Окутанные метелью

Глава 2

— Кэти зевнула и потянулась.

Алекс положил телефон в подстаканник.

— Хорошо выспалась?

— Да, меня вырубило. — Она пару раз моргнула. — Сколько я спала?

— Больше полутора часов. Ты, наверное, очень устала. Или ты не любишь хоккей. — Он увидел, как уголки её губ изогнулись. — Тебе не нравится хоккей? Не верю! Мне придётся остановиться и высадить тебя.

Её глаза на мгновение расширились, а затем улыбка освятила красивое лицо. Она повернулась к нему:

— Извини. Я не разбираюсь в хоккее. Я как-то была на матче, и они всё время катались по кругу, а потом, ни с того ни с сего, кто-то попытался забить гол. Всё произошло так быстро, что я даже не успела это увидеть.

— Потому что нужно внимательно следить.

— Вот в этом-то и суть проблемы.

— В чём суть? — Он вопросительно наклонил голову.

— Именно в этом.

— Ты хоть значение понимаешь? — Он рассмеялся, увидев, как она нахмурилась.

— Это означает, знаете ли, суть проблемы, её средоточие. Я не знаю… Это просто слово, — взволнованно сказала она.

Алекс с ухмылкой смотрел на проезжающие машины. Ему нравилось дразнить её — это было так легко.

— Мы подъезжаем к выезду. Я собираюсь заправиться. Хочешь чего-нибудь перекусить или сходить в туалет?

— Да. Я умираю с голоду.

Он включил поворотник и съехал с шоссе.

Вернувшись на дорогу с полным баком, пустым мочевым пузырём и горячей едой, Кэти с удовольствием уплетала бургер и пачку чипсов. Алекс пытался одновременно вести машину и переложить свой чизбургер.

— Тебе помочь? — предложила она, продолжая есть бургер.

— Я могу его достать. — Он смотрел на дорогу, затем снова на бургер, лежащий поверх пакета.

— Что ты пытаешься сделать? — Она наблюдала, как он ковыряется в своём бургере.

— Я пытаюсь положить туда два луковых кольца, а сверху булочку.

— Давай я помогу. — Она протянула руку, добавила второе луковое кольцо и закрыла булочку.

— Спасибо. — Он взял огромный бургер и откусил.

— Я никогда не видела, чтобы кто-то добовлял луковые кольца в бургер.

— Попробуй обязательно. Это офигенно вкусно, — сказал он, жуя.

— Как-то нужно будет попробовать.

— Попробуй сейчас. Тут много. Угощайся. — Он указал рукой с бургером на коробку с кольцами.

— Хорошо. — Она положила луковое кольцо и вернула булочку на место.

— Нет, нужно добавить два — для максимального хруста.

Она покачала головой и добавила ещё одно, затем сжала булочку и откусила.

— Ну как?

Она кивнула, продолжая жевать, потом прикрыла рот рукой.

— Вкусно.

— Видишь? Будь рядом со мной — и много нового узнаешь.

«Если бы только…» — пронеслось у неё в голове.

Она и представить себе не могла, каково это — проводить время с Алексом, таким популярным, шикарным парнем.

Они ели в уютной тишине, если не считать того, что Алекс включил радиостанцию с кантри-музыкой. Жирная пища была вкусной, но она мечтала о домашних маминых блюдах. Или, может быть, о стряпне Тома? От этой мысли у неё неприятно свело желудок.

— Как тебе Мэдисон? — спросил Алекс.

— Мне нравится. Я не очень люблю подниматься на Баском-Хилл, чтобы добраться до занятий, но в остальном здесь здорово.

— Этот холм — просто убийственный.

У Кэти зазвонил телефон. Она вытерла пальцы салфеткой, посмотрела на дисплей и ответила:

— Что случилось?

— Привет, солнышко. Просто хочу узнать, когда ты приедешь.

— Мам, ты звонишь, чтобы убедиться, что мы не застряли где-нибудь в канаве или не врезались в телефонный столб. — Она посмотрела на Алекса и закатила глаза.

— Я бы не стал выражаться так драматично, но да, я хотел убедиться, что ты в безопасности и с тобой всё в порядке.

— Да, ещё раз да, — отрезала она чуть более резко, чем хотела.

— Хорошо. Где ты сейчас?

— Алекс, моя мама хотела бы знать наше точное местоположение в данный момент.

— Кэти, тебе не обязательно говорить ему, о чём я спрашивала, — заметила мать.

Алекс усмехнулся:

— Мы только что проехали Уосо. Думаю, через пару часов приедем.

— Ты слышала? — спросила Кэти маму.

— Спасибо. Вам следует знать, что здесь уже идёт снег, и его достаточно много. Том говорит, что скоро вы попадёте в снегопад, так что будьте предельно осторожны.

