день.

Он удивился. Ведь ничего ей не говорил. Как она узнала?

— Ты очень хорошо умеешь прятать свои чувства, Вадим, — продолжила она, словно прочитав его мысли. — Но глаза… глаза тебя выдают. Сегодня утром было ясно, что ты станешь себя накручивать, как только мы все разбредёмся кто куда.

Виктория повернулась к нему. В полумраке её лицо казалось мягким и серьёзным одновременно.

— Знаешь, в моей жизни было достаточно того, о чём хотелось бы забыть и уж тем более не делиться этим. Чтобы не «пачкать» близких этими воспоминаниями. Поэтому, пусть я и не знаю, что у тебя произошло в прошлом, я не буду спрашивать. Но если тебе когда-нибудь понадобится просто помолчать рядом с кем-то, кто не будет задавать вопросов… Можешь считать, что у тебя теперь есть такое место. И такой человек.

Она снова отвернулась к городу, давая ему возможность не отвечать. Вадим смотрел на её профиль, очерченный последними отблесками заката, и чувствовал, как рушится последняя стена, которую он так старательно выстраивал вокруг себя. Эта девушка… она видела его насквозь, того, кто просто отчаянно пытался удержать свой мир от распада.

Вадим не знал, что сказать. Слова казались неуместными и лишними. Поэтому, вместо них, он просто протянул руку и накрыл своей ладонью её, лежавшую на траве.

Виктория вздрогнула от неожиданности, но руку не отняла. Её пальцы были холодными. Вадим осторожно сжал их, согревая своим теплом.

Они сидели так ещё очень долго, в полной тишине, и ему казалось, что мог бы задержаться здесь на вечность, если бы время остановилось.

Но всё же им предстояло вернуться в город. Обратная дорога была другой. Вадим по-прежнему крепко держался за Викторию, но теперь это был не инстинктивный жест, чтобы не упасть, а осознанное, почти собственническое прикосновение. Он чувствовал тепло её спины и лёгкую вибрацию мотоцикла.

Виктория вела его плавно, без прежней резкости. Она тоже чувствовала эту перемену. Чувствовала вес его рук на своей талии, его ровное дыхание у себя за спиной. Прикосновение его ладони на холме всё ещё горело на её коже, и это воспоминание было куда более реальным, чем шумный город вокруг.

Они заехали в гараж, и когда рёв мотора стих, тишина стала почти звенящей. Виктория сняла шлем, её волосы, собранные в хвост, скользнули по спине. Она не смотрела на Вадима, занятая тем, что ставила мотоцикл на подножку. Вадим тоже снял шлем, и какое-то время оба просто стояли в полумраке гаража, пахнущего бензином и пылью.

Виктория чувствовала его взгляд, и это сбивало с толку. Её сегодняшнее желание помочь развеяться было спонтанным. Просто порыв. И это не первый раз, когда кто-то сидел за её спиной на мотоцикле. Та же Ленка делала это неоднократно. Но ощущение катастрофически разнилось… Прикосновение рук, державших за талию… Сама его близость… И то, как внезапно Вадим накрыл её ладонь своей…

Отчего-то всю обратную дорогу слова Лены не выходили из головы. Все идиотские шутки подруги по поводу того, что она могла нравиться Вадиму… Но вдруг он просто был под влиянием эмоций из-за произошедшего накануне?

Могла ли она заинтересовать его как девушка, вне всех договорённостей и прочего? Или правильнее будет сказать, что она внезапно кое-что поняла. Неужели сама начинала хотеть, чтобы всё это оказалось правдой? Вот чёрт… Тысячу раз — чёрт… И что теперь с этим делать?

Попробовать приударить за собственным квартирантом? На правах «жены», так сказать?.. Виктория усмехнулась своим мыслям и покачала головой. На мотоцикле, получается, прокатила… Что там дальше по плану романтических клише? Сводить в кино? Купить цветы?..

Вадим с удивлением наблюдал за меняющимся выражением её лица.

— Что происходит в твоей голове? О чём задумалась?

— Да так… Ни о чём. — Проходя мимо Вадима, она хлопнула его по плечу. — Всё в порядке. Сегодня ты в безопасности…

— Что это значит? — пробормотал он, выходя вслед за ней из гаража.