Полный Шатдаун (ЛП)

ГЛАВА 24

СОЙЕР

— Я так чертовски горжусь тобой, котёнок. Я искренне не могу представить никого, кто больше заслуживал бы места в сборной США, и я знаю, что ты будешь очень хороша.

Стоя перед камином в их гостиной, Джек целует свою девушку в лоб. Здесь собрались все их друзья — я, Коллинз, Дженна и Арчер.

Дженна вскидывает кулак в воздух, готовая броситься к Кендре, но Джек поднимает руку, прося её подождать секунду.

Сидя на диване напротив, Арчер наклоняется вперед, упираясь локтями в колени, и вопросительно поднимает бровь, глядя на меня. У Коллинз, сидящей рядом с ним, такое же выражение лица, как и у Дженны.

Джек тяжело сглатывает, язык его тела тревожный. Протянув руку, он берет левую руку Кендры в свою, переплетая их пальцы, но ничего не говоря.

— Т — ты в порядке? — спрашивает Кендра, склонив голову набок и внимательно изучая его. Джек снова сглатывает.

О, чёрт. Он собирается это сделать.

Он улыбается, пытаясь справиться со своими нервами.

— Я не планировал делать это прямо сейчас, но ты меня знаешь — если у меня в голове мелькает идея, то я ничего не могу с собой поделать, — он делает паузу и глубоко вдыхает, встречаясь с ней взглядом. — Особенно когда это касается тебя.

На последнем слове он опускает правую руку в карман брюк и вытаскивает маленькую черную коробочку. Свободной рукой Кендра прикрывает рот, приглушая вздох.

— Чёрт возьми, наш мальчик Джек женится, мать его! — восклицает Арчер, и все поворачиваются в его сторону.

Он откидывается на спинку дивана, кринжуя с себя.

— По крайней мере… Я думаю, что это так.

— Временами ты действительно ведешь себя как придурок, не так ли? — Джек качает головой глядя на нашего вратаря, хотя я вижу, что его это забавляет, когда он медленно опускается на одно колено и переводит взгляд на Кендру.

— Подожди, — она останавливает его, беря под руку. — Я хочу, чтобы ты вставал передо мной на колени только из — за одного, и сейчас это не оно. Смотри мне в глаза, когда будешь спрашивать, — её голос едва слышен, и в комнате воцаряется гробовая тишина, пока мы все наблюдаем.

Джек берет их всё еще соединенные руки и подносит к коробке.

— Открой крышку, котёнок.

Я украдкой бросаю быстрый взгляд на Коллинз — она прикрывает рот ладонью, её глаза остекленели — и я вижу, как её суровость тает перед лицом чистой любви.

И это то, что есть у Джека и Кендры — любовь, о которой пишут в книгах.

Когда Джек отпускает её руку и Кендра открывает коробку, врата её эмоций распахиваются, и слёзы катятся по её щекам.

— Это рубин? — спрашивает она.

Джек достает из шкатулки кольцо из желтого золота, украшенное крупным рубином.

— Подходит Скарлетт.

Пока Джек ухмыляется, а из груди Кендры вырывается смех, я прихожу к выводу, что Скарлетт — это какая — то внутренняя шутка, о которой я не хочу знать.

— Оно у меня уже несколько месяцев, котёнок. Я был убежден, что самое подходящее время — это когда мы поедем к твоим родителям на День благодарения, но потом у меня возникло желание спросить тебя об этом сегодня вечером, в присутствии всех наших друзей и в нашем доме. К тому же, твой брат безостановочно названивал мне с тех пор, как я получил кольцо, интересуясь, не сделал ли я тебе предложение. Думаю, в глубине души я знал, что ты создана для меня, как только увидел тебя в университете. Даже если ты едва знала моё имя, — он прячет коробочку в карман и обхватывает рукой её затылок, прижимая её лоб к своему.

Когда она убирает руку, они оба сжимают кольцо между собой, и Кендра тихонько всхлипывает.

— Я всегда считала тебя сексуальным, особенно из — за твоего акцента.

Всё коротко смеются, включая Джека.

— Я ждал, когда ты поймешь, что заслуживаешь кого — то намного лучше, кто будет относиться к тебе как к королеве, которой ты являешься. И мне повезло, что этим парнем оказался я.

Джек убирает руку с затылка Кендры и приподнимает её подбородок, чтобы она посмотрела на него. Как она и хотела, они смотрят друг другу в глаза, и это самое интимное предложение, которое я когда — либо видел, только такое могут сделать родственные души.

