Наследница стихии. Призванная для принца Белых земель

Метка

Надо отдать должное Теодору. Он позволяет мне спокойно дослушать первую композицию. Не пристает и не отвлекает. Но лишь аккорды стихают, принц снова напоминает о себе.

— Нравится музыка?

— Да, — отвечаю, не удостоив его взглядом. Все внимание остается на сцене.

— Садись к столу. Пока твой хорек все не съел…

— Это не хорек… — резко разворачиваюсь и уличаю кота в краже доброго куска индейки. — Лео! А ну, перестань!

Пойманный с поличным, тут же прижимает уши, но со стола не слезает, делает вид, что обращаются не к нему.

— Звери должны слушать своих хозяев, — довольно холодно говорит Теодор и буквально швыряет кота со стола мне под ноги.

— Боже! Ты его чуть не пришиб! — от злости забываю про субординацию и перехожу на ты.

Хватаю ошарашенного Лео и прижимаю к себе.

— Живой, малыш? — шепчу, поглаживая белую шкурку.

— Мр-р-р.

Кот имеет талант к актерскому мастерству, но сейчас он, кажется, на самом деле напуган. Хочется спрятать его за пазуху и поскорее уйти подальше. Пока нас обоих не размазали по стенке.

— Приятного аппетита, Ваше Высочество. Мы с Леопольдом уходим, — опасливо поглядываю на Теодора, ожидая от него новых выходок и готовясь обороняться.

— Куда? — удивляется принц.

— В покои. Там безопаснее, чем рядом с вами.

— Ты что, обиделась из-за хорька?

— Он не хорек! Это кот. Леопольд — кот! Ясно?! — несмотря на опасение, заявляю довольно громко.

— Ладно, ладно, — поднимает руки. — Мне без разницы. Садись. Обещаю больше его не трогать.

Молчу, стою на месте.

— Если хочешь, можешь посадить его на стол. Пусть ест хоть из тарелки! Кто же знал, что в Мааре считается нормальным принимать пищу из одного блюда с питомцем?!

— Мог бы разузнать о наших традициях, — фыркаю. И хорошо, что Теодор такой невнимательный. Иначе он бы знал, что в королевстве вообще не принято держать домашних кошек. Их кошки крупные, дикие и летучие. Впрочем, и Леопольд вполне способен летать, если налижется «окрыляющего» геля.

— Не будем портить этот вечер, присаживайся.

Не дожидается Феликса, силой мысли отодвигает передо мной стул. Наверное, не стоит ему перечить. Лучше попытаться усыпить бдительность, иначе не сбежать.

Сажусь, но не расслабляюсь. Лео сворачивается в клубок у меня на коленях. На стол больше не лезет: воспитание Теодора подействовало.

Несмотря на наши разборки, музыканты продолжают играть. Именно это позволяет мне сосредоточиться на музыке и молчать. Теодор же сидит со скучающим лицом, время от времени поглядывая на меня, но я старательно делаю вид, что не замечаю. Он не ест. Так же, как и брат в нашу прошлую встречу за ужином, он попивает из красивого старинного кубка. Только если у младшего в бокале было что-то похожее на магический отвар, то у старшего брата точно в меню кровь девственниц.

Фу… ну и мысли!

— Это метка наследного принца.

Вздрагиваю. Я лишь мельком взглянула на его запястье, когда он подносил кубок к губам. Успела увидеть символ, словно отпечаток золотом на коже.

— У Теолара такой нет, — продолжает читать мои мысли. — Это и неудивительно, я старший. Он — всего лишь моя тень.

— Какое самомнение, — вырывается. Интересно, откуда он знает, о чем я думаю?

— Вполне оправданное, — прищуривается. — А ты, как вижу, успела оценить по достоинству моего брата.

Молчу. Вслушиваюсь в аккорды.

— Чем он тебя подкупил? Только не говори, что внешностью. У нас с ним много общего, так что тут шансы почти равны, — смеется.

— Ваше Высочество, это не тема для разговора.

— А понял. Ты предпочитаешь тихих неудачников.

— С чего бы это?!

— Ну сначала этот… как его, кстати, звали? Сын прихвостня твоего отца…

Пытаюсь вспомнить имя возлюбленного Камеи и в голову ничего не идет… что-то похожее на Пушкинское… Ратмир? Фарлаф?.. А! Фармир!

— Впрочем, неважно. Ты не пылала к нему особенной любовью, раз сейчас сидишь передо мной. А он неудачник, да. Мог бы побороться за свою принцессу, — хохочет.

— Может быть, он боролся?

— В любом случае я победитель.

— С чего такая уверенность?

— Потому что я получил трофей, — резко накрывает мою ладонь своей. Хочу выдернуть руку, но она будто бы прилипла. Не сдвигается.

— Важное уточнение: пока не получил…

— Это вопрос времени, — не выпуская мою руку, переворачивает свою и демонстрирует метку. — Можешь потрогать.

— Нет, спасибо.

— У тебя тоже будет метка. Только не здесь и немного другая. Рассказать тебе, как я это сделаю?

— Обойдусь… — вздрагиваю от ужаса. В голове картинки страшных пыток, расплавленная «печать», которой ставят клеймо…

— Совсем неинтересно?

— Спасибо за ужин. — отодвигаю нетронутую тарелку. — И за концерт. Мне нужно набраться сил после переохлаждения, так что я пойду. Приятного вечера.

Вскакиваю, прихватив кота. Пора убираться, Теодор все сильнее внушает мне страх. Не хочу сидеть с ним за одним столом.

Но принц не готов меня отпустить так рано. Он моментально оказывается около меня. Прижимает к колонне. Видимо, ему все равно, что в зале музыканты, которые могут нас увидеть. В ужасе распахиваю глаза. Что он хочет от меня?!

— Это происходит в первую ночь… — убирает волосы с моих плеч. — Метка ставится здесь, — опаляет обжигающим дыханием мою шею. Она начинает гореть. Как будто бы процесс уже начался. Жар становится почти нестерпимым. Не понимаю, откуда он идет…

— Я не хочу метку! Отойди! — Выпускаю из рук кота, и тот бросается наутек. Вот и вся любовь, и преданность! Заботится только о собственной шкуре!

Освободив руки, пытаюсь оттолкнуть Теодора. Но тот непреклонен.

— Ты станешь моей, Камея…

— Отпусти!

— Нет… Ты опьяняешь меня. Не будем ждать, хочу сделать это сейчас же…

Договорить не успевает. Его отшвыривает от меня холодной волной. Вижу, как Теодор ударяется об стену напротив, но тут же вскакивает на ноги. Обхватываю себя руками, не в силах сдвинуться с места. Что произошло?

— Какого черта, брат?!

— Научись разговаривать с девушками, а после этого приглашай их на свидания.

Теолар стоит, опершись на колонну неподалеку от меня. Его лицо сосредоточено и хмуро. И я… очень рада, что он здесь.