Напряжение столь невыносимо, что я не выдерживаю, отпихивая от себя фон Крафта со всем возможным усилием на которое в принципе способна. Потому, что я или сбегу сейчас или предам все свои идеалы. Другого не дано.
Вынырнув из расставленного капкана, я быстро обхожу его, становясь с другой стороны, и вызывающе складываю руки на животе.
– Ну, так и?
Эрик разворачивается, непринужденно прислонясь одним плечом к месту, рядом с которым я только что стояла, и довольно хмыкает. Похоже, моя реакция не просто веселит этого наглеца, он словно на что-то такое и рассчитывал.
– Когда вы попросите меня о поцелуе, это будет считаться моей безоговорочной победой.
– А если все же не попрошу?
– Значит, победите вы…
– Ну и зачем мне это ваше дурацкое пари?
– Затем, что победителям всегда полагается награда, – говорит он, улыбаясь одними уголками губ.
– И какая же?
– Желание… Не маленькие прихоти, о которых мы говорили до этого. А вполне основательное и существенное желание.
– Желание какого рода?
– Любого рода, – пожимает плечами он. – Не могу сказать точнее, я пока не знаю, чего могу пожелать.
О боже, разыгравшаяся фантазия не позволяет мне думать ни о чем, кроме единственного желания, которое крутится сейчас у меня в голове. Но все-таки, не думаю, что аристократ подобного класса может попросить нечто столь низменное. Правда ведь?
– И вы тоже сможете попросить что угодно. Все, что будет в моих силах, разумеется, – поясняет Эрик, добавляя. – Подумайте, член семьи фон Крафтов может предложить вам весьма немало полезного…
– Что ж, хорошо, – говорю я стойко. – Все равно ваша победа возможна только в ваших наивных фантазиях. Так что по рукам.
– Прекрасно, – подытоживает он, хищно улыбаясь и снова протягивая мне ладонь. – Я думаю, нам хватит двух недель?
Наглый дракон уже словно празднует свою победу. Но фиг тебе, красавчик, в этом споре тебе не выиграть. Я умею сдерживаться. А нежничать с фон Крафтом у меня, итак, в планы никак не входило.
Я неуверенно касаюсь пальцами его руки. В прошлый раз наше рукопожатие закончилось слишком возбуждающе. Однако, на сей раз мужчина деловито жмет мне ладонь, не собираясь делать ничего неподобающего.
– Что ж, – говорит он, проходя мимо меня. – С этим разобрались. А теперь, во-первых, верните мне жемчужину, пока никто не узнал, что она у вас, а во-вторых, я хочу, чтобы вы подробно рассказали мне то, как именно оказались в семейном хранилище. Вы по-прежнему находитесь под подозрением, причём по вполне обоснованным причинам, – он кивает на маленький камень, прикарманенный Адель Энгрин и теперь болтающийся у меня на шее. – Но все-таки кто-то же отправил вас туда в тот вечер…
– Вы видели, кто отправил меня туда, – отвечаю, протягивая ему украшение. – Та самая женщина, что рассказала об этом вашей матери и брату. Она стояла там наверху со всеми, когда мы вышли из хранилища. У нее была какая-то мудреная фамилия. Креп де Кэл… Кел де Лел…
– Крон де Фелл? – переспрашивает Эрик и изумленно добавляет, видя мой кивок. – Бетти?! Быть не может!
Не знаю в чем дело, но это прозвучало таким тоном, что во мне пробежал холодок ревности. Отчего мне кажется, что он хорошо знает эту девушку? И под «хорошо» я имею в виду вовсе не то, что они вели светские разговоры на каком-нибудь очередном приеме.
– И почему же? – интересуюсь я холодно.
– Ну… она, конечно, женщина вспыльчивая и своенравная, – отвечает фон Крафт задумчиво, по его виду очевидно, что в голове у него крутится миллион мыслей. – Но все-таки опуститься до такого… На нее это непохоже.
– И тем не менее…
Он молчит, продолжая мысленный штурм, а мне с каждой секундой все неприятнее мысль о том, что эта самая Бетти собиралась расправиться со мной, потому что хотела вернуть себе бывшего любовника.
– Что ж… – наконец оживает Эрик. – Думаю, стоит узнать обо всем непосредственно от нее самой.
– Пошлете почтового голубя? – фыркаю я.
– Что? – искренне удивляется мужчина.
– Не берите в голову, – отмахиваюсь, про себя думая о том, что в Акрэйне, конечно же, придумано нечто более извращенное, чтобы отправлять почту. – И каким же образом?
– Впереди королевский турнир. На нем соберется вся знать. Лучшего места и времени, чтобы выяснить детали этого странного дела и не представить. Вообще-то в этом году я не собирался участвовать, но, похоже, придется поменять планы…
– Что еще за турнир?
– Ох, – качает головой фон Крафт. – Вы же совершенно ничего не знаете о самом важном событии страны! Кошмар. И как же вы будете исполнять ваши обязанности моей дамы?
– А какие обязанности у вашей дамы?
Эрик закатывает глаза.
– Великий ящер! – говорит он с показным придыханием. – Задача снять с вас все обвинения и оставить в качестве моей невесты становится все труднее. Я начинаю думать, что, возможно, поспешил со своим решением…
– Сдадите меня? – спрашиваю я, прищуриваясь.
Тот коварно улыбается и отвечает.
– Признаюсь, эта перспектива становится все заманчивее. Но, на ваше счастье, я люблю трудности. Однако…
– Однако? – повторяю я нетерпеливо.
– Однако, цена моих усилий явно возрастает. А значит и вознаграждение должно возрасти.
– Какое еще вознаграждение?! Мы ни о чем таком не договаривались!
– Успокойтесь, я всего лишь о своем желании за свою победу.
– Боже, да пожалуйста! – фыркаю. – Можете придумывать, что пожелаете. Победы вам все равно не видать.
– Поглядим… – таинственно улыбается Эрик, снова вызывая во мне странную дрожь.