Невеста (не) для сына

Глава 25

Аими Моро.

Я не могла спать, не хотела дышать и вообще не желала, чтобы наступало утро. Лишь была в состоянии только лежать калачиком и смотреть в одну точку. У меня забрали дочь, и одному Богу было только известно, что с ней происходило. Если вообще происходило. Может, её и вовсе уже не было в живых. Думать об этом было очень тяжело и больно. Лучше уж сразу на шею верёвку или пулю в висок, чем быть в неведении и ждать плохих вестей или собственной смерти.

— Аими, — кто-то позвал и потрогал меня за плечо.

Не слышала, как входили. Не чувствовала совсем ничего. Лишь мышцы покалывало от долгого пребывания в одном положении.

— Аими, приведи себя в порядок, не нужно, чтобы дочь видела тебя в таком состоянии.

Дочь? Она сказала дочь?

Медленно стала переворачиваться на другой бок и, увидев возле кровати свою малышку, по щекам снова потекли слёзы.

— Маленькая, — произнесла осипшим от долгого рыдания голосом.

Протянув дрожащую руку, поправила прядь волос, выбившуюся из её причёски.

Не могла понять: реальность ли это или больная фантазия. Неужели мозг решил сыграть со мной злую шутку?

— Мамочка, не плачь, — смотря на меня встревоженным взглядом, попросила Николь. — Всё ведь хорошо. Мы вместе.

Да, это была правда она. Реальная. Моя сильная и отважная девочка. Мне бы у неё поучиться.

Резко оторвав голову от постели, обхватила дочь руками и прижала к себе очень крепко.

Я была безумно рада. В душе медленно растекалось облегчение, что с моим ребёнком всё в порядке. Она жива и здорова. Сейчас рядом со мной.

— Аими, ты неважно выглядишь. Это очень плохо, — говорила Вирджиния, складывая принесенные с собой вещи. — Приведи себя в порядок и переоденься. Это распоряжение хозяина. У нас скоро будут важные гости.

Ничего не понимала и не хотела понимать. Для меня самым главным было только то, что моя девочка теперь рядом.

— Мамочка, я победила! — ликовала Николь, освобождаясь из моих объятий. — Мистер Роберт сдался. Я знала!

Не соображала, о чём она говорит, поэтому посмотрела на женщину, которая была очень встревожена.

— Николь ничего не ела с самого вечера, устроила бунт, — пояснила Вирджиния. — Но, думаю, дело не только в этом. Очень скоро сюда прибудет миссис Вагнер. Мать нашего хозяина. Думаю, поэтому господин освободил твою дочь.

Вот как? Значит, это был не акт милосердия? Но меня это сейчас не беспокоило. Мысль, что с Николь всё хорошо, вытеснила все остальные.

— Переодевайся и иди к господину, он зовёт тебя к себе. Поспеши, настаивала Вирджиния.

Выглядело всё очень странно. Стали появляться вопросы, но ответы мне были интересны в меньшей степени.

— Я не пойду, — ответила Вирджинии. — Пусть катится…

— Аими, так нельзя. Хозяин может снова разлучить тебя с Николь, — убеждала меня женщина, протягивая новенькую униформу служанки. — И тебе тогда её больше никогда не увидеть.

Слова Вирджинии мне не понравились. Расставаться с Николь я не желала. Но всё же происходило что-то непонятное. И зачем мне была эта форма? Я ведь пленница и предполагаемая преступница. Или всё изменилось, и это чудовище докопалось до истины?

Было бы прекрасно, если бы так случилось.

— Хорошо, — выдохнула, кивая. — Милая, побудь пока здесь, мне нужно спуститься вниз, — сказала своей малышке, гладя по бледной щеке ребёнка. — Я скоро.

Николь с важным видом кивнула и пошла к креслу, где лежала книга со сказками. Это было её любимым занятием, и на какое-то время Николь будет при деле.

— Мистер Вагнер уже ждёт в кабинете, ступай, Аими. Я пока раздобуду еды для вас двоих, — женщина спешно удалилась, а я принялась быстро переодеваться в свежую униформу прислуги.

Справившись с одеждой, умывшись и приведя в порядок свои волосы, я покинула комнату следом за Вирджинией.

Я не знала, что меня ждёт за разговор и зачем Вагнер меня вызвал к себе, одно успокаивало, что метаморфозы всё же происходили. Это позволяло надеяться на лучший исход событий.

