Полный Шатдаун (ЛП)

ГЛАВА 10

КОЛЛИНЗ

Технически, я должна быть в Лас — Вегасе. На самом деле я стою перед квартирой Джека и Кендры с бутылкой Шардоне в одной руке, а другая моя рука нависает над дверью.

Ещё несколько часов назад я уговаривала себя не приходить сюда сегодня вечером. Фальшивое рандеву с Харлеем или нет, но лучшим местом для меня было сидеть на диване в одиночестве и смотреть фильмы. Я всё ещё не уверена, что это хорошая идея, как и быть рядом с Сойером Брайсом.

И всё же я здесь. Когда я натянула ботинки и помчалась в магазин за вином, которое держу в руках, я сказала себе, что это ради моих друзей и что я не подведу их.

Дверь распахивается прежде, чем я успеваю постучать, и Кендра обнимает меня.

— Боже мой, ты пришла! — она тут же отстраняется, слегка морщась. — Прости, это было слишком? Я знаю, как ты относишься к вторжению в личное пространство.

Свободной рукой я притягиваю её обратно к себе.

— Я могу сделать исключения для определенных людей.

Мы отрываемся друг от друга, и я поднимаю бутылку с вином — моя очередь морщиться.

— Я подумала, что было бы вежливо принести бутылку, но это также извинение. Я знаю, я сказала, что не приду, но...да... — я замолкаю, потому что у меня нет веского объяснения, почему я отказалась от ужина, кроме как чтобы избежать встречи с Сойером.

Кендра берет вино и отходит в сторону, пропуская меня в квартиру. Я вхожу, и она ставит бутылку на столик у двери.

— Ты ведь знаешь, что он здесь сегодня вечером, верно?

Я киваю и снимаю куртку.

— Я знаю. Но то, что мы переспали, не означает, что мы должны избегать друг друга всё оставшееся время, — выдыхаю я, и Кендра берет мою куртку, вешая её на вешалку рядом с собой. — Кроме того, я здесь ради своих друзей.

Тепло озаряет её лицо, прямо перед тем, как она поджимает губы.

— Эзра тоже здесь.

Мой взгляд устремляется к ней, и Кендра понимающе улыбается, вероятно, вспоминая, как мы общались в “Rise Up”.

— Он здесь? Я думала, что он должен быть с няней или что — то в этом роде.

Качая головой, она берет меня за руку и ведет в их столовую. Поскольку кухня и гостиная пусты, но я слышу голоса, я предполагаю, что все собрались там.

Она останавливается прямо перед закрытой дверью.

— Как бы то ни было, и я знаю, что меня там не было, я не думаю, что та ночь была ошибкой. Я видела, как вы смотрите друг на друга, — она прикусывает нижнюю губу и ухмыляется. — Или, скорее, то, как Сойер смотрит на тебя. Не отказывайся от того, что может быть чем — то хорошим, ещё до того, как у этого появится шанс.

Я приподнимаю бровь.

— Сколько ты выпила?

— Ни капли, — она тихо хихикает и открывает дверь. — Угадай, кто решил прийти.

— Коллинз! Боже мой!

Дарси вскакивает со своего стула во главе стола и направляется прямиком ко мне, обнимая меня и хихикая.

Сестра Джека — чистое солнышко — полная противоположность мне во всех отношениях. С её длинными волосами медового цвета, вкусом к яркой одежде, искрящимися голубыми глазами и экстравертной натурой мои черные джинсы и кружевной топ на бретелях кажутся ещё темнее. Она так сильно напоминает мне свою маму, Фелисити, с которой я несколько раз встречалась на играх с тех пор, как её муж Джон стал тренером “Blades”. Дарси действительно одна из добрейших душ на земле, и мне удалось понять всё это всего за несколько встреч с ней.

Думаю, её можно было бы назвать открытой книгой.

— Я не думала, что ты придешь. Джек сказал, что ты собираешься на какое — то мотоциклетное мероприятие в Вегасе.

Пока я не встретила Дарси, я всегда считала, что у Джека сильный британский акцент, но, очевидно, за годы, проведенные в штатах, он несколько утратил свою силу. Акцент Дарси — всё равно что побывать на съемочной площадке «Бриджертоны».

Она освобождает меня из тисков, и я осматриваю комнату, пока мой взгляд не останавливается на Сойере и Эзре, сидящих на противоположной стороне стола. Последнее свободное место рядом с двенадцатилетним мальчиком с глазами, похожими на блюдца. По моему телу разливается тепло, и я перевожу взгляд на Дарси.

— Не могла пропустить твоё объявление.

— Ну, хорошо, что я ещё ничего не сказала, — отвечает Дарси.

— Не могу представить, что тебе возместили стоимость билетов или дорожных расходов при таком позднем уведомлении.

Я поворачиваюсь на голос, и мой взгляд возвращается к Сойеру. Сцепив пальцы под подбородком, он пронзает меня вызывающим взглядом. Если бы я позволила своему мозгу погрузиться в это, я могла бы подумать, что он не возражает против моего появления; возможно, он даже рад этому. Что меня удивляет, так как в последний раз, когда мы разговаривали, я вела себя как паршивка.