— Выходи за меня замуж, Кендра. Давай всегда будем есть чили поздно вечером и цитировать “Друзей”, сидя на диване. Позволь мне делать для тебя йоркширский чай и сводить в одну из лучших пекарен Англии. Давай построим дом в США и, возможно, однажды поселим в нём наших детей. И даже если ты возненавидишь взбитые сливки и устанешь от ситкомов, позволь мне быть рядом с тобой, когда ты изменишь свой жизненный путь. Как сказал бы Росс, мы можем свернуть⁸ вместе.

Как только это слово слетает с губ Джека, я снова смотрю на Коллинз, и на этот раз она смотрит на меня. Из её левого глаза скатывается слеза, блестящая в мягком свете квартиры, и она быстро смахивает её.

Я никогда не видел, чтобы Коллинз плакала. Мне нужно подойти к ней, у меня руки чешутся обхватить её и прижать к себе. Но это момент Джека и Кендры, поэтому я крепко держу свою задницу на месте, не отрывая взгляда от девушки, с которой провел свою лучшую ночь.

— Да, — отвечает Кендра.

Одно — единственное слово превращает моего центрового в режим золотистого ретривера, когда его глаза расширяются, и он быстро надевает кольцо ей на палец левой руки, настолько идеально, насколько они подходят друг другу.

— Вы это слышали? — он поднимает голову к потолку. — Я женюсь на Кендре Харт и сделаю её Морган!

— Да, это так, детка! — Кендра обвивает руками шею Джека.

Он поднимает её, обхватывает её ноги вокруг своей талии и кружит по кругу.

Арчер и Дженна немедленно вскакивают на ноги, пролетая через комнату, чтобы поздравить их, а я задерживаюсь на секунду, чтобы дать им всем обняться, прежде чем присоединиться к ним.

— Я думаю, тебе нужно защитить авторское право на твою фразу про свернуть, чтобы никто другой ею не пользовался.

Я отворачиваюсь от друзей и вижу Коллинз, стоящую передо мной. Её глаза всё ещё остекленевшие, но на лице милая улыбка. Я поднимаюсь на ноги и нависаю над ней, в то время как остальные продолжают сходить с ума.

Я обхватываю левой рукой её бедро, и я улыбаюсь ей сверху вниз, наслаждаясь тем, как она расслабляется под моими прикосновениями.

— Может быть, мне и правда следует сделать это; она определенно оказывает влияние.

Искушение наклониться и поцеловать её непреодолимо, как и то, что мой член упирается в джинсы от возбуждения. Коллинз опускает глаза на выпуклость и, прикусив губу, снова смотрит на меня.

— Мы должны пойти поздравить счастливую пару, — шепчет она, её голос полон вожделения.

Я киваю один раз и собираю всю свою силу воли, чтобы ослабить сжимающую её бедро хватку и, следовательно, разрушить чары между нами. Хотя я уже прикидываю варианты и наилучшую возможность остаться с ней наедине — как можно скорее, черт возьми.

— Показывай дорогу, малышка.

— Где вы собираетесь пожениться? — спрашивает Арчер.

Он, Джек и я стоим на кухне, пока девочки сидят в гостиной, в сотый раз разглядывая кольцо Кендры.

Коллинз оживлена, на её лице написано волнение, пока она держит левую руку Кендры перед собой.

Вы не сможете убедить меня, что эта девушка не верит в любовь.

— Что ты знаешь о своём тренере? — говорит Джек, возвращая моё внимание к друзьям.

Арчер искоса смотрит на меня, и я бросаю на него непонимающий взгляд, не уверенный, какое отношение место, где они поженятся, имеет к отчиму Джека.

— Э — э–э... — Арчер чешет висок. — Думаю, немного.

Джек качает головой, улыбаясь поверх горлышка своей бутылки пива, прежде чем сделать быстрый глоток.

— Одна вещь, которую вам нужно знать о Джоне: если кто — то — и я имею в виду, кто — угодно, кого он знает, — собирается пожениться, он захочет организовать свадьбу от начала до конца.

Я снова бросаю взгляд на своего вратаря, не совсем уверенный, что правильно расслышал Джека. Либо выпитое пиво ударило ему в голову, либо у меня галлюцинации из — за того, что я почти не спал, потому что я всю ночь занимался сексом с Коллинз.

Я протягиваю руку и забираю бутылку из рук Джека, ставя её на стойку рядом с собой.

