Пряничная авантюра попаданки

Глава 25 Будни и быт

Эленита

Мысли о ревизоре, который отчего-то меня раздражал даже тогда, когда отсутствовал в замке Виденбург и находился далеко от нас по дороге в столицу, довольно скоро оставили меня. Все последующие дни я вместе со слугами занималась бытовыми вопросами. Пока не вникла в них, даже понятия не имела, что их так много и им нет конца и края…

Утро началось с непривычного для меня обхода владений. В первую очередь мы прошлись по кладовкам, чтобы поскрести по сусекам. Ключи на поясе Марии звякали от каждого ее движения. Экономка открывала двери и озвучивала, что хранилось за той или иной дверью. Затем мы методично проверяла запасы: мешки с мукой и крупами, сушеные травы и коренья, мясо и масло, соленья. Все было учтено, все на своих местах, все совпадало с записями миссис Шортс и Марии. Но запасы таяли буквально на глазах. Меня не радовали итоги. К тому же теперь в замке проживало куда больше людей, чем было ранее. Пришлось отправить клич лесничим и охотникам, чтобы решить этот вопрос. Что радовало, так это то, что леди Иствуд была рядом, всячески поддерживая меня. Без необходимости бабушка не лезла с советами, давая мне возможность разобраться с самой.

— Замок твой по праву, как и прилегающие к нему земли, дорогая, — говорила она каждый раз, когда хотела поддержать меня. — Тебе потом и управлять ими. Когда, как не сейчас, учиться? Я могу тебе лишь помогать и иногда указывать на ошибки. Но от оплошностей никто не застрахован. К тому же, лишь они могут тебя научить понимать, к чему они приводят, а также чтобы в дальнейшем не совершать их. Учат принимать взвешенные решения, а не идти на поводу у эмоций. Не старайся сделать все сразу. Лучше идти маленькими шагами и не упасть, чем нестись сломя голову и угодить в неприятности.

Следующей точкой проверки стали амбары. Солнце уже клонилось к закату, и его лучи словно не решались заглянуть под тяжелые дубовые двери. Здесь царили полумрак и холод. Мария откинула засов и шагнула внутрь. Воздух был густым от пыли и затхлости. То, что я увидела, заставило меня сжать зубы. Зерна было так мало, что казалось, его не хватит даже засеять одно поле. Но хуже всего были мыши. Они обнаглели настолько, что даже не попрятались по темным закуткам, перебегая от одного угла в другой при нас же.

— Чтоб вас… — выругалась Мария, вызывая улыбку на моем лице.

Хоть они и наносили урон, но тоже хотели жить. Не зря Бог создал каждой твари по паре.

— Сегодня же велю Юджину расставить новые капканы, — в голосе экономки сквозила злость.

— Зерно пересыпьте в бочки и поднимите наверх. Так они не смогут добраться. Передай Тирону, пусть из деревни приведет кота или кошку. И детям в замке веселее будет, — отдала я распоряжение. — Также все здесь привести в порядок. Проветрить хорошо, все вымести. Иначе и этого лишимся.

День завершился, не успев и начаться. Казалось, что ничего не успели сделать. Всего-то прошлись по кладовкам и амбару. На большее ни сил, ни времени не осталось. Вот только на сегодня день так и не завершился, пусть даже луна глядела на нас выразительно и намекала на сон. Пусть я в математике и была не сильна, но нужно было рассчитать и распределить те монеты, которые уже у нас имелись. Надо было платить и слугам.

После ужина я вернулась в кабинет и села за расчеты. Бабушка попыталась мне помочь, но вскоре и она сдалась и ушла спать, оставив меня одну. Я задержалась, но так и не смогла решить, сколько и на что выделить. Несколько раз перекладывала монеты из одной кучи в другую, но каждый раз решение казалось несколько неверным. Оставив задачу с деньгами на утро, тоже отправилась спать. Но и в другой, как и в последующие дни, я так и не смогла выделить сумму. Нашлись более важные дела…

Но все по порядку.

