Не родные. Малышка в награду (СИ)

Глава 22

Алекс

Я был уверен, что во мне не осталось слабости… Я ее вытравил. Легко сменил веру в людей на цинизм и подозрительность, а доброту на прагматизм.

А теперь я не узнаю себя… Я словно прежний — добрый и милый Саша, который всем помогает. Смотрел на Марусю с малышкой в руках, испытывая почти физическую боль. Я поступил с ней, как свинья… Убежал утром, так и не найдя нужных слов. Убедил себя в том, что наша ночь — случайность, дань прошлому, ерунда незначащая. Словно я так всегда делаю с понравившимися женщинами, да и Маруся легко прыгает в чужую постель.

Ни работать, ни сосредоточиться не мог, пока она не появилась… И ведь видел затаенную обиду в ее глазах. Она пришла не только за помощью. Хотела услышать мои объяснения, но я и тут смолчал… Смотрел в ее блестящие глаза, впитывал присутствие, голос, тепло тела, аромат волос… Не находил нужных слов, потому что все они в мгновение оказались бессмысленными…

«Прости, Маша, я был дураком…». Или куда больше: «На меня помутнение нашло».

Меня безбожно тянуло к ней. Только какой в том смысл, если Яна оказалась беременной? Вручила тест с двумя полосками, позабыв спросить, где я провел ночь?

Беременность Яны оказалась спасительной соломинкой, удержавшей меня от разговора с Марусей. Что я мог ей предложить? Той, кто когда-то предала? Солгала, не поменявшись в лице? Я был не готов начинать отношения… Наступать на те же грабли. Но другая моя сторона плевала на принципы с высокой колокольни и тянулась к Марусе. Я бродил по кабинету, усилием воли заставляя себя о ней не думать, а потом хватал пиджак со стула и летел к ней — в нашу квартиру на ВДНХ. Какая-то крохотная часть моей души верила ей безоговорочно… Кричала, что все это глупая ошибка. Недоразумение… Что Маруся не могла, не могла… Только факты твердили обратное… Я собственными глазами видел, как она отдавала флэшку какому-то уроду.

А потом ей вздумалось оговорить Яну… И этого же урода вспомнить… Зачем, спрашивается? Из мыслей не выходят ее слова… И взгляд затравленный, потерянный. Так не смотрят, когда лгут…

— Милый, ты такой напряженный. Ты рад, что скоро у нас родится малыш? — щебечет Яна, обнимая меня со спины.

Наверное, рад… Вспоминаю Варюшку, и по телу мурашки табуном проносятся. Я хотел ребенка… От любимой женщины. От Маруси…

— А ты рада? Ты же категорически не хотела детей? — спрашиваю отстранённо.

— Ну… так уж вышло. Я решила, что это судьба.

По воздуху проносится легкая музыка, пахнет свежими розами, звенят бокалы с шампанским. У Яны игривое настроение, а я думать ни о чем не могу… Маруся завтра уедет. Покинет мою квартиру, забрав с собой тепло и уют. Душу гложут сомнения. Вот зачем Маша сказала, что к ней приходила Яна? Ее глаза не врали.

— Мясо почти готово, — голос Яны вырывает от задумчивости. — Еще шампанского, милый? — воркует она.

— Нет, мне хватит. Ян, как думаешь, зачем Маруся солгала о твоем приезде? Ты ведь даже адреса не знаешь… — спрашиваю я, пристально наблюдая за ее реакцией.

— Потому что она дура, Саш. Одного мужика потеряла, ищет любой способ найти другого. Хочет повесить на кого-то своего ублюдка.

— Это ты про ребенка так? — хмурюсь я, почти физически ощущая исходящий от Яны холод. Бьюсь о него, как об айсберг…

— Ну а про кого? И ведь не побоялась поставить на короля! Могла бы кого-нибудь попроще найти — Игорька из юридического или Ваньку — охранника. Нет, она к тебе полезла! — возмущается Яна, остервенело нарезая овощи для салата.

— То есть ты к ней не приезжала? — поднимаюсь с дивана я.

— Нет, милый.

Яна улыбается. Ее взгляд излучает тепло и искренность… Кому тогда, с*ка, верить? Внутренний голос кричит, что верить не надо никому — факты нужно проверять. Да и не могу я отпустить Марусю… вот так… Мне жизненно необходимо посмотреть в ее глаза, сказать хоть что-то… Пусть невразумительное, дежурное…

— Ян, мама написала, — вру я, впиваясь взглядом в пустой экран. — Просит, чтобы я приехал. Сердце у нее болит.

— Господи… Когда уже кончатся ее манипуляции? Ну, поезжай. А с ужином что? Самой есть?

— Поешь сама, — клюю ее в щеку.

Выхожу из дома, аккуратно затворяю калитку и вызываю такси. Звонить не буду — Маруся все равно не ответит. Да и что я скажу? Еду по ночному городу, испытывая странную тоску… Не увижу ее больше… Не коснусь кожи, сладких губ, ароматных волос… Она — моя слабость. Уязвимость, жало в плоть… Но и быть подлецом по отношению к матери моего ребенка я не могу. Так что… Ничего, кроме разлуки нас не ждет…

С гулко бьющимся сердцем поднимаюсь в квартиру. Через ступеньку переступаю — так тороплюсь ее увидеть… Впитать в себя еще каплю ее тепла… Ухватить кусочек… Маруся, как же так? Почему все случается не вовремя и всегда против нас?

Дверь не заперта. Из щели льется слабый свет. Странно… Разве могла она ТАК уйти? Включаю лампу в прихожей и ступаю внутрь. Вещей нет, Маши тоже… Под подошвами туфель что-то лопается. Опускаюсь на корточки и смотрю — осколок стекла. Судя по окраске, это не бокал. Больше похоже на деталь телефона. А под стулом в кухне поблескивает кусочек пластика — красный, как защитный чехол Маруси. Душу скручивает страшная догадка…

Недолго думая, я звоню в полицию…