Джек встает со своего места рядом с Арчером.

— Хорошо, садись рядом с Эзрой, я принесу еду.

— Сколько мотоциклов ты отремонтировала? — Эзра задает свой десятый вопрос за несколько минут. Он набивает огромный рот едой, запивая её диетической колой.

— Под отремонтировать ты имеешь в виду “починила” или снова вернула к жизни?

Он пожимает плечами и лезет в карман, вытаскивая мобильный.

— В Инстаграме ты в основном рассказываешь о механических неисправностях.

— Только не во время еды, — Сойер указывает на мобильник Эзры, и тот быстро убирает его в карман.

Я откусываю кусочек пастушьего пирога, который приготовил Джек — на удивление, действительно чертовски вкусный — и улыбаюсь, держа вилку.

— Значит, ты нашёл мой аккаунт в инстаграме. Думаю, это было не так уж сложно, поскольку в никнейме моё имя.

Эзра кивает, но я замечаю, как краснеет его отец, прежде чем взять стакан с водой и сделать два больших глотка.

— Если мы говорим о починке мотоциклов, то я сбилась со счета. Я зарабатываю этим на жизнь каждый день. Кроме того, мои подписчики, как правило, находят много полезного для решения своих механических проблем. Хотя я предпочитаю создавать контент о восстановлении былой славы старых мотоциклов.

— Могу я спуститься посмотреть на твой? — спрашивает Эзра.

Я качаю головой, на мгновение поднимая глаза на Сойера.

— Прости. Сегодня вечером я приехала на автобусе.

Лицо Эзры вытягивается, и что — то незнакомое сжимается у меня в груди.

— Могу я прийти посмотреть в другой раз? Может быть, у тебя дома?

— Эзра, — тут же вмешивается Сойер. — Ты не можешь вот так просто напрашиваться в гости к другим людям, — он качает головой.

— Я буду дома завтра, если тебя это устроит? — я смотрю на Эзру, приглашение слетает с моих губ прежде, чем я успеваю осознать то, что сказала.

Его возбужденные глаза широко распахиваются, и я поднимаю взгляд на Сойера.

— Если ты не против?

— Можно? Пожалуйста?! — Эзра практически умоляет своего отца, привлекая внимание остальных за столом.

Сойер делает ещё глоток воды, ставит стакан обратно и проводит ладонью по губам. Я вижу конфликт на его лице и собираюсь предложить ему выход, когда он кивает один раз.

— Хорошо.

— Потрясающе!

Эзра протягивает мне кулак, чтобы ударить по нему, и я отвечаю взаимностью. В ту секунду, когда его маленькие костяшки встречаются с моими, я обдумываю все детали и инструменты, которые могу ему показать. Я только вчера почистила и натерла воском свой мотоцикл, но, думаю, нет ничего плохого в том, чтобы сделать это ещё раз.

— Можешь считать меня нетерпеливым, но когда мы узнаем твой секрет? — объявляет Арчер с другого конца стола, выглядя немного напряженным.

— Это должна быть помолвка, — предлагает Сойер. — Или, может быть, беременность.

Дарси поднимает левую руку.

— Если бы я была помолвлена, разве это не было бы довольно очевидно? — затем её лицо морщится. — Мне двадцать три, и я заканчиваю аспирантуру; дети сейчас не рассматриваются, — он слегка хмурится, но затем возвращается к своему обычному сияющему виду.

— Выкладывай, женщина, — говорит Джек.

Она оглядывает всех нас.

— Я переезжаю в Нью — Йорк!

Одним ударом по спине Джек выталкивает застрявшую в пищеводе Арчера еду.

— С Лиамом? — спрашивает он, добавляя ещё один удар между лопаток Арчера, когда тот делает глубокий вдох и приходит в себя.

— Да, ну...мой переезд — не единственное, что изменилось, — е голос становится тише, в нем слышится нотка грусти. — Я рассталась с Лиамом.

Я не могу быть уверена, то ли для того, чтобы подавить приступ кашля, то ли просто за вторым, но Арчер тянется за пивом и залпом выпивает половину.

— Подожди, у меня так много вопросов, — Джек поднимает руку. — Ты жила с Лиамом. Где ты сейчас живешь?

Дарси пожимает плечами.

— У подруги. Мы расстались примерно две недели назад, и я съехала. Просто так не могло больше продолжаться. Может быть, мы отдалились друг от друга. Я не знаю. Думаю, последний гвоздь в крышку гроба был забит, когда мне предложили должность помощника редактора на Манхэттене. Работа начнется через несколько месяцев, и я не могла от этого отказаться. О, это, и я поймала его на измене, — небрежно добавляет она, как будто твердо решила не позволять мужчине влиять на неё.

Девушка моего типа.

Я не знаю, чье лицо покраснело больше — Джека или Арчера. Но я предполагаю, что они оба разозлились из — за того, что сделал Лиам, парень, с которым она давно встречалась.