На другой день я в сопровождении Юджина и Марии выехала в лесную сторожку. Возле бревенчатой избушки меня уже ждали. Дым от трубы тянулся вверх. Суровые на вид мужчины, коренастые, с луками за спиной и ножами на поясах, развернулись в мою сторону, как только я слезла с саней. У их ног уже лежала туша оленя.

— Доброго дня, — поприветствовала я мужчин. — Какова добыча у вас сегодня?

Один из егерей выступил вперед.

— Леди Виденбург, с вашими молитвами, пока не голодаем, — ответил мне, кажется, Готфрид. — Олени и кабаны идут хорошо.

Я подошла к туше, стараясь не показывать своего страха.

— А сколько уже запасено в замковых погребах?

На этот раз ответила Мария, выступив вперед и заглядывая в свои записи.

— Бочонков с солониной хватит на месяц, свежего же мяса не более чем на две недели. Это учитывая добычу сегодня.

Я не успела ответить, как и обдумать все. Разговор был прерван внезапным шумом в кустах. Все насторожились, руки мужчин сами потянулись к оружию. Меня задвинули назад. Но из-за деревьев выскочил запыхавшийся Тирон, по колено уходя в снег.

— Леди Виденбург! — закричал он, завидев меня и едва переводя дух. — Там, на мельнице, — у сына мельника не сразу получилось договорить. — Вам надо увидеть это самой.

Быстро обсудив не только сколько еще мяса надо доставить в замок, но и заготовку дров, я помчалась на мельницу. Неужели опять поломка? Какая уже по счету? И стоило ли продолжать ее чинить, тратя на нее время? Не лучше ли заняться чем-то другим? Но чем?

С такими мыслями мы доехали до мельницы. Меня удивило присутствие нескольких обозов. Неужели народ начал подтягиваться? Я не сразу поняла, радоваться мне или воспринимать как данность. Если мельница снова сломалась, то сколько продлится ожидание этих людей? И как скоро подорвется их доверие к нам?

Но Тирон упорно тянул меня внутрь, не дав даже пару слов сказать. Пришлось поспешить за ним. Внутри мельницы, как ни странно, народу почти не было. Только Лукас, который отвечал за работу мельницы, да Платон, староста деревни. Тирон был у них заместо подручного. Видимо, мальчик пригодился как нельзя кстати, раз взрослые мужчины решились отправить его одного в лес за мной.

— Леди, — кинулись мужчины ко мне, словно их ожидание длилось долгие годы.

— Что случилось, Платон? — обратилась я к старосте, как к старшему и отвечающему за жителей деревни.

Вместо ответа мужчина повел меня к одному из дверей, за которой находились пустые клети для зерна и муки. И открыл ее, но первой меня не пропустил, сам прошел.

— Вот, любуйтесь, — указал он на что-то.

Точнее, кого-то.

Я с некоторым удивлением и непониманием смотрела на незнакомого мне мужчину. Неопрятного, в грязной одежде, почти в лохмотьях, с длинными волосами и бородой, в которой застряли соломинки. Он волком смотрел не только на меня, но и на мужчин в комнате. Не став долго разглядывать мужчину, который был крепко связан, еще и привязан за крючок в стене, я перевела взгляд на этот раз на Лукаса. Он назначал охранника на ночь, он приходил на мельницу рано с утра, он и уходил самым последним. И я хотела объяснений.

