На высоте

5

Кира

Катманду встретил нас шумом, ароматами ладана и блаженным теплом. После синего льда и белого снега всё здесь казалось слишком ярким. Люди, улицы, рикши, крики на всех языках сразу. Дома, опутанные проводами, гирлянды бархатцев на чьих-то воротах… Ко всему приходилось привыкать заново.

Но Гор был явно загружен не этим. Он уткнулся в телефон в отчаянной попытке найти номер в переполненных из-за непогоды гостиницах, но, конечно, не находил. Из-за закрытых дорог и отменённых рейсов все отели были забиты под завязку. Меня ждал номер в гостинице лишь потому, что организаторы экспедиции заблаговременно оплатили бронь. Гору идти было некуда. И мне его уязвимость была только на руку.

– Гор, не парься. Поживешь со мной. Обещаю, приставать не буду, – пошутила, желая чуть поднять ему настроение. Горский хмыкнул, приняв независимый надменный вид. Сложил руки на груди, отчего под тонким слоем одежды проступили сухие, не накачанные спортзалом, а вылепленные горами и годами таскания рюкзаков мышцы. Хорош… Ничего не скажешь.

– Не хочу тебя стеснять. С номерами в городе глухо, – заметил он. – Но в Тамеле есть гостевой дом, с владельцем которого мы подружились. Может, он найдет для меня койку…

– И охота тебе опять собираться в дорогу? Оставайся. Я пробуду здесь по меньшей мере пять дней.

Горский нахмурился. Обвел задумчивым взглядом фасад одного из лучших отелей в Катманду. И тяжело вздохнул. Ему явно не хотелось попадать от меня хоть в какую-нибудь зависимость. Он привык быть ведущим и полагаться лишь на свои силы. Но это была форсмажорная ситуация.

– Ладно. Если я тебя не стесню…

– Какой там? Я на день забурюсь в спа – мы даже не увидимся.

– Спа? – скривился Горский.

– Ну да. Посмотри на меня! Мне нужно реанимировать кожу и волосы, а еще сделать массаж. Клянусь, у меня болит каждая мышца в теле… У-у-у, – застонала я, только представив это роскошество. Горский сбился с шага и как-то странно на меня глянул. Я смутилась… Уткнулась взглядом в ковер, устилающий путь к ресепшену. Подхватила услужливо поднесенный официантом приветственный бокал шампанского и осушила его сразу наполовину. Организаторы экспедиции рекомендовали мне не экономить на гостинице, и прямо сейчас я поняла почему. После стольких дней аскетизма, голода, холода и пахоты на пределе сил очень хотелось себя побаловать.

– Добрый день. У нас забронирован номер на имя Киры Маховой…

– Кира? Так вот вы какая! – раздался добродушный возглас из лобби-бара. Я растерянно оглянулась. За небольшим столиком сидела довольно пестрая интернациональная компания. От нее отделился полноватый мужчина и, улыбаясь от уха до уха, двинулся ко мне.

– Извините, мы знакомы?

– Нет! Но я просто жажду с вами познакомиться! – хохотнул он. – Я Макс. Мы тоже планировали восхождение, но помешала гребаная погода. А ты молодец, отчаянная. Даже в новостях о тебе говорят.

– Вот как? – бросила растерянный взгляд на Гора. Тот пожал плечами. Как и я, в новости он давно не заглядывал. Мы даже до соцсетей еще не добрались, чтобы зачекиниться и выложить фото с восхождения.

– Шесть восьмитысячников, меньше чем за месяц! – восхитился Макс и обернулся к своей компании, сказав на английском: – Ребят, это знаменитая Кира Махова.

– Вау! Давайте к нам. Гор, знакомь со своей девочкой…

Я снова растерянно посмотрела на Горского. Наверное, в компании Макса Гора хорошо знали. Тот улыбнулся, бросил рюкзак и пошел поздороваться со своими знакомыми.

– С удовольствием. Чуть дух переведем – и сразу. Мы еще даже не заселились, – усмехнулся он.

– Госпожа Махова, ваши ключи… – тихонько окликнула меня девочка на ресепшене. – Завтрак с семи до одиннадцати утра в основном ресторане. Здесь информационные флаеры… И график работы спа…

Мне протянули конверт, две пластиковые карты и аккуратную папку с буклетами с графиком работы всего на свете: ресторанов, спортзала, спа и прачечной. Буклеты шуршали так приятно, что захотелось их погладить… М-м-м.