— Да, мама. — Кэти очень хотелось сказать Тому, что он может сделать со своим снегом.

— Кэти, я серьёзно.

Она повернулась на сиденье:

— Алекс, мама хочет, чтобы ты знал: на севере идёт снег, и Том говорит, что скоро мы попадём под снегопад. Тебе нужно ехать очень осторожно. Она не шутит.

— Понял, — ответил он с улыбкой.

— Очевидно, ты не готова говорить со мной разумно, — в голосе матери послышалось раздражение, но Кэти решила его игнорировать.

— Хорошо, звучит заманчиво. Скоро увидимся. — Она бодрым, радостным голосом закончила разговор и быстро повесила трубку.

Кэти знала, что должна бы чувствовать себя виноватой, но мать сама была виновата — скрывала от неё расставание с отцом. Мама хотела разговаривать только тогда, когда речь не касалась их семейной катастрофы. Почему этот странный парень так важен, что Кэти пришлось ехать сквозь снежную бурю, чтобы отмечать с ним Рождество?

Она засунула телефон на дно сумочки, чтобы больше не слышать звонков.

— Итак, кто такой Том? — спросил Алекс.

— Это долгая история.

— У нас нет ничего, кроме широкого шоссе. — По радио заиграла сентиментальная кантри-песня о парне и его собаке.

— Я честно не знаю. Моя мама говорит, что она с ним не встречается, но заставляет нас тащиться в Кристал-Ривер, чтобы провести с ним Рождество, а мы даже никогда не встречались.

— Я так понимаю, ты не хочешь с ним встречаться.

— Нет… не знаю.

— Значит, твои родители разведены?

— Отличный вопрос. Не думаю, но всё меняется так быстро — кто знает? — Никто из родителей не хотел говорить об этом. Они продолжали нести ей чушь о том, что всё ещё любят детей, что им просто нужны перемены, глоток свежего воздуха, или ещё какая-то ерунда.

— Дай угадаю. Это твоё первое Рождество после расставания родителей.

— Угадал.

— Отстойно, — нахмурился Алекс.

— Слабо сказано.

Они ехали в приятном молчании, слушая кантри-музыку. Через полчаса начался снегопад, и через несколько минут мелкий снег превратился в крупные тяжёлые хлопья, проносившиеся мимо стекла.

— Вот и снегопад. — Алекс поставил стакан с газировкой обратно в подстаканник и выпрямился, стараясь сосредоточиться в условиях ухудшающейся видимости.

Кэти поджала ноги и смотрела на летящий снег, радуясь, что дороги всё ещё расчищены.

— Давно у нас не было снежного Рождества. — В обильном снегопаде было что-то захватывающее. Последние годы сильные снегопады случались редко. Но сейчас ветер гнал снег пластами и волнами, как воду в бушующем море.

— Мой брат Джейсон, наверное, в восторге. Он уже подготовил снегоуборочную машину и готов к работе. Он как маленький ребёнок, когда речь заходит о снеге, — сказал Алекс.

— Он тоже водит грузовик?

Алекс наклонил голову, уголок губ приподнялся. Его глаза заблестели, и он улыбнулся — улыбкой, которую можно было назвать по-настоящему сексуальной.

— На севере все водят грузовики.

Кэти нравился лёгкий характер Алекса. Раньше он казался вежливым, но напряжённым — особенно после её телефонного разговора.

— Джейсону не терпится выехать на место, чтобы расчистить дорогу и вытащить машины из кюветов. Это лучший рождественский подарок для него.

Кэти показалось, что Алекс любит снег так же сильно, как и его брат.

— А что ты хочешь на Рождество?

Он взглянул на неё, потом снова на дорогу. Снег начал скапливаться. Он фыркнул:

— Я? Я хочу новую жизнь. — Он провёл рукой по волосам и уставился на кружащуюся белую мглу.

«Неужели он имел в виду, что не может дождаться свадьбы?..» — подумала Кэти.

Он выглядел погружённым в свои мысли, пока ехал дальше.

Возможно, он действительно хотел новой жизни. Но Кэти больше всего на свете хотела вернуть свою старую. Новая жизнь оказалась не такой уж привлекательной. Она мечтала провести праздники и зимние каникулы в старом доме, с родителями и младшей сестрой Николь. Никто бы не навязывал ей общение с незнакомцами.

Радиостанция затрещала. Алекс взглянул на неё:

— Хочешь найти новую станцию?

— Конечно. — Она потянулась к его куртке и рюкзаку, чтобы отрегулировать настройки. Она заметила, как приятно от него пахло — лосьоном после бритья или, может быть, действительно хорошим дезодорантом.

— Так далеко на севере ты мало что найдёшь. Ты могла бы поймать радиостанцию из Миноккуа или Парк-Фолс.

