По закону гор

глава 13

ГЛАВА 13

Янина забралась с ногами на диван, устроившись поудобнее среди хаотично разбросанных подушек. Тетя Соня с Валидом Адамовичем уехали в театр. Девушка по-хорошему им завидовала. Они вели активный образ жизни. Постоянно куда-то выезжали, ходили.

Она искренне надеялась, что когда-нибудь в будущем…

Хотя это будущее было слишком туманным и неопределенным.

Она хотела семью, хотела свое личное счастье.

То, что с ней произошло в прошлом, наложило определенный отпечаток на настоящее. Но она же не всю жизнь будет шарахаться от мужчин?

Янина невольно перевела взгляд на лестницу.

А вот о нем точно не стоит думать…

Иначе весь вечер пойдет под откос. А у нее занятий много.

И вроде как Касьяна нет дома. Уехал на тренировку.

Он вообще много тренировался. Если не учился, ехал в зал. Возвращался оттуда зачастую поздно.

Янина видела…

Ее как черти разбирали. Честное слово. Если она знала, что Касьяна нет дома, интуитивно ждала его. Дергалась, засиживалась за уроками. Заставляла себя оставаться на месте и каждые десять минут не подходить к окну… А если слышала шум подъехавшей машины, вздрагивала. Замирала вся и, кажется, переставала дышать. Ноги сами несли к окну… Посмотреть, убедиться… Увидеть, что он приехал один!

Янина прятала лицо в ладонях.

Она, кажется, сходила с ума…

Потому что все это было неправильно!

Вообще…

А еще ей было страшно.

Очень страшно…

Увидеть, что Касьян приехал с девушкой. Он же мог приехать с подругой!

И этот факт заставлял Янину съеживаться и злиться одновременно.

Она злилась на себя за слабость, злилась на него.

Такое ощущение, что вокруг нее что-то происходило, что она была в эпицентре событий и в то же время стояла с завязанными глазами.

А хотелось разобраться... Нет, даже не так.

Ей требовалась определенность. Четкая, ясная, как выведенная формула. Потому что... ну потому.

Вся эта неопределенность отвлекала от учебы, заставляла сердце биться чаще без видимой причины и мешала сосредоточиться. Потому что в ее и без того неустойчивом мире, построенном на благодарности и долге, Касьян был еще одной переменной, значение которой она никак не могла вычислить.

А сама?.. Как она к нему относилась? Он ей нравился или что?..

Янина прикрыла глаза, пытаясь разобраться в этом клубке противоречивых чувств.

Да, он ей нравился.

Это было странное, тягучее чувство, возникавшее где-то под ложечкой от его пристального взгляда. Но были и сопутствующие эмоции. Настороженность, легкий холодок страха и полное непонимание его мотивов.

Он только с ней был таким…

Угрюмым, неразговорчивым, замкнутым.

Янина не понимала…

И опять же винила себя, что оказалась настолько трусливой, что не может элементарно завести с ним разговор и объясниться.

Хватит… Один раз объяснились.

Так, что в груди до сих пор зудело.

Она с легкой, почти незаметной даже для себя самой грустью провела рукой по обложке учебника.

Учиться ей нравилось. Это было единственное, что давалось ей легко и приносило ощущение собственной состоятельности. Но где-то глубоко внутри сидел червячок сомнения: а потянет ли? Ведь программа данного института так отличалась от того, к чему она привыкла в провинциальном вузе. И опять же... Все благодаря Терлоевым. Не перевели бы ее ни за что, если бы не связи Валида Адамовича.

Она в целом им сильно благодарна. Как можно не быть благодарной, когда они буквально подняли ее с колен? Помогли с похоронами мамы, взяли под крыло...

Нет, она, конечно, справилась бы, никуда не делась, но какими силами?

Звонок по видеосвязи заставил ее вздрогнуть и покоситься на экран.

С девчонками она уже созванивалась сегодня, а больше ей никто и не звонил.

