Обвести вокруг хвоста

Глава 11

Котик застыл, а я возразила:

– С чего вы взяли?

Она дружески потрепала меня по локтю. Пальцы у Кикки были твердые, как сучья.

– Не боись, я никому не скажу, даже супружнику своему. Тебя ж, видать, с убийством кумекать послали?

Я поколебалась – и кивнула. Послали так послали.

– Вот и славно, – расплылась в щербатой улыбке комендантша. – Я так и поняла. Больно много спрашиваешь, о как. Ты уж разберись как следует. Хотя она энто, попомни мое слово!

Кто "она", можно было не спрашивать.

– Разберемся, – пообещала я обтекаемо.

Кикка вновь похлопала меня по руке.

– Заболталась я с тобой. Пойду-ка я почивать, а ты дежурь. Авось, ночью спокойно-то.

"Телепорт!" – напомнил кот.

Помню я, помню. Только как рассказать, конспирацию не нарушив?

– А если парни придут в гости к девушкам? – осторожно спросила я.

– А ты не пущай, – отозвалась комендантша строго и палец воздела. – Ишь, охальники, чего вздумали. У нас тут с энтим строго!

– Но вдруг они… тайком?

Кикка лукаво прищурилась.

– Ты про телепорт, что ли? Не боись, я заглушку поставила. У меня-то они не дуркуют, а тебя на прочность испытать решили. Все ж знают, что магии у орков нет, только кты всякие да еще обряды. Вот и думали слепотою твоей воспользоваться… А ты не так проста! Совсем не проста, м-да…

– Ну что вы, – пробормотала я, глазки долу опустив. – Мне просто повезло.

И ведь не соврала! Могла, например, в тело бродяжки какой-нибудь попасть. Или старухи. Или…

Комендантша хмыкнула и велела:

– Спуску им не давай! Попробуют раз-другой, да и отступятся. Вот тебе амулетик. Если вдруг чего – зови!

И колечко сунула с розовым камушком.

***

"Мышеловки на этаже расставить? – рассуждала я, глядя в окошко. За окошком было темно, в академии на освещении экономили. Как и на всем прочем. – Двери замуровать?"

"От телепортов без толку, – деловито ответил кот. – Права старушка, ты их даже не разглядишь. Хорошо, что у тебя есть такой замечательный я!"

И грудь выпятил.

"Кот, воевода, дозором обходит владенья свои… – пробормотала я и головой тряхнула. – Это так, лирика. Спасибо, Вася!"

Фамильяр отмахнулся. Мол, не стоит благодарности. Но видно было, что он доволен.

"Куда тебя денешь? Хозяйка как-никак…"

Кот дернул пушистым хвостом, мелькнул и исчез.

Но объявился очень скоро, я едва успела прибрать со стола.

"Мря-я-я! – фыркнул он. – Троица нарушителей лезет в окно. Угадай, кто?"

"Эрик Поссет и компания, – вздохнула я. – Решили отыграться, балбесы малолетние".

"В точку! Пугнуть их?"

"Погоди! – всполошилась я. – Вдруг упадут, расшибутся? Здесь тоньше надо…"

"Как скажешь, – проворчал котик. – Иди скорей!"

"Куда?"

"По связи иди! Вот, чуешь?"

И правда. Чую.

Эта троица, как жидкость, пошла по пути наименьшего сопротивления. Проще говоря, облюбовала пожарную лестницу. Правда, начиналась та высоковато, этажа со второго. Но бешеной собаке семь верст не крюк, а озабоченному студенту и взлететь – не трюк.

Я наблюдала за ними из узкого окна соседней башни, а Василий из-за угла. Кота эти ротозеи не замечали.

Крючьев с веревкой у них не было, так что парни, не мудрствуя лукаво, забрались друг дружке на плечи. Сверху их подбадривали негромкими, но многообещающими выкриками. "Ты мой герой!", "Иди ко мне, я вся твоя" и прочее в том же духе, что поднимало боевой дух троицы на немыслимую высоту.

Наконец вожделенная лестница была покорена.

Я высунулась из окна и захлопала в ладоши.

– Браво! Молодцы. Давайте я физрука позову? Повторите на бис, пусть порадуется.

Радовать физрука, по совести, было нечем. Минут семь карабкались, позорище! Хотя чего ожидать от первокурсников? К тому же пострадавших от кошачьих когтей. И нашей захудалой академии, будем честны, перебирать не приходилось.

На лице царапин не осталось, Василий не дурак. Но сидеть парням наверняка было непросто.

