Невеста (не) для сына

Глава 34

— Обещаю, я помогу вам, — поспешила успокоить её. — Можете на меня положиться.

Её история тронула меня до глубины души. После её рассказа стало понятно, почему её сын — такой жестокий человек. А ещё, как бы это не было для меня невероятно, но я почувствовала сочувствие. Ни один человек на этом свете не заслуживает того, что происходило с ним в детстве.

— Всё это время я была плохой матерью, поэтому очень хочу исправиться. Хоть и поздно, но я бы хотела показать Роберту, что он не один. Что ещё есть в этом мире человек, который бы желал о нём позаботиться. В детстве он был славным ребёнком, — договорив, она словно погрузилась в свои далёкие воспоминания.

Мне было сложно представить Вагнера маленьким ребёнком, но его боль я могла понять. Именно она впоследствии стала тем спусковым крючком к ненависти и жестокости по отношению к окружающим.

— Любой человек желает, чтобы его любили и заботились о нём. Раскройте ему свои чувства, — незаметно для себя самой, я повела миссис Вагнер по аллее к дому.

— Я попробую, но это будет нелегко, — отозвалась старуха, поджимая свои тонкие губы. — Ты ведь покажешь мне, как нужно? Я совсем не знаю, как это сделать.

— Конечно, — улыбнулась ей губами. — Для начала проявите свою заботу. Он почувствует её…

Для меня было дико обсуждать всё это с ней, но я понимала, что сейчас дама нуждается во мне. Никогда не могла бросить людей в трудную минуту. Особенно, зная, что это может быть последним желанием в их жизни.

— В таком случае сегодняшний ужин будет очень кстати, — отозвалась она, когда мы подошли к входу в особняк. — Нужно очень постараться.

Приободрённая она вошла вовнутрь, а я, тяжело вздохнув, прошла следом.

Мне очень хотелось ей помочь и направить, но присутствовать на ужине для меня было смерти подобно. Я не видела Роберта Вагнера несколько дней, и от мысли, что я встречусь с ним этим вечером, меня кидало в дрожь.

— Составь мне компанию, — позвала меня старуха. — Сына нет в доме. Очень хочу побывать в его комнате.

О, нет. Всё что угодно только не это. Всякий раз, когда приходилось заходить в то жуткое и мрачное помещение, мне становилось не хорошо.

Стены, мебель, да и сама атмосфера давили на меня.

— Всего минутку. Я хочу прикоснуться к его вещам. Приблизиться к нему.

Мне очень не хотелось с ней идти, но отказать было бы невежливо с моей стороны.

Мягкость моего характера не играла мне на руку.

— Конечно, идёмте, — согласилась, прикусывая щёку изнутри.

Мы прошли по длинному коридору и свернули в левое крыло, где располагалась комната хозяина дома.

Всего минуту! Я потерплю… Ничего ведь не случится.

Касаясь ручки двери, госпожа Вагнер улыбалась, будто собиралась проникнуть в сокровищницу, о которой грезила всю жизнь.

— В последний раз я была здесь около десяти лет назад. Роберт был с Оливией, и я требовала, чтобы он оставил её. Сын, конечно же, не послушал.

Она пошла вовнутрь тускло освещённой комнаты, остановилась в центре. Её взгляд медленно скользил по мебели, предметам, лежащим на тумбочке.

— Почему? — не удержалась от вопроса. — Оливия вам не нравилась?

Мне правда было интересно, почему она не желала их брака и пыталась его разрушить.

— Она превращала Роберта в другого человека. Мне это совсем не нравилось. Я привыкла, что с самого детства он подчинялся мне. С её появлением он делал всё наперекор мне. Вначале отказался от наследства своего отца, а после вычеркнул меня из своей жизни.

Я понимала, что у её сына на то имелись веские причины, но, чтобы не огорчать даму, не произнесла это вслух.

Миссис Вагнер прошлась по комнате, осторожно прикасаясь к личным предметам своего сына. От испытываемого удовольствия она улыбалась. Находясь в комнате своего ребёнка, она была очень счастлива. Я не хотела ей мешать, поэтому решила оставить её одну.

Старуха была так поглощена собственными мыслями, что даже не заметила, как я покинула комнату. Тяжело вздохнув, я подумала, что очень бы не хотела, если бы со мной приключилось что-то подобное. Николь была центром моей жизни. Лишиться её — было страшнее смерти. В последнее время мы с малышкой отдалились друг от друга и проводили мало времени вместе, поэтому нужно было это исправить. Нашла свою дочь в комнате за очередной книгой, подаренной Вагнером. Оторвать её от чтения оказалось задачей не из лёгких, но я справилась. Придумав забавную игру, мы были заняты с ней до самого вечера, и это поистине были одни из самых счастливых минут за последнее время.

— Мамочка, я хочу быть похожей на миссис Жаклин, — сказала мне дочь, когда мы с ней уже готовились спуститься к ужину. Оставалось лишь закончить с её прической.

Слова ребёнка меня больно кольнули в самое сердце. Столько лет я старалась быть хорошей матерью, отдавала ей всю себя, и слышать подобное было неприятно.

Даже не верилось, что всего за пару дней эта дама сумела настолько заинтересовать Николь. Не понимала, как ей это удалось. Возможно, дело было в том, что моя дочь росла в ограниченном круге людей. Не имела возможности общаться с теми, кто бы мог быть ей интересен. И теперь Вагнеры для неё были как глоток свежего воздуха.

— Миссис Жаклин — очень интересный человек, но ты должна быть сама собой, — попыталась переубедить её.

— Но ведь она такая умная… — вздохнула Николь. — Знает очень много всего.

— Другие люди тоже много всего знают и умеют, — вздохнула, повязывая в её волосы атласную ленту.

— Как мистер Роберт? — её глаза начинали блестеть, при мысли об этом человеке.

Ну почему она снова говорила о нём? Это всегда раздражало.

— Не только мистер Роберт. В мире есть много умных и хороших людей. Ты обязательно их встретишь.

— Но ведь умнее его нет никого… — возразила малышка. — И он обещал научить меня …

— Нет! — остановила её. — Не нужно тешить себя пустыми иллюзиями. Мы недолго пробудем здесь и вернёмся обратно в приют.

Даже не желала слушать, чему этот человек решил её научить.

Девочка нахмурилась и спрыгнула с кровати.

— Не хочу обратно, — скрестила руки на своей груди и посмотрела на меня обижено. — Если я попрошу, мистер Роберт разрешит нам остаться.

— Ты не станешь этого делать. Даже не думай! — строго произнесла я. — Идём вниз. Нас уже ждут.

Решила подождать, пока дочка остынет. Прекрасно знала, что, когда она упрямилась, её было сложно переубедить. Позже я поговорю с ней и всё объясню.

Взяв Николь за руку, я вышла из комнаты и стала спускаться вниз.

После того, как я перестала исполнять обязанности служанки, мы с миссис Вагнер каждый вечер ужинали в малой гостиной. Она сдержала своё слово и относилась ко мне как к гостье. Первые дни я чувствовала себя не в своей тарелке и волновалась, разделяя с ней трапезу, но то, что чувствовала сейчас, не походило на обычное волнение. Прикоснувшись к ручке двери, я запаниковала и, вероятно, бросилась бы обратно в комнату, если бы не мой ребёнок.

— Идём же. Я очень проголодалась, — торопила меня Николь.

— Конечно, — улыбнулась ей слабо, сглатывая подкатившую тошноту к горлу.

Досчитав до трех, я, втянув в себя воздух, открыла эту чёртову дверь и пошла вперёд, придерживая руками подол, как и просила старуха, своего белого длинного платья.