Взяв телефон, Янина не без удивления увидела на экране знакомую моську Лены Ялдышевой, одноклассницы и единственной знакомой, которая не отвернулась от нее после начала той самой травли. Янина, непроизвольно разулыбавшись, приняла вызов.

– Лена, привет! Тысячу лет, – начала она, продолжая улыбаться.

– Вот я и решила тебе позвонить сама, – послышался с экрана бойкий голос. – От тебя самой ни привета, ни ответа, никаких новостей! Как ты там вообще? Устроилась?

– Да вроде ничего. – Янина отвела взгляд в сторону, потом снова посмотрела на знакомую. – Обживаюсь на новом месте…

– А учиться как? Не гнобят? – Лена придвинула лицо к камере, внимательно вглядываясь поверх головы Янины.

– Сложно, но интересно, – честно призналась Янина. Вопрос про травлю она намеренно проигнорировала. – Программа куда насыщеннее, чем была в прежнем универе. Так что грызу гранит науки усиленными темпами.

– Во-от! И дальше грызи! Я в тебя верю. – Лена поиграла бровями. – Ты же у нас умница. А что там с народом? Познакомилась уже с кем-то?

Янина на мгновение задумалась, и перед ее внутренним взором невольно возникла темная фигура Касьяна.

– Пока некогда особо тусить, – уклончиво ответила она, снова улыбаясь. — Всем загружают. Но вообще... спасибо, что позвонила. Правда. А как ты сама?

– Я? – Лена шутливо ткнула себя в грудь. – Отлично.

– Это здорово.

– Слушай, я предлагаю возобновить общение. Ты как, не против?

– Нет, конечно!

И снова Янина разволновалась. Даже от такой мелочи.

Неловкая пауза повисла в воздухе, и тут Лена, понизив голос, спросила:

– Янин, а правда, что тебя к себе взяли те самые Терлоевы?

– В смысле «те самые»? – тотчас насторожилась Янина.

Лена покраснела и даже сбилась:

– Ну, те самые...

– Я не понимаю тебя, – покачала головой Янина, хотя прекрасно поняла.

– У них же сеть этих клиник по всему городу! Я, если честно, в шоке, – выдохнула Лена, падая на подушку.

Янина слегка поморщилась. Никогда не понимала тех, кто восхищался или завидовал богатству других людей. Для нее это была обертка, а важно было то, что внутри.

– Ты-то почему в шоке? – уже без прежнего энтузиазма спросила она.

Лена пожала плечами, будто это было очевидно:

– Да так... А еще у них два сына...

– Лен…

– Ну че? Это же нормально – знать, с кем ты живешь!

Она-то как раз знала. Но при чем тут Лена?

– Мне кажется, мы сейчас не о том…

– О том, Янин, о том! Это же твой шанс, Янинка! Старший вроде как женился, а вот младший... Касьян, да? – продолжила Лена с нарастающим азартом. – Мы профиль его в телеге нашли. Красавчик такой, прямо вау-вау. Янина, надо брать! Серьезно.

– Лен, прекрати, что ли.

Ощущение чужого присутствия ударило по нервным рецепторам. Она так реагировала только на одного человека...

Янина резко обернулась. В комнату входил Касьян. Его появление было беззвучным и тотчас заполнило собой все пространство.

– Лен, ладно, давай… Пока. Созвонимся, – торопливо проговорила она, не отрывая взгляда от вошедшего.

– А я думала, мы еще потреплемся, – послышалось из телефона.

– Потом, Лен, – почти шепотом бросила Янина и быстро прервала вызов.

Касьян остановился напротив дивана, окинув ее тем самым жгучим, пронизывающим взглядом, от которого каждый раз перехватывало дыхание.

– Родаков нет дома, да?

– Нет, – тихо ответила Янина, инстинктивно заерзав на диване.

– Ужинать будешь? – спросил он, не меняя выражения лица.

– Нет, я ела. – А дальше вопрос сам сорвался с губ: – Покормить тебя?

