Я нахожусь уже недалеко от того самого места, что выплюнуло меня из реальности в это странное сосредоточие фантастичного бреда с примесью «Гордости и предубеждения», но тут на глаза мне попадается тихий пруд. Все-таки до жути интересно как я выгляжу, как что я ненадолго меняю курс. Благо повсюду расположены фонари, и даже тут, в отдалении, достаточно светло.
Склонившись над водой, заинтересованно смотрю на спокойную гладь. Что ж, то, что вижу очень похоже на меня. Те же черты, разве что, чуть более сглаженные, или, может быть, прическа создает такой эффект? Или то, что волосы несколько темнее, чем мои? Но нет – не могу отделаться от мысли, что на меня смотрит другой человек. Не я… Это жутковато. Как в фильмах ужасов, где зеркальный двойник начинает жить другой жизнью. И отчего-то я неосознанно шлепаю по воде, желая убрать отражение.
Ладно, нет времени об этом рассуждать. Да и бессмысленно, я ведь все равно собираюсь домой. Так что я снова кидаюсь к злосчастным кустам. Пробираясь между колючими ветками и чертыхаясь на весь сад, я злобно думаю о том, что неплохо было бы приземлиться где-то в более легкой доступности. Но это так похоже на меня, и на мою извечную несуразность, что даже не удивляет…
Оказавшись внутри, я принимаюсь выискивать что-то… только вот что именно – и сама не знаю. Но как бы я не старалась, тут ничего нет, кроме травы и листьев. Обычный кустарник на обычном газоне. И дурочка внутри, слепо шарящая по земле в поисках прохода между мирами… Вызывайте скорую, похоже у вас новый клиент…
Однако, в груди отчего-то странно жжет. Не понимаю почему, но там словно разгорается что-то невнятное. Что-то незнакомое. Что-то не мое… А затем, внезапно, я будто вижу образ и слышу тихий голос… Спутанное видение, далекое, как эхо.
«Если бы я только могла оказаться там, где эта связь никак не влияла бы на меня! Я бы с удовольствием отдала ее кому-то другому!»
В глазах темнеет, и я неосознанно хватаюсь за виски, закрывая лицо руками. И тут слышу уже гораздо отчетливее мужской голос, насмехающийся и одновременно недовольный. Что сразу же развевает все призрачные отголоски, возвращая меня в реальность.
– У вас все-таки какие-то нездоровые отношения с растительностью!
Эрик фон Крафт! Какого дьявола тебя снова занесло сюда?!
Понимая, что я окончательно потеряла связь с зацепкой, которую так искала, я принимаюсь выкарабкиваться обратно, про себя обзывая жениха последними словами.
– Леди Энгрин, – говорит он, протягивая мне руку, когда моя голова показывается из кустов. – Я хочу, чтобы вы уяснили себе, что статус моей невесты накладывает на вас некие обязательства…
И не обращая внимания на мою гримасу, продолжает.
– А именно было бы весьма желательно, чтобы вы все-таки вели себя привычным образом, принятым в обществе, а не лазали по зеленым насаждениям, словно полоумный енот.
– Я не лазаю по зеленым насаждениям! – возмущаюсь я, поправляя сбившееся в кучу платье.
– Правда? – вздергивает бровь молодой фон Крафт. – А как же тогда это называется?
– Я… я… – во мне сейчас крутится много слов, и большинство, если честно, нецензурные, но нормального объяснения происходящему среди них нет.
– Сначала вы странно разглядываете себя у пруда, затем снова забираетесь в кусты…
– Вы что – следили за мной?! – возмущенно восклицаю я.
– Мне приходится это делать, раз уж вы ведете себя как настоящая ненормальная.
– Ну так пойдите и найдите себе нормальную, которая согласится на ваш идиотский план! – не выдерживаю я, гневно глядя ему прямо в его бесстыдно красивые глаза.
Он пристально смотрит на меня, не отрывая взора. Его недовольство очевидно, он глубоко дышит, словно сдерживает закипающую внутри злость. Его неприкрытая мужественность и очевидная сила незримо давит. Я пытаюсь выдержать это, не склоняясь перед очевидным доминированием, но это дается нелегко. Ему ничего не стоит схватить меня и раздавить, как букашку. И сквозь напускную галантность легко просматривается стальная воля и внутренняя мощь.
Растерянная и смятенная, я не нахожу ничего лучше, как бросится наутек, но он проворно хватает мою руку, притягивая обратно к себе.
– Не играйте со мной, леди Энгрин, – говорит он, медленно растягивая слова, и в его тоне сквозит неприкрытая угроза. – Мы заключили с вами сделку, и я настоятельно требую, чтобы вы выполнили ее, не ввязываясь ни во что предосудительное.
– Ладно, ладно, я поняла… – побеждено увожу взгляд, но он властно хватает меня за подбородок.
– Обещайте мне, – говорит Эрик, глядя прямо в глаза.
– Обещаю, – сдавленно отвечаю, понимая, что еще секунда этой непонятной и пугающей близости и я окончательно потеряю всю уверенность.
– Отлично, – говорит мужчина, даруя свободу, и я тут же отстраняюсь, пытаясь вернуть себе хоть капельку самообладания.
Его лицо по-прежнему непроницаемо, и все-таки сквозь ледяную маску проскальзывает что-то странное.
– Я провожу вас в дом, – говорит он спокойно, и все-таки безапелляционно. – Чтобы у вас больше не возникло никаких желаний по сбору гербария.
Я закатываю глаза и поджимаю губы, но все-таки соглашаюсь, принимая его локоть. Ну и угораздило же меня вляпаться в подобную авантюру!
Усаживая меня на прежнее место, Эрик снова напоминает о том, чтобы я вела себя как полагается и вновь удаляется. Вероятно оттого, что моя компания уже начинает его порядком раздражать.
Что ж, у меня и у самой больше нет никакого желания ввязываться во чтобы то ни было. Я собираюсь просидеть тут до конца вечера, раздумывая над тем, что произошло в кустах. Как бы странно это ни звучало…
Еще бы не так зверски хотелось в туалет…
Начинаю неосознанно оглядываться, хотя что я ищу? Таблички «м» и «ж»? На счастье мимо проходит миловидная девушка.
– Простите! – окликаю ее я, и она тут же охотно поворачивается ко мне. – Простите, а вы не подскажете, где здесь дамская комната?
Лицо девушки непроницаемо. Что она думает обо мне? Что я обратилась к ней, не будучи представленной? Что спросила о том, о чем нельзя спрашивать? Господи, раньше было столько правил и условностей, какое-нибудь да нарушишь! А ведь я обещала вести себя как полагается.
– Я отведу вас, – наконец говорит собеседница, вызывая во мне вздох облегчения, и мы направляемся куда-то прочь из зала.
Проводница молчит, не знаю, оттого ли что по-прежнему считает меня странной, или потому что в подобной ситуации говорить не следует, но я не пытаюсь нарушить тишину, чтобы снова не дать маху. Поворот, поворот, вниз по ступеням, снова поворот… Не далековато ли находится место первой необходимости?!
Наконец, она указывает мне на дверь, и я, на ходу благодаря ее, захожу внутрь.
Странно, тут темно и сыро. Не знаю, как должны выглядеть уборные в таких домах и временах, но что-то мне подсказывает, что не так…
И тут я слышу за спиной странный звук. Дергаю ручку, хотя этого и не требуется, итак, понятно, что дверь заперли снаружи. Она меня заперла. Но – зачем? И ответ приходит тут же.
– Он не для тебя, милочка… – слышу я злобное шипение вперемежку с хохотом. – Хорошего вечера!