По закону гор

глава 22

ГЛАВА 22

Янина вытерла руки о полотенце, чувствуя, как под взглядом Касьяна нагревается спина. Она медленно обернулась

Он стоял в дверном проеме со скрещенными на груди руками.

– Где мне спать?

Этот вопрос волновал ее последние пять минут.

– Рано еще. Время девять.

– Я лягу, Касьян.

Он медленно кивнул.

– Как скажешь, – и уже тише добавил: – Может, и правильно. Пошли, покажу, здесь есть гостевая.

Касьян повел ее по коридору, и Янину снова накрыло воспоминанием. Всего несколько недель назад он так же вел ее по их дому. А казалось, вечность прошла…

Тогда у нее ноги подкашивались. Подкашивались и сейчас. Да что она за человек такой? На ее месте другие девушки давно бы сориентировались, не терялись.

Но она не другие, в том-то и дело.

Он шел рядом, и пространство между ними будто искрило и сжималось. Его рука случайно задела ее локоть, и по коже побежали мурашки.

Они поднялись на второй этаж.

– Вот.

Коротко и лаконично.

Янина протиснулась мимо Касьяна. Он специально так встал!

В висках застучало. Добром этот вечер не кончится.

Она шагнула вперед.

Как оказалось, зря.

Потому что он тотчас оказался рядом. За ее спиной.

Сердце Янины колотилось так громко, что ей казалось, он его слышит.

Она упрямо вздернула подбородок кверху. Пусть только попробует тронуть ее. Пусть только попробует…

Тогда почему все замерло внутри от некого предчувствия?

– Спокойной ночи, Янина, – тихо сказал он и сделал последний разделяющий их шаг.

– Не надо, – выдохнула она, разворачиваясь к нему и выставляя руку между их телами.

Касьян замер. Его лицо стало абсолютно непроницаемым, каменным. Он медленно выпрямился, отступил на шаг, его взгляд потяжелел.

У Янины пальцы на ногах подогнулись.

Уходи… Уходи же!

Она должна была сказать эти слова вслух.

Но не сказала.

Он развернулся и вышел.

Она должна была радоваться. Касьян ее не тронул! Ушел…

Тогда почему она стояла истуканом?

Она сделала прерывистый вдох, готовая рухнуть на кровать.

Но тут же дверь снова распахнулась, и огромный мужской силуэт снова заполнил дверной проем. Касьян двинулся к ней так быстро, что она не успела даже вскрикнуть.

Она отшатнулась, но его руки уже впились ей в плечи, прижимая к стене. Он наклонился, прижался лбом к ее лбу.

– Я добьюсь тебя, – надсадно выдохнул Касьян, обжигая ее лицо теплым дыханием. – Ты слышишь меня?

Его слова повисли в воздухе. Касьян не ждал ответа.

Сказал, что хотел, развернулся и повторно вышел.

Янина зажала рот рукой.

Слабачка…

Глаза предательски защипало.

Он же ей тоже нравился. Сильно…

Метель и не думала стихать. Янина честно пыталась заснуть. И ладно бы только это.

Почти в такую же снежную ночь, когда мороз достиг едва ли не максимальной отметки в их крае, за отцом пришли. И она выбежала вслед за полицейскими, умоляя его не забирать.

А потом слегла. Почти на неделю.

И сегодня все те демоны, что терзали ее в болезни, вернулись. Глупо, конечно, но Янину пробрал жуткий страх.

Она даже под одеяло с головой нырнула. Потом разозлилась на себя, откинула его и вскочила.

Она не переодевалась. Не во что было. А с Касьяном говорить про одежду для сна… Что он ей предложит? Свою футболку?

О том, чтобы надеть его футболку, не могло быть и речи.

Хотя…

От мысли, что подобное может произойти, сердце скатилось в живот.

Нет…

Она не выдержит.

Янина вышла из спальни. Дом не спал. Она задержалась на минуту, уперев руки в стену. В висках барабанило.

Она точно решила? Ей это точно надо?

Нет. Но ноги несли вперед, ее точно невидимая сила толкала.

Янина осторожно пошла по коридору, стараясь не скрипеть половицами. Точнее, паркетом.

Так же осторожно она спустилась вниз.

Касьяна она увидела в той же комнате. Он сидел у камина с початой бутылкой вина. Пил прямо из горла.

А ведь он не пьет. За время знакомства она ни разу не видела его даже за пивом. Точнее, видела, но за безалкогольным.

А тут… Горло свело неприятной судорогой.

Из-за нее все!.. Из-за нее…

А еще он почти сразу отреагировал на ее появление. Услышав ее шаги, повернул голову на звук.

Янину точно снесло невидимой волной.

– Не лучшая идея, Янин.

– Я знаю.

Они оба поняли, про что он.

Янина сделала еще несколько шагов к нему.

Он отвернулся и поднес бутылку к губам.

