Наследница стихии. Призванная для принца Белых земель

Королевство Мааре. Покои принцессы Камеи

Камея

— Милая, прошу, сними чары… я хочу поговорить с тобой! — королева пытается попасть в мои покои, но я не желаю ее видеть.

— Не о чем говорить! Вы с отцом собираетесь сделать из меня товар! Неужели нет способа объединить королевства без свадьбы?! Я не желаю выходить замуж без любви!

— Впусти меня, Камея! Немедленно! Иначе я снесу дверь, и ты будешь ночевать в темнице! — голос матери становится ледяным. Знаю, она любит меня, но в последние дни их с отцом будто бы подменили!

Вздыхаю и, бросив печальный взгляд в окно, взмахиваю рукой. Магический туман спадает, предоставляя возможность зайти. Моя мать — королева Алессия слишком сильная магиня, чтобы с ней спорить.

Она медленно заходит в мои покои. Ее лицо необычайно серьезно, а руки собраны в замок. Вижу, что она жутко волнуется, чувствую это, ведь у нас с ней сильнейшая связь.

— Дорогая… — начинает она. — Я знаю, что тебе рано выходить замуж, и поверь, совершенно не желаю тебе зла…

— Тогда отмени нашу помолвку!

— Это невозможно. Отец непреклонен.

— За что он возненавидел меня?!

— Что ты?! — пугается.

Знаю, что папа всегда обожал меня. Но он уверен, что лучшего жениха, чем Теодор Илиар Белый не сыскать во всем мире. Вот только как мне, обласканной любовью и заботой с самого детства, смириться с тем, что придется покинуть отчий дом и отправиться в чужой замок?

Мама берет мою руку, сжимает и вместо того, чтобы поговорить в строгости, притягивает к себе и шепчет на ухо:

— Милая, мы с твоим отцом тоже не желали жениться. Но узнав друг друга поближе, полюбили так сильно, что не представляем жизни друг без друга…

— А без меня, значит, сможете жить? — делаю обиженное лицо.

— Нам не придется долго находиться в разлуке. Его Величество Илиар и твой отец договорились, что выделят вам замок на границе королевств и мы в любой момент сможем гостить друг у друга. Все решаемо, просто нужно уважить короля. Отпраздновать свадьбу, пожить у них пару месяцев как положено… А затем, когда твои права вступят в силу, ты сможешь вертеть своим мужем, как захочешь, и он пойдет на любое твое условие, — старается пошутить, но выходит как-то невесело.

— И какое же условие я ему выставлю? — с недоверием смотрю на мать. Я знаю о своей красоте. Как говорит бабушка, во мне соединилось лучшее от матери и отца: белоснежные волосы, светлая мерцающая кожа и огромные глаза, меняющие цвет от сиреневого к голубому. Да, я красотка. Но разве в этом счастье?..

— Вы вернетесь во дворец, а твой брат Сейлан отправится в Белые земли на место короля Илиара.

— А если я сбегу? — поднимаю на нее полные отчаяния глаза.

— Неужели тебе так не понравился принц Белых земель, Теодор? — настороженно спрашивает мать.

— Он красив, но одной красоты мало. Я люблю другого, и ты знаешь об этом! — выкрикиваю, хватая ее за руку и прижимая к груди. — Позволь мне быть с тем, кого выбрало мое сердце! Иначе… иначе моя жизнь не имеет смысла.

— Ты… сказала, что любишь? — королева делает вид, что для нее это открытие.

— Да. И я поклялась ему, что буду любить до последнего вздоха.

— А Фармир? — сводит брови, — что в этот момент делал он?! — кажется, я наговорила маме лишнего. Щеки покрываются румянцем, а сердце готово выпрыгнуть из груди. — Ты позволила этому мальчишке больше, чем следует позволять до свадьбы?! — голос мамы срывается.

— Нет… мы только целовались… — закрываю лицо руками. Какой стыд, признаваться матери в таких вещах… мы с ней довольно близки, но о таком… не знает даже бабушка!

— Юриан! Срочно в зал совещаний! — вскочив с места, она направляется к выходу, вызывая советника короля и по совместительству отца моего любимого Фармира.

— Мама, нет, прошу… — цепляюсь за ее руку, но она растворяется в дымке, запирая меня в покоях.

Великая Луна… как же я могла проговориться? Теперь нам обоим конец… Фармира накажут! Его отец, Юриан, слишком строг и чтит обычаи. Он ни за что не станет перечить своему королю и его воле выдать меня замуж за другого. А тем более не позволит своему сыну стоять на пути к «счастью принцессы».

Хватаюсь за голову. Что со мной будет, если любимого закроют в темнице?!

— Милеана! — зову преданную служанку, но вместо нее в покоях появляется бабушка. Она всегда понимала меня лучше, чем мать. Но сейчас ее лицо выражает абсолютное разочарование. И я кидаюсь к ней на шею, чтобы выразить всю свою боль.

— Не плачь. Сказанного не вернешь.

— Его арестуют!

— Не думаю. Юриан слишком сильно любит сына. А король и королева ценят и любят своего советника и друга.

— Все друг друга любят, но не дают нам пожениться!

— Ох уж этот подростковый максимализм, — закатывает глаза бабуля. Мне нравятся ее человеческие словечки, которые понимают только они с мамой, и стараюсь запомнить их. Вдруг пригодятся? — Значит, Теодор в мужья не годится, а Фармир вполне себе вариант?

— Мы с ним — избранные. Как мама с папой.

— И в чем это выражается?

— Вот. Только никому не говори, — протягиваю ей свое запястье, на котором красуется отличительная черта принцессы из народа Мааре — магический браслет. Он украшен самоцветами и драгоценностями, а еще… обратная сторона моего украшения покрыта узорами, точь-в-точь повторяющие рисунок на браслете избранника. — Это не совпадение. Я читала в книгах!

— Охотно, верю, — вздыхает она. — А у принца Теодора такого нет?

— Не знаю, я видела его только через туман. И еще издалека. Он был слишком занят, чтобы пообщаться со мной, — в голосе проскальзывает нотка обиды. Моя женская гордость была задета, когда Его Высочество Теодор Илиар Белый мельком взглянул на меня, дежурно улыбнулся и продолжил оттачивать мастерство верховой езды. Видите ли, принцесса Камея выбрала не лучшее время для знакомства! Кроме того, под ним было странное животное, похожее на пегаса, но значительно меньше и без крыльев, что очень насторожило меня.

Сватовство вообще прошло жутко скучно: послы привезли богатые дары, провели серьезный разговор с моими родителями и откланялись.

— Ясно. Сиди здесь, а я попробую поговорить с твоими родителями.

— Пожалуйста, не позволь им навредить Фармиру!

Бабушка кивает и исчезает вслед за матерью, а я остаюсь кусать губы и мечтать поскорее прекратить этот кошмар.