– Вали отсюда, – грубо посоветовал Эрик. – Можешь вон чай попить. На тебя-то все равно никто не позарится!

Ути-пути, мальчик хорохорится.

Девицы зашептались, запереглядывались. Но лезть на рожон пока боялись.

– И вообще, – поддакнул второй, темноглазый брюнет. – Что ты нам сделаешь?

Ночью в глазах его появился багровый отблеск. Это кто тут у нас такой интересный? Вампир? Некромант? Оборотень?

Срочно, срочно учить матчасть!

– Дяде жаловаться не буду, – пообещала я мягко. Эрик лицо удержал, а вот второй облегченно выдохнул. Ха! – Правильный ответ: "Кота напущу".

Бедняги чуть не загремели с лестницы, так живо схватились за задницы.

Любо-дорого посмотреть!

"Правда, я молодец?" – спросил котик самодовольно.

"Еще какой. А теперь помаши им лапкой"

Котик из своего укрытия клыкасто им улыбнулся и… Даже я, закаленная ужастиками, вздрогнула. Что уж про местных говорить?

Счастье, что студентки его не видели. А то пришлось бы отпаивать, а у меня запасы, кхм, лекарств не бездонные.

– Так это вас… кот?! – дошло вдруг до одной из девиц. – Вы же говорили, мантикора!

– Чудовище, – поддакнула вторая и покатилась со смеху. – Ой, не могу!

Парни побагровели, но что тут возразишь?

– Идите спать, мальчики, – вздохнула я. – Поздно уже.

– Вот именно, – мрачно сказал кто-то у меня за спиной.

"Ыдрын, мать твою за ногу" – чуть не ляпнула я с перепугу. Нельзя же так подкрадываться!

– Дядя? – сказала я мрачно. – Что вы тут делаете?

Свежеиспеченный ректор – босиком и в одних штанах – насупился. И как рявкнет:

– О нравственности молодежи пекусь!

– Можно подумать, ты сам седой старик, – пробормотала я, но так, чтобы никто кроме него не слышал.

Ыдрын отчего-то нахмурился еще сильней. Отодвинул меня от окошка и напустился на парней:

– А ну живо слезайте оттуда! Неделя отработки в столовой. И чтобы нормативы по физкультуре заново сдали. Боевики, тьфу!

Парней как ветром сдуло. Спорить с разъяренным орком? Дурных нет.

Зато девицы…

"Ты глянь, како-о-о-й!", "Какие мускулы! Отпад!" и "Девки, он мой!"

Орк затравленно огляделся. А мне захотелось побиться головой об стенку. Не было печали!

– Если ты хотел, чтобы студентки за тобой толпой бегали, – заметила я насмешливо, – то поздравляю, ты этого добился!

– Уже, – сказал он мрачно и головой дернул. – Там в коридорчике сложены.

"Ик!" – донеслось от кота.

– Ты… их… – начала я осторожно.

Орк раздраженно дернул плечом.

– У меня, между прочим, рефлексы! А они ко мне спящему полезли. И что с ними теперь делать? Не бросать же в коридоре!

"В саду закопать?" – предложил добрый котик.

– Они… мертвы? – голос все-таки дрогнул.

Ыдрын вытаращился на меня.

– В смысле? – он моргнул и сообразил наконец. – Тьфу! Что им сделается? Вырубил я их. Часа на два, пожалуй. Помоги, а?

– Чем?!

– Комнаты их покажи, – вздохнул Ыдрын. – Разложу по кроватям, утром поговорим.

– Извини, – я руками развела. – Я тут первый день, еще не знаю, кто где живет. Могу позвать кого-нибудь из студенток…

– Охолони, – мрачно посоветовала возникшая из воздуха Кикка. – Сама разберусь.

Я промолчала – благовоспитанной орчанке разговаривать матом не полагалось – но очень, очень выразительно. Да что они, сговорились подкрадываться?!

И, выходит, она за мной присматривала?..

Зато Ыдрын выругался без оглядки на свидетелей. Сочно, от души.

– Не делайте так больше, – посоветовал он, гася возникший на ладони пульсар. – Я могу не сдержаться.

Погодите-ка, откуда? Кикка же говорила, что у орков прямой магии нет? Огненно-красный камень в браслете на массивном запястье мигнул и погас. А, ясно!

– Пф-ф-ф, – сказала комендантша насмешливо. – Иди уж… спать! И ты, девка. Все сама, сама… Ни на кого нельзя положиться!

Мы с Ыдрыном переглянулись… И пошли, куда велено.