Она осторожно опустилась на шкуру рядом с ним, соблюдая дистанцию, достаточную, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Но достаточно близко, чтобы ощущать исходящее именно от него тепло.

Янина уставилась на огонь. Пламя плясало, поглощая поленья, и его гипнотический ритм немного успокаивал вихрь внутри.

– Не могу уснуть.

Она это ему сказала или себя оправдывала?

Касьян повернул голову к ней. Она видела боковым зрением его движения.

Чувствовала, насколько он близко…

И это пламя. Этот огонь.

Как в сказке...

А у сказок в большинстве случае счастливый конец.

– Еще не успокоилась? Что-то болит? – отреагировал Касьян.

Вот зачем он так?..

– Нет. – Для пущей убедительности она покачала головой, все еще не в силах встретиться с ним взглядом. – Просто... не люблю метель.

– Почему?

Янина замялась. Огонь давал успокоение, его тепло ласкало кожу.

– Папу в метель забрали.

Касьян не стал комментировать.

Наверное, он знал какую-то часть ее истории. Про то, что отца посадили и он умер в тюрьме – так точно.

Как Янина ни старалась, тоска о близких людях выедала душу. Еще не отболело. Да и отболит ли когда-то.

Касьян сделал еще один глоток вина, его горло двигалось медленно и размеренно.

– Тебе не предлагаю.

Она едва заметно улыбнулась.

– Не надо... я не люблю алкоголь.

Они замолчали. Треск огня и завывание ветра создавали интересный контраст.

Это молчание было странно комфортным, не таким тяжелым, как раньше.

– Расскажи о себе, – нарушил тишину Касьян. – Ты не спешишь раскрываться.

Янина, сама того не замечая, сгребла шкуру.

Вон он, удобный случай! Расскажи…

О тех флешбэках, которые не дают тебе спокойно жить.

Но Янина мысленно поставила блок. Сегодня и так было достаточно эмоций. Куда уж больше.

И это вечер еще не закончился.

– Привык, что девчонки в твоем обществе балаболят без устали? – Янина постаралась не выдать себя, даже улыбнулась.

Она видела, как вокруг него вьются девчонки. Слышала, с какой регулярной частотой его обсуждают.

А он...

Тут сердце пропустило удар.

Он ни разу при ней не проявил интереса к какой-либо другой девочке.

– Нет. – Касьян криво усмехнулся, снова делая глоток. – Я сам не особо разговорчив. Не люблю пустую болтовню.

– Я заметила.

Что-то в нем изменилось. Янина уловила эти изменения на уровне инстинктов. У нее на загривке волосы зашевелились, честное слово!

– А что ты еще заметила?

Пока она лихорадочно соображала, как увернуться от щекотливого вопроса, Касьян пошел ва-банк.

Он, точно делал это десятки раз, развернулся и лег ей на колени, запрокинув голову так, чтобы видеть ее лицо.

Пульс у Янины мгновенно разогнался до немыслимых частот.

– Эй… – протестующе прошептала она.

По ее телу прокатился жар. И огонь тут был ни при чем.

– Тс-с-с...

Он прикрыл глаза.

– Я ничего тебе не сделаю. Давай уже, Янина, рассказывай о себе.

Сердце ударило по ребрам. Адреналин скакнул до десятибалльной отметки. Это было безумием. Чистой воды.

Но мало того что она не скинула его с ног, так ее пальцы, будто живущие сами по себе, сначала осторожно опустились ему на плечо.

Какой же он... твердый. И горячий. Безумно просто.

И мускулы такие... впечатляющие.

Янина поджала губы. Она точно не спит? И она точно не попала ни в какую параллельную реальность?

Его штормило. Она знала. Его кидало из крайности в крайность. То, что между ними случилось часом ранее, – такой же выброс адреналина, как и у нее сейчас.

Он испугался за нее. Она это видела. Там, у машины…

А дальше все покатилось, понеслось.

И вот сейчас он лежал у нее на коленях. Дышал через раз. Его грудь поднималась и опускалась неравномерно. Он волновался, так получалось?

Этот вопрос был риторическим.

Она мысленно выдохнула.

И пошла дальше. Сместила руку выше. Пальцы сами скользнули в его короткие, удивительно мягкие волосы и начали их перебирать, ощущая каждую прядку.

Она глубоко вздохнула.

Треск камина успокаивал.

Присутствие Касьяна успокаивало.

– Последние три года были сложными, – начала она, голос все-таки дрогнул. – После папы все рухнуло. Мама тоже не справилась. Они сильно любили друг друга. Она старалась, я видела... Но не смогла. Я иногда думала, что их любовь как лебединая…

Она остановилась. Продолжать было тяжело.

Она почти ни с кем не разговаривала про то свое прошлое. Зачем? Те, кто был вокруг, и так все знали.

Крупное тело Касьяна напряглось.

– Ты хочешь такую же любовь?

