Невеста для снежного волка

Глава двадцать четвертая

Я горела от горячих и безжалостных мужских губ, от ласкающих меня сильных рук, несмотря на то, что четко осознавала, что это всего лишь очередной сон.

Ильгар. Мой снежный волк. Я знала, что сейчас заставляет забыть меня о собственном имени именно он. Потому что только он может так целовать – до потери себя. Только он может касаться так уверенно и бережно, до дрожи. Только он может сотворить со мной подобное во сне… Для того, чтобы знать правду, мне даже не требовалось прерывать поцелуй и всматриваться в кромешную тему.

Его руки, сейчас невероятно нежные и осторожные, погладили мои бедра, заставив кожу гореть под тонкой ночной рубашкой, а потом медленно скользнули под ткань. Я замерла в ожидании, сердце заколотилось где-то в горле. Одно неумолимое прикосновение, самое первое, самое желанное… и я вздрогнула от хлынувшего по всему телу огня и тихо простонала.

Ильгар замер, но руку убрать и не подумал, а я этого сделать просто не могла, разрываясь между желанием продолжить и девичьим стыдом. В итоге, так и не решив, как поступить, я уткнулась лицом в его плечо, цепляясь пальцами за мощную спину, такую идеальную под моими ладонями.

А рука Ильгара тем временем двинулась снова, и от очередного откровенного прикосновения, я вскрикнула, не в силах удержаться. Ильгар тотчас нашел мои губы, обрушившись на меня лаской, а после внезапно мягко отступил, целуя мои щеки, волосы, шею. Вторая его ладонь скользнула к груди, обхватила ее, и я простонала неожиданно громко от неизведанного нахлынувшего ощущения. Его большой палец нежно, почти лениво водил сейчас по коже, словно Ильгар давал возможность привыкнуть в тому, что со мной делал, приручал к своим рукам и губам, к тому, что они могли дарить, сметая все ощущения, что могли мешать, и оставляя только всепоглощающее желание.

Я охнула, когда его пальцы вновь приласкали меня внизу живота, но уже более смело и настойчиво, а когда хлынул внутри огонь, не удержалась, укусила плечо Ильгара, словно пытаясь удержаться на краю и… проснулась.

Резко села, тяжело дыша, прижала руки к пылающим щекам, но это совсем не помогло, чтобы вернуться в реальность. Сердце колотилось так, что грозило выскочить из груди, тело горело, губы щипало, будто все происходило наяву. Но это был всего лишь сон. Но почему же тогда я чувствовала Ильгара так явно, будто он только что был здесь? Ох, и странно все это!

Я на миг зажмурилась, и в мысли тотчас ворвались воспоминания, и я решительно поднялась. То, что за окнами совсем темно, меня не остановило. Мне срочно нужен ледяной душ, чтобы смыть этот сон.

Наощупь, не зажигая свет, я выбралась из комнаты, открыла соседнюю дверь и… увидела Ильгара, стоящего под струями воды спиной ко мне.

Я замерла, не в силах пошевелиться и отвести взгляд от того, как по его мышцам стекает вода. Абсолютно завораживающее и лишающее воли зрелище. В реальности Ильгар оказался еще красивее и еще опаснее для меня. И все, что я надеялась погасить в себе, за один-единственный миг, когда я просто увидела этого мужчину, вспыхнуло с новой, ослепительной силой.

Стараясь не дышать, я сделала шаг назад и тихо закрыла дверь, а после забежала в свою комнату и рухнула на кровать.

Неделя прошла… Целая неделя, как я живу здесь и привыкаю к его постоянному присутствию рядом. К нашим совместным завтракам, к тому, как Ильгар полуголый входит по утрам на кухню после душа, к тому, как я неизменно вечером оказываюсь у него на коленях и схожу с ума от поцелуев, к его сдержанности, когда рядом есть кто-то из волков. Но привыкнуть к этим снам, таким жарким, манящим, несбыточным, что накрывают каждую ночь и порой не по одному разу, я так и не смогла.

Я долго сидела, пытаясь успокоиться, но так и не получилось. С этим не смогла справиться ни моя сила воли, ни чуть теплый душ, в который я отправилась после. Так и спустилась на кухню готовить завтрак, надеясь, что хоть это меня ненадолго отвлечет. Если бы…

Следом за мной вошел Ильгар, пожелал доброго утра и молча принялся помогать, как делал это всю неделю. Достал продукты с верхних полок, до которых мне сложно было дотянуться, набрал воду в чайник и поставил его нагреваться, подбросил в печь дрова… Вроде бы простые действия, нет в них ничего особенного, но из головы не выходил образ этого мужчины обнаженным и лишал разума.