Спа-а-ать!

***

– Хозяйка, вставай! – орал котик мне на ухо. – Встава-а-ай!

Дежавю.

– Опять труп? – мрачно спросила я, не открывая глаз.

Не хочу! Надоело.

– Эм? – озадачился кот. – А-а-а! Трупов нет.

– Хоть это радует. Тогда зачем будишь?

– Ыдрын на завтрак зовет, – деловито отчитался котик. – Говорит, надо кое-что обсудить. Мя?

Вставать пришлось. Ыдрын у нас теперь человек… то есть орк занятой. Просто так дергать не будет. Да и мне найдется, что сказать!..

***

В приемной окопался Нодди. В прямом смысле. Невысокую фигурку домового погребли груды бумаг.

Он не сдавался! Давал бой – при помощи печатной машинки, копирки и костяных счетов. Стрекот клавиш и стук костяшек, словно пулеметная очередь.

– А, это ты? – буркнул домовой, едва удостоив меня взглядом. – Ждет. Иди!

И вновь принялся колотить по клавишам.

Я осторожно обошла его по дуге – еще укусит! – и постучала в солидного вида дверь. Кот восседал у меня на руках.

– Да! – прорычали изнутри.

Мы с котиком переглянулись.

"Ты уверен, что меня ждут?"

"Кажется…"

Хотелось бы, чтобы в ответе фамильяра было побольше твердости. Но не уходить же обратно!

– Дядя, это Ашило, – сказала я, кашлянув. – Можно?

– Можно, – тоном ниже ответил Ыдрын.

И даже сам дверь передо мной открыл. И закрыл тоже. Набросил заклятие.

– Проходи, – Ыдрын провел рукой по измученному лицу. – Завтракать будешь?

– Я буду! – облизнулся котик. Теперь он мог говорить, не опасаясь, что подслушают.

– Я тоже не откажусь, – хмыкнула я и ссадила этого проглота на пол.

Орк слабо улыбнулся.

– Присоединяйся, – и вернулся в ректорское – теперь уже свое! – кресло.

А неплохо, кстати, ректоры живут. Солидная мебель, деревянные панели, тяжелые портьеры, уйма книг.

– Склеп… – проворчал котик и чихнул.

Пожалуй, я была с ним согласна.

Склеп былого величия. М-да.

А вот еда на подносах навевала мысли о голодных сиротках. Тоненькие кусочки хлеба, намазанные полупрозрачным слоем масла. (Надеюсь, до маргарина тут еще не додумались?) Едва подкрашенная водичка вместо чая. Половинка яйца. Четвертинка яблока.

Завтрак в стиле прежней Тоньи.

– Мря? – сказал котик недоуменно и лапкой яйцо потрогал. Обнюхал.

Ыдрын провел рукой по гладкому черепу и оглядел свою порцию.

– Я взял обычный студенческий завтрак. Сами видите…

Преподавателей кормили получше, хоть и без разносолов. И зарабатывали они достаточно, чтобы пусть не шиковать, но все-таки на еде не экономить.

А вот студенты…

– Они у вас ноги с голоду не протянут? – посочувствовала я. – Как-никак, молодые растущие организмы.

Кстати, это Ыдрын правильно сделал, что сам взял. Разумная предосторожность. Мало ли, кто чего подсыпет?

– Подрабатывают, – махнул рукой свежеиспеченный ректор. – Иначе не прожить. Знаешь, я как-то раньше этим особо не интересовался. Жил в городе, питался там же… А теперь не представляю, что делать!

– Оптимизировать, – пожала плечами я.

Ыдрын махнул рукой.

– Рудольф говорит, уже сократили, что могли.

– Оп-ти-ми-зи-ро-вать! – повторила я по слогам, вспомнив выезды "на картошку" своей юности. – Не сокращать. Скажем, вместо подработки на стороне отправить студентов на грядки в академии. Зато рацион будет посытнее.

А у студентов – меньше времени на всякую дурь.

– Пробовали, – возразил Ыдрын. – Овощи золотые получаются. Я всю ночь над отчетами просидел!

Судя по синякам под глазами, он не врал.

– А ну-ка, – заинтересовалась я. – Дай взглянуть!

Я цапнула протянутые бумаги и… нырнула с головой. Цифры-циферки, как же я скучала!..

– Надо делать ревизию, – заключила я, выплыв из бурных волн бухучета, и потерла глаза. Сказала с досадой: – Тут сам черт ногу сломит! Накручено, наверчено…

– Значит, мне не показалось, – Ыдрын отхлебнул мерзкого чая, скривился и поставил стакан обратно. – А я-то думал, это у меня концы с концами не сходятся.