— Тебе хватит алкоголя; завтра у нас начнётся семидневная выездная серия, и я хочу, чтобы мой центровой был в хорошей форме в матче против Далласа.

Джек хмурится и забирает бутылку обратно.

— Я серьезно. Этот парень помешан на свадьбах. Я даже не сказал маме и Дарси, что собираюсь сделать Кендре предложение, из страха, что Джон заявится ко мне с пятью свадебными планерами и гребаным шестиярусным тортом. Единственный человек, который знает, — это Олли, брат Кендры.

— О, Дарси будет в ярости, когда узнает, что ты не сказал ей заранее, — вмешивается Арчер, дьявольская улыбка появляется на его губах. — В этом твоя сестра немного похожа на меня.

На этот раз Джек ставит свою бутылку позади себя, приподнимает бровь и поворачивается к Арчеру.

— И что это значит, Мур?

При упоминании фамилии Арчера мой вратарь улыбается ещ шире, ему нравится, как легко подначивать Джека насчет Дарси.

Он пожимает плечами и, скрестив ноги, прислоняется спиной к холодильнику.

— Я просто говорю, что у нас много общего, вот и всё. Когда она рядом, я могу сказать, что она хочет поговорить со мной; мы чувствуем друг друга.

Вдувая воздух в щеки, я не в силах сдержать взрыв смеха, наклоняюсь и отпускаю его.

— Прости, — я поднимаю руку. — Дайте мне секунду, — я указываю на Арчера. — Он просто говорит, что они ладят. Серьезно, весь этот разговор чертовски неловкий, — я снова смеюсь.

Когда я выпрямляюсь, две пары глаз впиваются в меня. В первой паре — глазах Джека — нет ничего, кроме презрения. Вторая — Арчера — искрится весельем.

Примерно через секунду Джек складывает руки на груди, его внимание на мгновение переключается через моё плечо на девочек, которые продолжают разговаривать в другой комнате.

— Давай поговорим обо всём открыто, ладно? Тем более, что Дарси теперь свободна...

— Подожди, она больше не с Лиамом? — Арчер прерывает Джека.

— Ты и сам чертовски хорошо это знаешь, — отвечает Джек, закатывая глаза. — Как я уже говорил, — он пронзает Арчера суровым взглядом. — Очевидно, что ты неравнодушен к моей сестре. Итак, вот твой шанс признать это, не прячась за шутками.

Джек замолкает, ожидая ответа Арчера.

Проводя рукой по рту, Арчер быстро понимает, что его лучший друг сейчас серьёзен. Он втягивает голову в плечи и глубоко вздыхает.

— Я признаю, что она красивая.

— И? — добавляет Джек.

— И...ничего, — заканчивает Арчер. — Она красивая, и с ней весело, но я не тот тип парня, который бы ей подошел. Ей нравятся серьезные парни, которые хотят долгосрочных отношений. К тому же, я думаю, тренер зажал бы мои яйца в тиски, если бы я засунул свой член в его падчерицу.

Я не уверен точно, но на девяносто девять процентов точно, что Джека вот — вот вырвет на пол в его кухне.

— У меня… У меня буквально нет слов для тебя прямо сейчас, — говорю я Арчеру, оглядываясь через плечо и ловя взглядом Коллинз, когда она исчезает в коридоре, без сомнения направляясь в ванную.

— Да, у меня тоже. Кроме того, я действительно сожалею, что завел весь этот разговор, — соглашается Джек. — Хотя я скажу вот что: ты ошибаешься, говоря, что Джон зажал бы твои яйца в тиски.

Арчер выглядит слегка обнадеженным, хотя я не могу сказать, что разделяю его оптимизм. Джек наклоняется ближе к Арчеру. В выражении его лица есть оттенок игривости, но его серьезность ни с чем не спутаешь.

— Я сделаю это вместе с ним.

Плечи Арчера трясутся, беззвучный смех сотрясает его. Этого парня никто не запугает, но, несмотря на то, что я знаю, каким безрассудным он может быть, я могу сказать, что он четко и ясно понимает: не трогай Дарси Томпсон.

— Итак, ты хочешь сказать, что вы оба хотите потрогать мои яйца.

— Ради всего святого, — растягивает слова Джек. — Нет, я не хочу трогать твои волосатые яйца. Однако я хочу, чтобы ты держался подальше от Дарси, потому что её сердце было разбито, и ей не нужно, чтобы какой — то придурок морочил ей голову из — за одноразового секса.