Тихо вдохнув, я отвернулась от Ильгара, неуклюже задела пакет с мукой, рассыпав ее по столу, а в следующее мгновение мои пальцы столкнулись с мужской ладонью. Ощущение от этого прикосновения было такое, будто меня пронзила молния.

И в следующие полчаса, пока занималась завтраком, легче мне не стало. Я чуть не разбила тарелку, едва не пересыпала соли в тесто для оладий, пару раз ходила в кладовку, напрочь забывая, зачем… И все это делала под не отпускающим, словно испепеляющим меня взглядом Ильгара. Он почти не сводил с меня глаз, а его редкие слова, сказанные по делу, звучали особенно хрипло и будто обжигали кожу.

Очередное случайное прикосновение, когда мы ставили еду на стол… и я чуть не застонала.

Злата, возьми же себя в руки! Но как?

Ильгар придвинул ко мне тарелку, пожелал приятного аппетита, и мы принялись за еду.

Пожалуй, радует в этой ситуации только одно: Ильгар о том, что со мной творится, не подозревает. Он не может чувствовать отголоски моего сна, этот стыдный, сжигающий меня жар. Иначе бы это столько осложнило между нами…

Я так сильно пыталась справиться с собой, что не заметила, как Ильгар неожиданно наклонился и откусил оладушек прямо из моей руки. Его губы обожгли кожу.

– О чем так задумалась, что таскаешь еду с моей тарелки, Злата?

Я глупо моргнула, перевела взгляд и вспыхнула. Моя еда была нетронута, а вот у Ильгара…

Он вытянул оладушку из моей руки, отправил в рот. Я замерла, боясь даже дышать. Просто ответить на его вопрос, не солгав, я бы не смогла.

– Хм… кажется, понял.

По спине от этих слов побежали мурашки. Он догадался? И что же теперь будет?

– Так просто вкуснее, – сверкая искрами смеха в синих умопомрачительных глазах, сказал он, и мое бедное сердце рухнуло куда-то вниз. – Кстати, у тебя еще варенье… вот тут, – медленно провел он пальцами по краешку моей нижней губы.

Вот за что мне все это?

Но в следующее мгновение мой взгляд упал на плечо, где виднелся едва заметный красноватый след. Это мой воображение сейчас разыгралось или мне кажется, что он похож на укус зубов? Но этого ведь не может быть. Это просто не может быть именно то место, куда я впилась зубами во сне?

Я нервно сглотнула, а Ильгар отклонился, отпил глоток чая, облизнулся, лишая меня вновь возможности нормально соображать, а потом неожиданно спокойно спросил:

– Злата, ты в порядке?

Нет. Ни разу нет. Я, кажется, совсем пропала.

– Да, – выдавила я, надеясь, что Ильгар поверит.

– Нам пора собираться и идти, – сказал он, внимательно смотря на меня.

Точно. У него же сегодня очередной приемный день, и волки уже собираются, чтобы он помог разрешить им проблемы. И я, конечно же, вновь пойду с ним. Да, я чувствую себя уже спокойно и уверенно, магия последние пару дней беспрекословно слушается, а вся буря эмоций переключилась на Ильгара, на это мучительное и сладкое напряжение между нами, только рисковать, пока окончательно не пойму, что могу держать контроль над силой без него, я не стану.

– Конечно, – кивнула я, поднимаясь и начиная собирать посуду.

Ильгар помогал, и наши руки то и дело встречались, не давая моему сердцу покоя. Оно колотилось, как будто в последний раз. Едва мы закончили, и я откинула полотенце, как Ильгар притянул меня к себе и ласково, страстно, подчиняя себе поцеловал. И остался только он… и только я, готовая рассыпаться от жара на угольки.

Ильгар отпустил, сверкнул темным взглядом и невозмутимо поправил мои спутанные его пальцами волосы. А я… я стояла, опираясь на столешницу, и пыталась вернуть себе хоть подобие самообладания. К тому, как он целует меня по утрам, старательно поддерживая контроль над моей силой, я уже тоже привыкла, но что с того?

Привыкла. И что буду делать после? Когда контроль станет абсолютным и в этих поцелуях не будет нужды? Этот вопрос мучил меня, но я каждый раз отсекала его, надеясь на невозможное. Да и не это сейчас главное, тут бы с силой разобраться.

Я пока что вытягивала нить, уже даже пучком могла, справлялась, но вчера поняла, что дальше определенного предела двинуться не могу, словно упираюсь в невидимую стену. Чего-то не хватает. Но чего? И я очень опасалась, что дело может быть снова именно во мне. Великая Белая Волчица, как же мне сейчас нужна хотя бы крошечная подсказка!