Навсегда Чужая.Любовь Агнеса

Глава-13

Перед уходом,я хотела поговорить с ним в последний раз.

Я стояла перед его дверью, сердце билось в груди так сильно, что я чувствовала, как его удары эхом отдавались в ушах. Я не могла больше оставаться в этом замкнутом круге, не зная, что на самом деле он думает, что чувствует. Я нуждалась в ответах, чтобы понять, наконец, что происходит между нами.

Когда я вошла в его кабинет, он даже не поднял головы. Его взгляд был устремлён в окно, а его лицо было холодным и беспристрастным, как всегда. Я чувствовала, как воздух между нами стал плотным, как будто между нами невидимая стена, которую я никак не могла разрушить.

— Почему ты так груб со мной, Рэймонд? — спросила я, сдерживая слёзы. Мой голос едва слышно дрожал, но я не могла позволить себе слабость. Я не могла больше быть такой слабой, не могла оставаться в неведении.

Он повернулся ко мне, и я увидела в его глазах тот же холод, что и всегда. Никаких эмоций. Только безразличие.

— Потому что ты не понимаешь очевидного, — ответил он с таким холодом, что мне стало трудно дышать. — Ты тратишь своё время на человека, который никогда не посмотрит на тебя так, как ты хочешь.

Его слова резали меня, как нож. Я всегда знала, что он не любит меня, но такая откровенная жестокость — это было что-то новое. Я ощутила, как моя грудь сжалась от боли, но я продолжала смотреть на него. Я не могла позволить себе отвернуться, не могла убежать.

— Ты говоришь это, потому что любишь её, — прошептала я, едва сдерживая дрожь в голосе. Я знала, что он будет защищать её. Но это не сделало мне легче.

Он не ответил сразу. Я видела, как его взгляд стал ещё холоднее, ещё отчуждённее.

— Да, люблю. И ничего этого не изменит. Ни её замужество, ни твой отчаянный взгляд, — сказал он, и его слова были как последний гвоздь в гробе. Он не только не любил меня, но и считал, что я — помеха, препятствие на пути его любви к Элизабет.

В тот момент мне стало ясно, что вся моя любовь, все мои усилия — были напрасны. Я была всего лишь заменой. Никогда не буду для него тем, кем была для неё. И, возможно, в этот момент я поняла, что всё, что я пыталась построить, не имело смысла.

Я горько усмехнулась, пытаясь скрыть слёзы, и, сдержав дыхание, сказала:

— Спокойной ночи, Рэймонд.

Я не ждала ответа. Мне не нужно было ничего больше. Я повернулась и вышла из его кабинета, чувствуя, как в груди появляется пустота. Это было последнее, что я могла сделать. Больше я не могла жить в этой лжи. Я не могла больше любить его, когда он даже не мог увидеть меня как свою жену.

Собрав все свои вещи, я тихо вышла в коридор. Моё тело было утомлено, но мой разум был твёрд, как никогда. Я больше не принадлежала этому месту. Я принадлежала себе. И моему ребёнку.

Задний двор был пуст, только несколько слуг занимались своими делами. Я тихо прошла мимо, не привлекая внимания. Карета уже ждала меня у ворот. Я села в неё, ощущая, как её колеса медленно скользят по каменному пути, отдаляя меня от этого места. Я больше не принадлежала этому дворцу, этому мужу, этой жизни.

Мой взгляд задержался на дворце императора в последний раз. Он стоял там, величественный и холодный, как и всё, что было связано с ним. Я знала, что никогда не вернусь сюда. Этот дворец был полон воспоминаний, полон боли и обид.В этом дворце я впервые влюбилась в него.Бегала за ним по пятам.Но теперь я уходила, и эти воспоминания не могли больше держать меня.

Мои пальцы мягко скользнули по животу. Это был мой ребёнок. Моя маленькая радость, мой свет в этом темном мире. Я не могла позволить ему расти в этой атмосфере. Он не должен был видеть, как я теряю себя. Я буду сильной ради него. Я буду заботиться о нём, как никто другой. Я буду любить его без остатка.

"Мы с тобой начнём новую жизнь", — прошептала я себе, чувствуя, как сердце наполняется теплотой. Это было единственное, что имело значение. Рэймонд остался в прошлом. Его любовь не была моей. Но я была готова дать своему ребёнку всё, что у меня есть. Я буду бороться ради него, ради того, чтобы он вырос в мире и любви, которые мне так не хватало.

Мой взгляд устремился вперёд. Карета неслась в неизвестность, в новый путь, в новую жизнь.