Глаза Дарси стекленеют, и я отодвигаю стул, беря тарелку. Я плохо разбираюсь в эмоциях, потому что никогда не знаю, что сказать. Я воспринимаю перемену в атмосфере как сигнал к тому, чтобы уйти и заняться чем — нибудь полезным.

— Ладно, давай я соберу всё это, — я забираю пустую тарелку Эзры как раз в тот момент, когда Кендра берет ещё пару. — Я всё сделаю, — говорю я ей, кивком головы указывая на Дарси. — Ты останься.

Она улыбается и обходит стол, направляясь прямо к сестре Джека, пока я направляюсь на кухню, держа в руках пять тарелок и две сервировочные миски. Я подхожу к столу как раз вовремя и ставлю всё на него, отряхивая ноющие руки, прежде чем наполнить раковину, чтобы ополоснуть тарелки.

— Знаешь, тебе не обязательно было приглашать Эзру. Я мог бы сводить его на соревнования по мотоциклетному спорту.

Я оборачиваюсь и вижу Сойера, стоящего в паре футов от меня.

Он улыбается мне сверху вниз, засунув руки в карманы темно — синих брюк, выставляя напоказ сильные татуированные предплечья с закатанными до локтей рукавами белой рубашки.

— Я слышал, в Вегасе устраивают крутые мероприятия.

Я хватаюсь руками за мраморную стойку позади себя, и после недолгой паузы Сойер протягивает руку через меня и закрывает кран. Его свежий одеколон — тот же аромат, которым он пользовался в ту ночь, когда мы переспали, — обдает меня, и покалывание, которое, как я убедила себя, давно прошло, щекочет моё тело, кончиков пальцев ног.

Он глубоко выдыхает, когда его взгляд скользит по моему телу. Это достаточно незаметно, чтобы он мог убедить себя, что я ничего не заметила, но я заметила.

— Я не хотела, чтобы он был разочарован, — я не узнаю свой собственный голос; он звучит хрипло и напряженно. Я быстро прочищаю горло. — У меня выходной, и я действительно не против. Делиться своей страстью делает меня счастливой.

Сойер улыбается, после высовывая язык и проводя им по нижней губе.

— Я наконец — то нашел то, что заставляет тебя улыбаться, да?

Я борюсь с желанием сделать именно это, и он подходит немного ближе.

— Есть ли что — нибудь ещё, что делает тебя счастливой, Коллинз?

Покалывание усиливается, и я прикусываю внутреннюю сторону щеки, пытаясь подавить его.

— Личное пространство всегда побеждает.

Он запрокидывает голову и смеётся, глядя в потолок.

— Знаешь, что я думаю?

Я крепче сжимаю мрамор.

— Просвети меня.

Быстрым движением, которого я не ожидала, Сойер приподнимает мой подбородок пальцем, пристально глядя в мои зеленые глаза.

— Я думаю, что, когда ты дерзишь мне, это делает тебя счастливой.

Он не ошибается; я не могу отрицать, что парень, который умеет подшучивать, заводит меня.

— Жаль, что твои ответки дерьмовые, — отвечаю я, отводя его палец.

Он поддерживает зрительный контакт, и я готова дать себе пинка, когда мой взгляд опускается на его губы. Я многое помню о той ночи — возможно, больше, чем следовало бы для секса на одну ночь. Но чего у нас никогда не было, так это поцелуя.

Я подавляю это желание.

— Я приглашен на твой завтрашний игровой день? — спрашивает он слегка кокетливым тоном.

Я протягиваю руку в сторону и беру тряпку, готовая начать мыть посуду.

— Зависит от обстоятельств. Если разговоры о мотоциклах наскучат тебе до смерти, ты можешь просто всё бросить и найти себе какое — нибудь спортивное занятие.

Из столовой доносится смех, и Сойер освобождает меня от своего проницательного взгляда, оглядываясь через плечо.

— Думаю, я смогу выдержать твою компанию в течение часа, — он поворачивается ко мне, вызов читается на его лице. — Как насчет часа дня?

Он лезет в карман и протягивает мне свой телефон.

— Что ты хочешь, чтобы я с этим сделала? — спрашиваю я.

Он вздергивает подбородок.

— Твой адрес, потому что я так и не подвез тебя домой той ночью.

Я опускаю голову, пытаясь скрыть румянец, заливающий мои щеки.

Возьми себя в руки, Коллинз. Он всего лишь мужчина.

— О да. Ага, — быстро отвечаю я, у меня кружится голова от его близости.

Открывая новый контакт, я ввожу свой адрес и отдаю ему телефон. Сойер не забирает его. Всё, что он делает, это улыбается мне. Я хочу отвернуться и разрушить тот транс, в который он меня ввел. И не хочу. Напряжение между нами вызывает привыкание, и чем больше мы взаимодействуем, тем больше оно нарастает.

Опасен. Этот мужчина опасен для тебя, Коллинз. Особенно теперь, когда ты проводишь время с его сыном.

Испытывать чувства — это не вариант ни для кого в этом сценарии.

— Добавь свой номер телефона, — просит он. — Знаешь, на случай, если мы заблудимся и нам понадобятся указания.