Наш номер с Горским располагался на шестом этаже. Поднимались туда на лифте. В кабине звучала приглушённая музыка и царила прохлада. Открыв дверь, я почти физически ощутила – все, я кончилась. Две односпальных кровати были придвинуты одна к другой. Вешалка для пуховиков, широкий подоконник окна с видом на двор: зелень, кирпичные стены, шелестящие на ветру флажки… На столике – фрукты, бутылки с водой, под ним – мини-бар.

Я села на край постели, и хоть матрас был достаточно упругим, казалось, я провалилась в него, как в облако. В горле неожиданно защипало от простого человеческого счастья. Захотелось разом всего: горячего душа, шампуня нормального, пахучего крема… Много-много крема.

– Чур, я первая в душ, – сказала в воздух. Гор сидел на стуле, и все его внимание было отдано телефону.

– Иди, – буркнул он. – Я ещё попробую позвонить этим из Тамеля.

Вот же упрямец! Лучше бы кровати раздвинул… Лично я не собираюсь так утруждаться. У меня по плану душ, спа и сон!

Зайдя в душ, выкрутила кран до предела – горячая вода обрушилась на меня стеной. Ноги подкосились. Влажный пар заполнил всё. Я разделась, собрав вещи в сумку для стирки. Глянула в зеркало. М-да… Печальная картина. Обожженное лицо, кажущееся еще более ярким на фоне бледного тела в синяках, сухая кожа на локтях и коленях… Я стояла под горячей водой, чувствуя, как с меня стекают соленый пот, грязь и страх, и тихо плакала. Эти шесть минут стали единственной слабостью, которую я себе позволила.

После вытерлась белоснежным пушистым полотенцем, натянула предложенные халат и шлёпанцы, взяла карточку спа и стала заполнять форму, ставя галочки напротив всех имеющихся процедур. Да, да, да. Хочу!

– Я ухожу, – пробубнила я, стараясь не смотреть на оголившегося по пояс Горского. – Вернусь поздно, не жди.

– Ага, – донесся невнятный голос.

В царстве релакса пахло эвкалиптом и лимонником. Мне предложили «альпинистский» сет – двадцать минут сауны, скраб, контрастный душ, обертывание, маски на лицо, руки и волосы, после которых меня ждал потрясающий двухчасовой массаж всего тела с пахучим маслом. Потом был педикюр, большую часть которого я проспала, и маникюр... Напоследок мне подарили волшебный бальзам для губ. Я нанесла тот щедрым слоем, сразу почувствовав его целительный эффект – мне стало почти не больно улыбаться.

Вернулась в номер ближе к вечеру. Горского и след простыл. Впрочем, это было неудивительно. Хотела тут же лечь спать, но урчание живота напомнило о том, что сначала неплохо бы мне поесть. Нехотя натянула свободное хлопковое платье, сандалии, распустила по плечам вымытые и напитанные дорогостоящим уходом волосы и пошла к лифту.

В ресторане было очень многолюдно, а потому шумно. Ни одного свободного столика! Я растерянно огляделась. Наконец, заметила Гора, который сидел в окружении уже знакомых мне альпинистов. Горский улыбался – по-настоящему, широко. Я поймала себя на лёгкой ревности… Со мной, пожалуй, он еще никогда не был так открыт.

– Кира, что стоишь?! Иди к нам! – завидев меня, взмахнул руками Макс. Я глубоко вздохнула и пошла, да… А что оставалось?

– Официант!

Я подошла к столу, как раз когда все собравшиеся за ним пришли в движение, освобождая для меня местечко. Кто-то притащил стул, выпросив тот у ребят за соседним столиком.

– Выглядишь отдохнувшей, – прокомментировал мое появление Горский, пройдясь по мне от макушки до пяток внимательным взглядом.

– О, да. Это был сущий кайф. Очень я здешний спа рекомендую…

– А я рекомендую стейк… Он здесь тоже весьма неплох, – похлопал по выступающему животу Макс.

Глядя в меню, я задумчиво почесала щеку:

– Почему бы и нет? А к нему спаржу на гриле, пожалуйста, и салат, и лепешку…

– Вот это по-нашему! – заржал Макс. – Слушай, Кир, как насчет фото?

– Со мной? – растерялась я.

– Ну, а кто у нас тут звезда?!

Я хмыкнула. Уж к чему я никогда не стремилась, так это к звездному статусу. Хотя… чего скрывать, мысль о том, что где-то там, далеко-далеко, кто-то из прошлой жизни увидит меня в новостях, грела сердце. Пусть знают, кто я без Перминова… Даже если я еще сама того не поняла – пусть знают.