На лице Касьяна что-то промелькнуло. Едва уловимая эмоция.

– Покорми.

***

Янина дома одна…

Одна…

Эта мысль билась в голове Касьяна. Ударяла по всем фронтам. В висках долбила.

Родители еще утром сказали, что уедут на пару-тройку часов. И все… Весь день по одному месту пошел у него. Как ни пытался отвлечься – хер!

Янина… Одна…

Он даже у Мадинки спрашивал, не собираются ли они куда-то вечером. Хитрая лиса прищурилась и пропела, что нет. Но типа может, если надо, кое-кого и вытащить.

Ему как раз не надо было, чтобы кое-кого вытаскивали.

Пусть дома побудет.

С ним.

С ним же?..

Грудь пробило некой тревогой. Да что с ним такое, блядь?

Нормальным же пацаном был…

У него никогда не было проблем в общении с девчонками. С садика дергал их за косы, потом конфетки дарил. В школе, если требовалось, заступался. Ну и внешностью его природа-матушка не обидела. Нравился он девчонкам.

Они ему тоже нравились. До поры до времени.

И Касьян не мог припомнить случая, когда у него случался затык в общении с противоположным полом.

Никогда такого не было… Ни разу…

Бывало, конечно, когда ему отказывали. Даже, кажется, пару раз по морде получил, но там, кстати, непонятно за что. За что, что перешел границу или как раз не перешел.

Но все это вразрез шло с тем, каким он был с Яниной.

Взять сегодняшний вечер. Домой гнал, а потом у дома сидел в тачке минут пятнадцать, думая, зайти или нет.

И что будет дальше.

Меньше всего он оказался готовым к тому, что Янина будет его кормить.

Потому что это, сука, было так… интимно!

Он проследовал за Яниной на кухню. Прислонился к косяку и засунул руки в карманы джинсов, наблюдая, как она суетится у стола.

Янина часто помогала матери. Да что говорить… Первой с утра летела на кухню, чтобы что-то приготовить до того, как матушка проснется и спустится. Их любимая Софья Маратовна даже как-то жаловалась отцу, что Янинка совсем себя не бережет. И учится, сидит за учебниками допоздна – да-да, она видела, что свет в ее комнате и в час, и в два ночи еще горит, – и по дому помогает каждый день.

На самом деле матери было безумно приятно, что она не ошиблась в Янине.

Касьян следил за ее движениями. Она доставала тарелки, искала салфетки, поправляла уже идеально стоящие столовые приборы. Она накрывала ему стол...

Внизу живота мышцы скручивало тугим, болезненным узлом. Он сглотнул, пытаясь игнорировать это физическое проявление того, что творилось внутри.

Интересно, Янина понимает, насколько это интимно? То, что она делает?

Его взгляд скользнул по ее профилю, по сосредоточенно нахмуренным бровям, по губам, которые она слегка прикусывала, расставляя все так, как, должно быть, считала правильным.

Нихера не понимала...

Иногда ему казалось, что она очень наивна, и его это устраивало. С ее появлением в нем проснулся конченый шовинист. Никакие доводы разума не работали.

Грязи вокруг всегда хватало. А вот ее чистота, ее непосредственность…

Они цепляли.

И главное, она все это в себе сохранила, несмотря на тяжелое прошлое. Убийство отца... а его в тюряге именно убили, смерть мамы... переезд к чужим людям...

Янина отлично держалась! Не озлобилась, не пыталась выжить за счет других. Например, за счет мужчин...

Эта мысль была настолько яркой и внезапной, что челюсти Касьяна напряглись сами собой, скулы выступили резкими буграми.

Не надо Янине мужчин... Вот правда, не надо...

Он мысленно увидел ее с кем-то посторонним, с каким-нибудь пафосным идиотом или, что хуже, с таким же отморозком, как он сам, и его передернуло. Порвет же... всех...

Касьян резко тормознул собственный ход мыслей. Дьявольщина какая-то... С ней всегда мысли набекрень. Стоило только оказаться рядом, как мозг отключался, уступая место гораздо более древним инстинктам.