Кэти медленно повернула тюнер старого радиоприёмника в грузовике, прислушиваясь к помехам. В нескольких сантиметрах слева от неё Алекс небрежно держался за руль. Она заметила несколько тонких волосков на его длинных пальцах. Ногти были коротко подстрижены. Манжета толстовки — потёртая по краю и немного грязная.

— Вернись. Ты что-то пропустила, — Алекс указал пальцем.

Она повернулась обратно и поймала волну, где играло «Рождество в Сараево[2]» в исполнении Trans-Siberian Orchestra. Это была рождественская песня в рок-обработке. «Уверена, Алексу она тоже понравится», — подумала Кэти и откинулась на спинку сиденья.

Алекс прибавил громкость и постучал пальцем по рулю в такт музыке.

— Обожаю этих ребят. Они такие классные. Ты когда-нибудь был на их концерте? — спросила Кэти.

— Нет. Я даже не знал, что они гастролируют.

— Каждый год они устраивают огромный рождественский тур с ноября по начало января. Это первый год с тех пор, как я была маленькой, когда я туда не поехала. — Она проигнорировала неприятное чувство, кольнувшее её. «И эта традиция ушла в прошлое», — промелькнуло у неё в голове.

— Почему ты не поехала в этом году? — Он слегка покачивал головой в такт рок-н-ролла.

Она вздохнула.

— Расставание родителей.

— Паршиво.

— Не поспоришь. Всё уже не так, как прежде. Мама тащит меня в какую-то чёртову глушь. Без обид. — Она искоса взглянула на него: ей не хотелось обидеть его родной город.

Алекс взглянул на неё и ухмыльнулся:

— Ничего страшного.

— Теперь мне придётся провести четыре дня, включая Рождество, с каким-то парнем, которого я никогда в жизни не видела. Мама даже не знает, как его назвать. Говорит, что он не её парень.

Алекс приподнял бровь.

— Я знаю! — Кэти вскинула руки. — Что это вообще такое? Проклятье! За какую дуру она меня держит? А потом, после этого кошмара, я еду к отцу, праздновать Рождество с ним, его новой подружкой Мари и тремя её маленькими детьми.

— Ой… — Алекс поморщился.

— Я бы всё отдала, чтобы сбежать и пропустить весь этот праздник.

— Понимаю. И сам бы хотел, — пробормотал он.

Песня закончилась, и диджей заговорил:

— Это было «Рождество в Сараево» от Trans-Siberian Orchestra. Дальше — ещё больше праздничной музыки, но сначала прогноз погоды.

Кэти наклонилась вперёд, когда Алекс увеличил громкость.

— По всему Северному региону объявлено официальное предупреждение о погоде. Начиная с семи часов вечера и в течение всей ночи ожидается метель.

Кэти мельком взглянула на Алекса. Он слушал внимательно, но без особого беспокойства.

— Прогнозируются сильные ветры. Сегодня выпадет от пятнадцати до двадцати сантиметров снега, завтра утром ожидается ещё двадцать–двадцать пять сантиметров. К полудню снегопад должен закончиться. Температура понизится, возможны снежные заносы из-за порывов ветра.

— Вот чёрт… Похоже, мама была права. — Кэти широко распахнула глаза. «Снег на Рождество — это одно, но настоящая метель…»

— Итак, друзья, если вам не нужно выходить — оставайтесь дома. А если вы уже в пути — возвращайтесь как можно скорее. Самое время устроиться по-уютному, закутаться в плед и наслаждаться горячим пуншем и белоснежным Рождеством. А сейчас — Бинг Кросби.

Заиграли струнные, и по кабине разнёсся мягкий голос, поющий «Белое Рождество».

— Хорошо, что в последний раз я добавил лишний вес в кузов грузовика. Дорога займёт больше времени, чем я думал, — сказал Алекс.

Кэти обернулась и увидела два больших хозяйственных ведра по краям кузова, снег вокруг них и свою холщовую дорожную сумку.

— Как думаешь, сколько ещё ехать?

— Не меньше часа, может полтора.

— Наверное, стоит позвонить маме и сообщить новости. — Она достала телефон и включила его. Индикатор мигал, но сигнала не было.

— Нет сети? — спросил Алекс.

— Даже слабого.

— Так и думал. Здесь отвратительная связь, а в такую погоду работает только стационарная.

Кэти бросила телефон обратно в сумку, разрываясь между досадой и облегчением.

— Что ж, значит мне не придётся слушать мамины лекции о том, как опасно ехать в метель и чистила ли я зубы зубной нитью.

— Не недооценивай зубную нить, — поддел Алекс.

Кэти бросила в него чипсину. Несмотря на то, что он был за рулём, Алекс поймал её и отправил в рот. Он самодовольно улыбнулся. Кэти рассмеялась и покачала головой.