Янина улыбнулась и еще плотнее начала всматриваться в огонь.

– Какие интересные ты вопросы задаешь.

– Какие уж есть.

Он вроде бы улыбнулся.

– Я очень благодарна твоим родителям за помощь. Меня же и в институт не хотели брать... там, у себя. Некоторые люди постарались. Мне в глаза сказали, что я вылечу. Что найдут причину.

– Суки…

– Касьян…

– Но ведь суки…

– Не ругайся.

– Ок. Продолжишь?

– Что говорить-то? Так и живу… Иногда кажется, что я все время бегу, но не могу никуда прибежать.

Она говорила, а ее пальцы продолжали нежно перебирать его волосы.

Он даже голову подставлял под ее ласки… Это она потом поймет.

– А у нас?.. Ты адаптировалась?

А это был сложный вопрос. С подковыркой.

– Да…

Она хотела добавить «благодаря тебе», но не решилась.

Они и так перегнули сегодня палку.

Во многом…

– Это хорошо.

Они замолчали. Может, и правильно.

Ей заходила тишина.

С ним…

Казалось, само время замедлило свой бег в этом теплом, оранжевом кругу света.

– Все еще страшно?

Голос Касьяна прозвучал тише обычного.

Можно было подумать, что он задремал. Когда только успел.

Ответить Янина не успела, он вкинул еще один вопрос:

– Настолько боишься метели?..

Янина пожала плечами

– Это как с темнотой. Наверное…

– Монстры, прячущиеся под кроватью?

– Угу.

– И в шкафу.

– И в шкафу.

Она ни за что в жизни не призналась бы, что сейчас, в эту секунду, с его тяжелой головой на коленях, ей не было страшно. Что его присутствие, каким бы угрожающим оно ни было, рассеивало кошмары.

Признаться в этом значило открыть дверь, в которую он тут же ринулся бы. В этом она не сомневалась.

Его рука как бы невзначай сместилась ей на колено. Может, это и на самом деле вышло интуитивно. А может, и нет. Она опустилась, припечатала свой тяжестью.

И это прикосновение жгло.

А потом Касьян начал подниматься.

Медленно, по-звериному хищно. С той самой пугающей ловкостью, от которой отчего-то тяжелел низ живота. Его начинало как-то странно сводить. Касьян поднялся, встал на колени перед ней, оказавшись так близко, что их лица теперь находились в сантиметрах друг от друга.

Его дыхание обжигало ее губы.

Янина осталась на месте. Не двигалась.

Он навис над ней. Большой. И сильный.

Подался к ней…

И снова, как тогда наверху, его губы не поцеловали ее. Он только лишь мазнул по ее лицу…

– Касьян, ты…

Ее голос сорвался, превратился в сдавленный шепот.

Его глаза горели темным, почти черным огнем.

– Что, Янина, вот что, а? – Он выдохнул это с такой интонацией, словно ему самому было невыносимо больно от напряжения, что разрывало его изнутри.

Она чувствовала, как земля уходит из-под ног. Разум кричал об опасности, сиренами визжал о том, что они подошли к какой-то окончательной, необратимой черте. Переступишь – и назад дороги не будет.

– Не знаю, – прошептала она.

И это была чистая правда. Она ничего не понимала. Ни в его внезапных перепадах, ни в своем собственном отклике на них, ни в этом странном чувстве, что крыло ее с головой. Сводило с ума. Тревожило. Било.

Касьян провел рукой по лицу.

– Если ты останешься здесь еще хотя бы на минуты, я тебя трахну.

– Ты пьян, Терлоев.

– Пьян.

Несмотря на слова, взгляд Касьяна говорил об обратном.

Наступила тяжелая пауза. Он изучал ее, его глаза скользили по ее лицу, по ее сведенным плечам.

– У тебя был парень? – выдал он через минуту.

Вопрос был настолько неожиданным, что Янина на секунду опешила.

– Что?

Касьян пошел еще дальше.

– Ты девственница?

Теперь он прищурился. Его кадык дернулся.

Возмущение накатило на Янину одной ослепляющей волной. Щеки вспыхнули багровым румянцем.

– Это не твое дело! – Она попыталась оттолкнуть его и подняться, но Касьян оказался быстрее.

Его рука молниеносно сомкнулась вокруг ее запястья, держа крепко, но не причиняя боли. Он не тянул ее на себя, не пытался даже удержать силой.

Он просто смотрел. Смотрел. Смотрел. Точно выжигая на ней невидимые следы… Или прикосновения.

Янина тоже не спешила вырывать руку. Хотя надо было бы.

Секунды растягивались в вечность. Она видела каждую черточку его лица, каждую ресницу, отбрасывающую тень на скулы, легкую щетину, темнеющую на щеках.

И потом, так же внезапно, как и схватил, Касьян разжал пальцы. Напряжение в его плечах усилилось. Но он позволил ее руке упасть.