Пока шла по длинному коридору, а потом спускалась по лестнице, отметила, что в доме действительно происходило что-то непонятное. Шла настоящая суета. Я и не думала, что в этом особняке трудилось столько прислуги. За время своего пребывания в этом месте видела лишь Вирджинию, охранников в чёрных пиджаках и повариху, а сейчас можно было насчитать не меньше двух десятков женщин. Они сновали тут и там. Кто-то тёр кованые перила лестницы и отмывал ступени, другие же до блеска полировали мебель, которая и без того сверкала чистотой. Глядя на это всё, складывалось впечатление, будто мать Вагнера являлась Английской королевой, не меньше. Ну, или эта старуха та ещё ханжа и педант… раз её все так боялись.

Среди поглощённой в работу толпы я заметила Саманту Либон, которая указывала пальцем, что и как ещё следовало сделать. Её присутствие вызвало у меня изумление. Мне казалось, что она куда-то уехала. Вирджиния говорила, будто Вагнер отправил её на острова. Но сейчас она точно была здесь, а значит, впереди действительно было значимое событие.

— Живее, — кричала она, хлопая в ладоши, пытаясь ускорить процесс. — Смотри, что делаешь, — взвизгнула, остановившись возле одной из женщин. — Головы не сносить, если испортишь обивку дивана.

Пухлая служанка побледнела и стала стирать пену, которую пролила на мебель из-за дикой спешки.

— Ведьма из тебя всю душу вытрясет, — шепнула той, стоящая рядом горничная.

Судя по напряжённым лицам служанок и страху в их глазах, они говорили и боялись совсем не Саманту, а ту, что должна вот-вот появиться. Но мне не было до этого всего никакого дела. Моей проблемой был лишь Роберт Вагнер. Только от него зависела моя судьба.

Стараясь не привлекать к себе внимания, я незаметно двинулась в крыло, где находился кабинет хозяина дома. Пройдя несколько метров, я оказалась у нужной двери и негромко в неё постучала.

— Входи, — раздался властный голос дьявола, который всякий раз вызывал у меня дрожь.

Не мешкая, я отворила дверь и прошла внутрь.

Я не поднимала глаз на Вагнера. Намеренно не смотрела в сторону, где стоял его стол, за которым он находился. Сохраняла молчание и просто ждала того, что он сам мне скажет.

— Тебе повезло, — без вступления прохрипел он, неожиданно переходя на “ты”. — Твоя казнь откладывается до тех пор, пока в моём доме гости. Или всё же предпочитаешь распрощаться со своей жизнью немедленно? — прошёлся он рокотом по моим натянутым нервам.

Кто же подобного пожелает? Я не хотела умирать. Не желала, чтобы Николь причинили вред, и сделаю всё, чтобы этого не произошло.

— Не желаю, — ответила ему, глухо.

— В таком случае делай всё, что я тебе прикажу, — довольный моим ответом, продолжил он.

Соглашаясь, кивнула, по-прежнему не поднимая на него глаза. Готова была стерпеть всё, чтобы находится с дочерью в безопасности.

— Несколько дней ты будешь в этом доме служанкой, а потом мы вернёмся к нашему с тобой нерешенному вопросу. Считай это небольшой передышкой.

Передышкой? Что ж… возможно, мне удастся за это время придумать, как выбраться из этого дома.

Снова кивнула, понимая, что ваш разговор близится к завершению.

— Ступай и старайся сидеть в комнате с Николь и не попадаться на глаза миссис Вагнер.

Значит, вот в чём было дело. Монстр опасался свою собственную мать, отсюда и поблажки?! Что же за фрукт — эта женщина? Становилось даже любопытно. Быть может, именно она окажется ключиком к моему спасению? Как знать…

Покорно снова кивнула и сделала шаг назад, уже собираясь уйти, но голос за моей спиной заставил замереть на месте.

— Ты не изменяешь себе, Роберт, — тишину разрезал властный старческий голос у двери, и последовали медленные шаги в мою сторону. — Саманта очень похожа на твою покойную жену, — обойдя по кругу, седовласая старуха оказалась прямо передо мной и принялась буравить своим пронзительным до мурашек взглядом.

— Не говори ерунды, мама, — Вагнер поднялся с кресла и двинулся к нам. — У них нет ничего общего. И если ты имеешь ввиду эту особу, — кивнул на меня. — То она всего лишь служанка.

— Служанка, говоришь, — усмехнулась мать Вагнера. — Очень интересно…

Её взгляд продолжал с интересом блуждать по моему лицу.

— Обычно я редко ошибаюсь…