– Кстати, – вспомнила я, – судя по бумагам, мы едим как раз овощи со своего огорода. Покупаем удобрения, инсектициды и прочее.

Кот озадаченно почесал лапой за ухом.

– Не помню я тут никаких огородов. Разве что грядку с зеленью, но это кухаркина, личная.

Завтрак он обнюхал, но пробовать не стал. Так что и мне не стоило.

– Кстати, а где главбух? – спохватилась я. – Хочу задать ему пару вопросов.

По-хорошему, корпеть над бумагами должен был он. И объяснять новому начальству, что к чему, тоже.

– Годовые отчеты сдает, – ответил Ыдрын задумчиво и головой мотнул. – Инвентаризацию я уже назначил. Через неделю. Иначе потом вдруг окажется, что мне доверили процветающее дело, а я его угробил.

– Отлично! – обрадовалась я. Задним числом-то можно что угодно написать!

– Касательно ревизии, – продолжил орк и побарабанил пальцами по столу. – Займешься? Ты в этом, очевидно, неплохо разбираешься.

– Увы, – развела руками я. – Тут надо знать все нюансы, а я пока так, по верхам. Лучше найми хорошую фирму. Покойный ректор, похоже, документы подмахивал не глядя.

Я бы своему начальству голову за такое открутила!

– Спасибо, – вздохнул Ыдрын и щеку рукой подпер. – Кстати, о покойном ректоре. Что-нибудь узнала?

– Точно, – спохватилась я. – Ходят слухи, что он лишил жену наследства. Ну, или угрожал лишить…

– Хочешь сказать, что она могла убрать мужа, пока тот не успел изменить завещание? – тут же сообразил орк. – Увы. Поверенный утверждает, что ректор при нем обо всем ей сообщил.

Кот вытаращился на него.

– И она муженьку даже лицо не расцарапала?!

Я хмыкнула.

– Поссеты друг друга стоили. У жены любовник, у мужа любовница – какие уж тут претензии?

– Пфф! – котик махнул лапой. – Себя-то вдовушка оправдала бы.

– Кстати! – оживилась я. – А любовница в завещании упомянута?

Может, мы зря ходим вокруг да около?

– Ни словом, – разбил мои надежды Ыдрын. – Ректор все оставил сыну. Но любовнице он вполне мог дарить, скажем, украшения. Или наличные. Поверенный сказал, что с личных счетов ректора были сняты крупные суммы.

М-да, и что нам это дает?

– Значит, никакой зацепки? Пипидастр растворился в тумане? Кстати, а где ректор его хранил?

– В сейфе, – махнул рукой Ыдрын. – Только…

– В сейфе пусто, – деловито сообщил котик. – Шаром покати. Голяк.

Мы с орком уставились на него.

– Ты что, – сказала я медленно. – И туда успел влезть?!

– Ой, подумаешь, – Василий дернул хвостом. – Этот сейф устарел еще в прошлом веке! У вдовушки и то получше был.

Ыдрын прикрыл лицо рукой, плечи его затряслись.

– Кот… взломщик!.. – простонал он сквозь смех.

Фамильяр надулся, окинул орка задумчивым взглядом. Кажется, запахло жареным! Коты – они мстительные и злопамятные. Один раз на хвост наступишь – месяц в тапки гадить будет.

– Значит, подозреваемых у нас трое, – перевела разговор я.

Василий предсказуемо отвлекся.

– Проректор, вдовушка… – принялся он загибать когти. – А третий кто?

Я усмехнулась и расшифровала:

– Он, она, они. Могли ведь и сговориться, верно? Кстати! А возможность-то у кого была?

Ыдрын вздохнул.

– У обоих. По всему выходит, что ректора отравили прямо тут, в кабинете. Он в тот день только чаю выпить успел, который домовой лично заварил, да пару пирожков съел. Пирожки от госпожи Кикки, вряд ли кто-то мог их отравить. Остается чай. Нодди говорит, что отлучался на пару минут. Кто-то вполне мог сыпануть яда в чайничек. Но кто?..

Хотелось самой расспросить домового, но как? Странные вопросы – от орчанки! – его бы точно насторожили. А жаль.

Отравить ректора самому Нодди было проще простого. Но мотив?..

Мы помолчали. Траурное это молчание было прервано стуком в дверь.