Пожав плечами, наклонилась к Максу, тот меня приобнял и, радостно улыбаясь, сделал несколько снимков. Этим дело не ограничилось. Мало того, что со мной захотели сфотографироваться все, кто сидел за нашим столом, так еще подошли ребята из-за соседних. Новость о том, что в ресторане «та самая Кира Махова», облетела округу со скоростью лесного пожара. И ко мне потянулся народ. Кто-то – чтобы выразить уважение, кто-то – чтобы проверить на вшивость, а потом написать какую-нибудь гадость. Еще Грег предупреждал меня, что мне придется столкнуться с хейтом завистников. Так что я не питала иллюзий.

Спокойно поужинать не удалось. Я как раз прикидывала, под каким бы предлогом сбежать, когда меня вдруг окликнул до боли знакомый голос.

– Кира! Перминова… Ты?!

– Тимур… – ахнула я, вскакивая на ноги, не в силах поверить тому, что вижу здесь, в Катманду, лучшего друга своего бывшего. – Привет! – зазахохотала. – Только я Махова.

– Виноват, как-то не подумал, что ты захочешь вернуть свою фамилию, ну-ка иди сюда! Чего стоишь, как неродная?!

Я улыбнулась и с нескрываемой радостью вошла в распахнутые объятья Казиева. Ну и что, что он лучший друг Олега? У нас с Тимом тоже были очень теплые отношения… До того, как я разозлилась, что он тоже мне ничего не сказал об измене Перминова, а сейчас… Обида внезапно отошла на второй план, осталось только хорошее.

– Привет. Ты как здесь очутился?! – не скрывая охватившей меня радости, воскликнула я.

– Я?! А ты?! – и себе скалился Казиев.

– Ну-у-у, я отдыхаю после восхождения.

– Куда ходила?

Хотелось прихвастнуть. Потому что он наверняка бы передал это Перминову, но почему-то не стала…

– Да куда только не… – отмахнулась и вдруг поймала себя на том, что все как в нашу первую встречу – горы, романтика… И атмосфера та же – предвкушения и куража. Мы с Перминовым ведь как познакомились? Он с Тимуром приехал отдыхать в наши горы, а я была сопровождающим группу гидом. Так все начиналось, да… Очень красиво, как в сказке. – А ты?!

– А я на Эверест пытался, – раздулся от гордости Казиев. – Но чертова погода! Только задницу зря морозил. Господи, Кир… Поверить не могу!

И столько искренней радости было в глазах этого взрослого матерого мужика, что у меня в душе что-то дрогнуло. Я вновь потянулась к нему, опустила голову на широкую грудь, вдохнула знакомый еще по той, прежней жизни запах… Так много всего поменялось за эти два года, что как-то даже не верилось, что что-то где-то осталось прежним.

– Ты надолго здесь или…

– Или! Сегодня должен был улететь. Но аэропорт закрыли. Слушай, я тебя угощу ужином, ты не против?

– Сейчас? – притворно ужаснулась я. – Я только поела, Тим!

– Ну, тогда хоть кофе со мной выпей! Улечу же… А там когда теперь свидимся? Расскажешь, как ты. Сошла со всех радаров! Ну, вот какого фига, Кир?

– А то ты не знаешь, – усмехнулась я. Тимур нахмурился.

– Слушай, ну это же Перминов дров наломал, меня ты за что наказываешь?

На эту тему говорить не хотелось. Неловко повела плечами, отвела взгляд и наткнулась на пялящегося на нас Горского. Ну, а этот еще чего смотрит? Я же никак не комментирую, что его тоже давно взяли в оборот Макс и ко?

– Да прям наказываю, скажешь тоже. Пойдем в лобби? Там вроде потише, – сменила тему. Тимур с радостью поддержал эту идею. Заказал нам кофе и коньяк.

– Я после спа, – предупредила. – Если пропущу рюмашку, боюсь, меня развезет.

– Напугала ежа голой жопой. Давай, за встречу!

Слово за слово. Так хорошо, так… спокойно. Мыть кости знакомым, как в старые добрые времена, болтать ни о чем и обо всем сразу… Как и обещала, я довольно быстро захмелела.

– Кир, слушай, раз уж мы встретились, я… Короче, давно хотел сказать, что…

– Кир, – прервал взволнованную речь Казиева низкий голос Горского. – Ты спать собираешься? Поздно!