По закону гор

глава 1

ГЛАВА 1

– В аэропорту торчишь?

– Рейс объявили, скоро домой выдвинусь.

– Ну твоя матушка отчудила...

– Эй, тормози...

В присутствии Касьяна никто не смел говорить пренебрежительно про его мать. Голос его, секунду назад расслабленный и дружелюбный, натянулся, как струна, став тихим и опасным.

– Да я в целом! Приютить незнакомую девчонку...

– Девчонка – дочь ее умершей подруги... – поправил Касьян, уже с сожалением глядя на телефон. Может, зря позвонил Дару? Тот любил потроллить.

Да и кто в их компании не любил? Дай только повод.

– Ага, ты смотри, Кась, Адам женился, теперь Софья Маратовна на тебя перекинется.

Старший брат, которого их матушка последние лет пять пыталась всеми возможными и невозможными способами женить, женился. И как! Там целая отдельная история.

Но было весело, Адаму так точно.

– Дар, заткнись, а?

Друг заржал в трубку, довольный собой.

– Ладно, давай. И это... смотри там, не залипни на сиротке...

– Придурок, – буркнул Касьян, отключая звонок.

Он с раздражением сунул телефон в карман куртки и снова уставился на выход из зоны паспортного контроля. Что-то долго они проходят. Его внутренние часы, и без того настроенные на волну нетерпения, начинали отчаянно спешить.

Чтобы отвлечься, он скользнул взглядом по залу.

Две девчонки его возраста топтались рядом. И открыто посматривали на него. Улыбались, даже играли бровями. Мол, мы не против познакомиться.

Касьян привык к такому вниманию. Высокий, почти метр девяносто, спортивный, с резкими чертами лица, унаследованными от отца, он частенько выделялся в толпе.

Но сегодня не до новых знакомств. Да и ни одна не зашла ему настолько, чтобы вляпываться в историю прямо в аэропорту.

Хватит уже и того, что их любимая матушка, как шутя называл ее старший брат до недавнего времени «их любимая женщина», ввязалась в историю.

У нее умерла подруга молодости, а у той, в свою очередь, раньше умер муж. И осталась дочь. По словам матери, совсем одна. А там, опять же со слов матери, какая-то темная история.

Девочке срочно, вот прямо-таки срочно нужна помощь. И, конечно, их Софья Маратовна, с ее обостренным чувством справедливости и порой до безрассудства добрым сердцем, решила ввязаться и помочь «девочке». Взять ее к ним и помочь на первых порах.

Отец историю поддержал. Ну а что? Касьян его понимал. Чем бы ни тешилась женщина…

Касьян не то чтобы сам был категорически против... Он обожал мать и готов был поддержать почти любую ее авантюру.

Только девочки сейчас интересные пошли. Начитаются умных книжек, насмотрятся блогеров, и взгляд у них не детский, а холодный, расчетливый становится. Сучий.

Касьян не позволит какой-то провинциальной якобы простушке присесть на уши его матери. А заодно и на кошелек отца.

Он не был жадным парнем и сам отдал бы при необходимости последнюю рубаху настоящему нуждающемуся, но люто терпеть не мог разного рода манипуляции и подмены. Одна из причин, по которой именно он вырвался встречать мать в аэропорт, – это желание своими глазами посмотреть на эту девочку. Янину.

Ему одного взгляда хватит, чтобы понять, что она собой представляет. Он в этом был уверен.

И если эта Янина решила влезть в их семью с корыстными целями... О, тогда она жестоко обломается. Он устроит ей такую проверку на вшивость, что мало не покажется.

Первой он увидел матушку. Она появилась в проеме двери, озираясь по сторонам.

Касьян не смог сдержать широкой, почти мальчишеской улыбки. Неужели успел соскучиться за две недели? Или подсознательно волновался за нее?

Зря отец с ней не поехал, отпустил одну. Две недели их Софья Маратовна занималась устройством новой жизни Янины: хлопоты о переводе в другой универ, переезд, бумаги... Их матушка иногда могла быть невероятно, пугающе деятельной.

Он поднял руку в приветственном жесте.

Мама его заметила и тоже замахала в ответ.

И тут его взгляд скользнул на фигуру, стоявшую позади матери, скромно отступив на шаг. Девчонка... Касьян мгновенно напрягся. Интуитивно как-то.