– Господин ректор, – почтительно сказал Нодди, заглянув в кабинет. – К вам тут метресса Уветка, говорит, по личному делу.

Ыдрын расплылся в улыбке.

– Зови!

Обрадовался передышке? Или самой Уветке?

Уветка вошла, так плавно покачивая бедрами, что меня аж зависть взяла. Хороша, чертовка!

И как они с Ыдрыном вместе смотрелись! Жесткость и мягкость, инь и ян.

Спокойно, Антонина Васильевна. Спокойно! Зато ты умная.

"И за ушком чесать умеешь! – поддакнул котик. – А хочешь, я тебе кого получше найду? Сдался тебе этот орк!"

Я мысленно вздохнула. В том-то и дело, что… сдался. Умный он, надежный, заботливый…

"Диагноз ясен, – заключил фамильяр со вздохом. – Слушай, а может, ему приворотного подлить?"

Я только кулаком погрозила. Этот нахал даже не прикидывался, что испугался! Задней лапой за ухом почесал да глаза наглые прижмурил.

Уветка бросила на меня взгляд – такой лукавый и понимающий – что мне даже стыдно стало. Так, самую малость.

– Здравствуй, Ыыы!Дрын, – сказала она гортанно. – Подпиши.

И лист бумаги перед ним положила.

Ыдрын разгладил лист рукой, чуть скривился – бюрократией он был сыт по горло – однако прочитал. Моргнул. Перечитал снова.

– Ты… хочешь уволиться? – переспросил он недоверчиво. – Если ты чем-то не довольна, я мог бы…

Она покачала головой.

– Прости, Ыдрын. Дело не в тебе. Просто мои родные были правы, а я ошибалась. Счастье женщины не в науке.

Орк вытаращился на нее.

– Хочешь замуж?

Кажется, она обиделась. Подбородок вскинула и сказала с вызовом:

– Думаешь, не возьмут?

Ыдрын за голову схватился.

– Вы сговорились? Я и так по уши в… – он покосился на меня и закончил мрачно: – В делах. И ничего не получается!

Уветка издала гортанный смешок.

– Это потому, что ты проклят, – сказала она просто и палец ему в лоб уперла.

Ей пришлось ради этого привстать на цыпочки, хотя Ыдрын сидел.

Орк моргнул.

– Ты уверена? Я же регулярно проверяюсь!

Э-э-э? Здесь что, на проклятия надо проверяться? Как на вирусы?

Представляю местную диспансеризацию! Сделать отпечаток ауры, сдать анализы на утечку маны, провериться на энергетических паразитов…

Интересно, заделывать дырки в ауре так же неприятно, как в зубах?

Уветка чуть прищурила раскосые глаза. Повела рукой.

– Воздействие минимальное, к тому же свежее и стихийное. Поэтому ты и не понял. – Она перевела взгляд на меня и спросила ровно: – Зачем ты его прокляла?

– Я не… – начала я и осеклась. В голове всплыло брошенное в сердцах: "Да чтоб у тебя баланс никогда не сходился!" – Да быть не может! Я же просто так сказала.

– Ты ведьма, – напомнила Уветка спокойно. – Твое слово может стать проклятием, если сказано от души.

"Серьезно?!" – покосилась я на фамильяра.

Тот удрученно кивнул.

Выходит, я все-таки ведьма? Надо же!

– Значит, ты меня прокляла, – проговорил Ыдрын задумчиво и в затылке почесал. – И что с этим делать?

– Эй, ты же не собираешься заявлять в полицию? – встревожился вдруг котик и на стол запрыгнул. – Она не специально!

И спину выгнул.

– Верю, – вздохнул Ыдрын и головою покачал. – Только сути это не меняет. Меня – прокляли. И я хочу компенсацию.

Не было печали. А я-то сопли развесила. Надежный, заботливый… Тьфу!

– Какую? – спросила я мрачно, руки на груди скрестив. – Учти, снимать проклятия я не умею.

– Само развеется, – вставила Уветка, наблюдавшая за нами с интересом. – Оно ведь неоформленное, поэтому недолговечное.

Ыдрын только ухом дернул. Сцепил пальцы в замок. Подался вперед.

– Во-первых, ты поможешь мне с бумагами, – прогудел он и поймал мой взгляд. – Согласна?

Я без раздумий кивнула. Могло быть и хуже.

– Будет во-вторых?

– Будет, – Ыдрын вдруг широко улыбнулся. – А во-вторых, ты пойдешь со мной на свидание.

"Ик!"

Кажется, это был котик. Или я?..