– Ты идешь к Артему?

Спина Янины в струну вытянулась.

– Иду.

Она посмотрела на него.

Прямо в лицо.

А это хорошо…

В последние дни она его избегала, и это был хуевый расклад.

– Я даже платье купила, – внезапно выдала она на одном дыхании.

Сперло дыхание и у Касьяна. Потому что она впервые поделилась чем-то с ним.

Он уже открыл рот, чтобы ляпнуть ересь, что крутилась в башке, и тормознул в последний момент.

Давай, Терлой, вспоминай, что бы ты сказал любой другой девчонке… Давай…

– Надеюсь, короткое? – выдавил он из себя и чуть скривил губы в подобии улыбки.

Щеки Янины тотчас вспыхнули.

– Нет, – ответила она и улыбнулась.

Открыто… За долгое время…

Касьян заставил себя выдвинуться к столу.

Верхом идиотизма было бы настаивать на том, чтобы она не ходила. Да и глупо. Серьезно. Ей нужны вечеринки. Нормальные такие... У Тёмыча вроде бы приличные были, без всякой дряни и порнушки.

В это время Янина поставила на стол дымящийся плов и миску с салатом.

– Минералку будешь или сок? – спросила она, не отходя от него.

– Минералку без газа, – по инерции сказал Касьян. И тут же мысленно отвесил себе подзатыльник. Уж минералку он в состоянии взять сам.

Он направился к холодильнику

– Не надо, я сам.

Но она уже опередила его. Они столкнулись в центре кухни, и пластиковая бутылка выскользнула из рук Янины. Рефлексы сработали мгновенно, они оба наклонились, чтобы поднять бутылку, и еще раз столкнулись, на этот раз лбами.

– Ой! – ахнула Янина, потирая лоб.

А еще они оказались близко…

И почти касались друг друга.

Воздух на кухне сгустился, зарядился током.

Касьяна накрыло волной дикого, животного возбуждения, смешанного с душащей нежностью. Он все еще держал Янину за руку. Той, что она потянулась за бутылкой.

В голове яростно застучала одна-единственная мысль – дома снова никого нет... Это, блядь, какая-то подстава! Так нельзя...

Особенно с Яниной. Он ей еще ничего не предложил, не защитил, не заслужил, а уже в мыслях не только присвоил, но и взял. И еще как взял... всеми возможными и невозможными способами.

Он потонул в ее запахе... Тот лишал его разума! Его рука сама потянулась к ней, чтобы прикоснуться к лицу, отвести со лба непослушную прядь...

И в этот самый момент где-то на периферии донесся громкий хлопок входной двери, а следом пошли живленные голоса родителей.

– Ребят, мы дома!

Магнитное поле, тянувшее их друг к другу, лопнуло. Они синхронно отпрянули, как ошпаренные. Касьян судорожно разжал пальцы на бутылке с водой, которую все еще сжимал.

– Похоже, вернулись, – сипло произнес он, отводя взгляд в сторону.

– Да, – прошептала Янина, торопливо хватая со стола салфетки и делая вид, что ей срочно нужно привести что-то в порядок. – Садись давай уже, плов стынет.

Касьян поспешил к столу.

В дверях кухни появились родители. Матушка, увидев их вместе, приветливо улыбнулась.

– Вы ужинаете? Отлично?

– Тетя Соня, будете? Валид Адамович?..

– Янина, я что-то не понимаю логики… Нет, я, конечно, в курсе, что женская логика кардинально отличается от мужской, но, может, все-таки объяснишь, почему Соня – это тетя, а меня ты по имени-отчеству?

Валид Адамович подошел к раковине помыть руки. Касьян поймал взгляд Янины. В нем читалось то же смутное облегчение. Оно резануло Касьяна...

Значит, обрадовалась, что их прервали?

Касьян сжал челюсти.

А может, и правда хорошо, что прервали. Иначе бы... Сорвался он нахрен.