— Вот, госпожа, любуйтесь, — указал Лукас на незнакомца, словно в комнате было несколько “виновников” того, из-за чего или кого меня срочно вызвали на мельницу. — Он хотел сломать шестеренки. Проскочил, ирод, внутрь в тот момент, когда я отпускал Бриза с ночного дежурства. Хорошо еще, что я решил сам все проверить еще раз перед тем, как запустить мельницу. А тут он, свисает и что-то проливает в механизм. Я и оттащил его, оглушил, а затем связал. Тут из соседних деревень начали подтягиваться. Не отказывать же им. Хорошо еще, что этот гад не успел ничего нам поломать. Ну я и закрыл его здесь, прежде привязав, чтобы не смог убежать, сам начал зерно молоть. Дождался Тирона и отправил его обратно. В замок, чтобы вас предупредить. Долго же вас не было, леди Эленита. Теперь вы здесь и сами решайте, что с ним делать, — сказано это было таким тоном, словно мужчина не давал покоя Лукасу несколько дней подряд.

— Я ездила в лесную сторожку, чтобы договариваться о дичи, — ответила я, снимая перчатки. Видимо, мне придется здесь задержаться. Не перед крестьянами же выводить этого. Не хотелось бы, чтобы разбежались. Нам сейчас нужна каждая монета. — Благодарю, Лукас, за работу и верную службу. Возвращайся за работу, мы пока поговорим. Платон присмотрит, — видя, что мужчина сомневается, оставлять ли меня наедине с мужчиной, что злонамеренно вредил нам, я сослалась на старосту. — Если что и Тирон не останется в стороне, — улыбнулась я своему рыцарю. Мальчик аж выпятил грудь вперед.

— Как тебя зовут? — посмотрела я на мужчину, когда за Лукасом закрылась дверь. — И кто тебе приказал сломать мельницу или заплатил?

Но вредитель молчал, отводя глаза. Руки у него оставались связанными, потому я не побоялась приблизиться к нему и наклониться.

— Кем бы ты ни оказался, но послушай меня внимательно, — мой голос звучал уверенно и твердо. — Я бы могла тебя казнить. Запросто. Ведь хозяйка этих земель я и кого наказать или лишить жизни, тоже решаю я, графиня Виденбург. Но знаешь как я поступлю? — во мне проснулась злость. — Могу оставить тебя в этой комнате и забыть. Знаешь как холодно бывает по ночам? На Новогодье обещали морозы, — мечтательно произнесла я. — Хотя нет. Это недостаточное наказание для того, как ты. Ну и что, что камень будет медленно и мучительно забирать твое тепло. Я придумала еще лучше. Я продержу тебя в подвале замка пару дней, пока к нам не приедет ревизор из столицы. Поговаривают, в земли Виденбургшира с проверкой направляется сам Теодор Уиклоу Фарлин — незаконнорожденный сын короля.

Я сумела добиться результата. Мужчина вздрогнул и задергался. Значит, я нашла у него ту самую больную точку.

— Так и поступлю, — выпрямилась я и развернулась в двери. — Я же леди, мне не стоит пачкать свои руки, разбираясь с такими преступниками как ты. Мне стоит интересоваться нарядами и предстоящими балами в столице. А с такими злодеями и преступниками пусть занимаются специально обученные для этого люди, — проговорила я и шагнула к двери.

— Постойте, госпожа! — остановил меня преступник. — Я все вам расскажу, только обещайте, что не отдадите меня в руки лорда Фарлина.

— Все зависит от того, что именно ты нам расскажешь, — улыбнулась я мужчине. — Ведь я могу и сама замучить тебя до смерти, — и на моих ладонях появились маленькие вихри, которые быстро увеличивались. — Знаешь, какого это, когда тебя лишают воздуха и не дают возможности вдохнуть полной грудью?

Мужчина весь побелел. Я же с трудом уняла магию, которая требовала свободы, и взглянула в глаза злодею.

— Как тебя зовут? И кто заплатил тебе? — теперь я была сама серьезность.

— Рой меня зовут, — начал говорить мужчина. — Из дальней деревни графства я. Денег нет, семья голодает. Я брался за любую работу, чтобы прокормить детей. Так и оказался в Березовке. И встретил баронета Генри Чадли. Точнее, он сам сделал мне весьма заманчивое предложение.

Где-то я уже слышала это имя…