Девчонка как девчонка. Одета не пойми во что. Простенькое пальто, джинсы, никакого намека на стиль или кокетство. Длинные волосы цвета воронова крыла собраны в небрежный хвост, словно ей было все равно. Руки сжали ручку старого, потрепанного рюкзака так, что костяшки побелели.

А потом она подняла голову, и он увидел ее лицо.

Охренеть.

Просто охренеть.

– Касьян... милый...

Он обнял мать, согнувшись в три погибели. Прижался к ее щеке, вдыхая знакомый, успокаивающий запах ее духов.

В их семье никогда не стеснялись проявлять эмоции, особенно в отношении матери. Она у них была залюблена своими мужчинами. Отцом, им с братом. И это было правильно, так и должно быть. Пока он держал мать в объятиях, его взгляд пристально и оценивающе скользнул по Янине.

Она ждала своей очереди, стоя в полушаге, словно не решаясь нарушить их семейную сцену. Смотрела куда-то в сторону, на мерцающие табло вылетов, делая вид, что не замечает его изучающего взгляда.

Надо же… Сама скромность.

Отчего-то Касьян направлял мысли в негативное русло.

– Привет, – сказал он, отпуская мать.

– Касьян, это Янина. – Софья Маратовна обернулась к девушке и знаком подозвала ее ближе.

– Мам, я в курсе. – Он скуповато, почти нехотя усмехнулся.

Ему ли не знать. Матушка все уши прожужжала за эти две недели про «девочку».

Янина же, встретив его взгляд, сменила эмоцию на лице.

Улыбнулась.

Касьян точно хук словил… Без предупреждения.

Да блядь…

Ему чертовски не нравилось то, что происходило.

– Привет.

Эта улыбка… Зря так Янина. Совершенно зря.

Значит, все-таки хочет понравиться, найти с ним общий язык... С лету. Рассчитывает на хорошие отношения с сыном своей новой благодетельницы. В голове Касьяна звякнул первый тревожный звонок.

Он напрягся сильнее. Его собственная улыбка исчезла без следа.

В голове вспыхнула информация, как Янина сама вышла на Терлоевых. Нашла каким-то образом телефон Софьи Маратовны. И все бы ничего, если бы мать поддерживала с Байзаровыми связь.

Но нет. Они не общались более десяти лет. И тут звонок от Янины… Она лично пригласила Софью Маратовну на похороны мамы.

Не самая простая задача для «простушки».

Разберемся...

– Это все вещи? – кивнул он на скромные чемоданы.

– Да, – тихо ответила Янина.

Два чемодана? И все?

Тоже интересно… Явный расчет на то, что необходимое далее докупит.

Точнее, докупят.

В голове Касьяна тренькнул второй звонок.

Что-то уже дохера их набиралось.

А если присмотреться…

Они вышли на парковку, он щелкнул брелоком. Черный «мерс», подаренный отцом и братом на прошлую днюху, услужливо отозвался.

Касьян не ставил цель следить за реакцией Янины. Так получилось. Он начал закидывать чемоданы в багажник, а она застыла с едва ли не раскрытым ртом перед его тачкой.

Уже даже не смешно, черт побери.

Уже прикидывает, сколько может стоить такая тачка? И насколько сильно ей повезло, что Софья Маратовна повелась на ее роль сиротки?

– Так, я, пожалуй, сяду сзади. – Софья Маратовна бодро распахнула заднюю дверь.

– Мам…

– Софья Маратовна...

Они заговорили одновременно. И опоздали. Потому что мама уже ловко забралась в салон, устроилась поудобнее и смотрела на них с улыбкой.

– Все, я уселась, давайте уже и вы. Касьян, папа не говорил, во сколько будет дома?

– К восьми, – автоматически выдал он, все еще буравя Янину настороженным взглядом.

– Отлично, успею ужин приготовить.

Янина как стояла, так и продолжила стоять. Особого приглашения ждала? Или чтобы он, как джентльмен, ей дверь открыл? Касьян сдержал раздраженный вздох. Ему претила эта игра в церемонии. Он кивнул на пассажирскую дверь коротким, небрежным движением подбородка.

– Садись.

Сам развернулся и устроился за рулем. Янина села рядом.

И снова его накрыло долбаным диссонансом, и снова в голове засигналило…

...Охренеть...