Развод. Вторая весна генерала

Глава 10

Алёна

Слова сына меня вводят в ступор. Думаю об этом остаток дня.

Как ни с чем?

Ну, допустим, квартиру эту он покупал сам, да, ну, то есть не покупал, ему на откуп дали, как мэру.

Хорошо, я не претендую.

Но бизнес? Магазины? Это мое детище!

И я как минимум должна при разводе получить половину! Это справедливо.

Придумываю речь в ожидании мужа, который, естественно, домой не торопится.

Зато торопится его маман.

Кривлюсь, прежде чем открыть дверь, в которую она настойчиво звонит. Светлана Борисовна прикатила на такси, я в окно видела, прошествовала гордо, твердо чеканя шаг, до входа, как генерал, направляющийся к нам с важной миссией, и чувствую, она не уйдет, пока не добьется своего.

Мне смешно – свекровь кажется более генералом мне сейчас, чем настоящий генерал – мой Фролов. То есть не мой, конечно.

– Здравствуйте, Светлана Борисовна… А вы…

Не успеваю начать разговор, как она движется на меня с упорством ледокола. Торпеда, блин.

– Я по делу, Алёна, – выдает, задирая голову, водит по мне взглядом снизу вверх, будто ищет поломку в идеальном механизме.

– Я вас слушаю… Может, пройдете? Чай будете? – проявляю нужную вежливость.

Однажды вот так вот не пригласила с ходу на чай, она мне это год вспоминала, мол, она тут для меня нежеланная гостья и я ей не рада.

Я и не рада. Но хрен она придерется!

– Некогда мне чаи распивать. Алёна, мне с тобой поговорить надо. Я вокруг да около ходить не буду. Ты зачем нас позоришь?

– Позорю? – поднимаю бровь.

Естественно, именно этого я и ждала! Что она еще может сказать?

– Да, позоришь! – она передергивает плечами. – Ты в своем уме? Что за встречи с генералами? Ты вообще понимаешь, что ты творишь? У моего сына политическая карьера, а ты… Ты решила всё испортить? Ну, не любишь ты его, так зачем держишь рядом с собой?

– Я держу? – Вот тут от возмущения у меня глаза на лоб лезут, и я не выдерживаю: – Да я бы с радостью ушла!

– Так уходи, в чем вопрос?

Меня морозит.

Слышать такое от свекрови… Вот же гадина!

Да, она всегда была женщина прямая, властная, жесткая, ни одного доброго слова я от нее не слышала, да и не ждала, если честно, но чтобы вот так… Сглатываю горечь. Некогда переживать. Надо дать ей достойный отпор.

– Я бы ушла, это ваш сынок меня не отпускает, – говорю спокойно, твердым голосом, в ответ на это она хмыкает и глаза закатывает.

– Не отпускает? Что за ерунда, Алёна? Ему зачем жена, которая хвостом крутит? Ты, девочка, заигралась! Смотри, вылетишь отсюда как пробка!

Внезапно я чувствую такую свободу! Господи, да я ведь, по сути, уже в шаге от развода! Еще чуть-чуть, и вот эта мадам мне будет никто! И не надо будет политесы с ней разводить! Да, что там, уже и сейчас не надо!

И я ей покажу, кто отсюда вылетит и как!

Прищуриваюсь, руки в бока упираю.

– А вы мне, Светлана Борисовна, не угрожайте. Вы сюда когда летели, не думали прежде с сыном поговорить? Узнать, что он думает по этому поводу? И очень жаль! Потому что карьера его, как вы говорите, политическая, в моих руках! Думаете, побежит народ голосовать за мэра, который жене изменяет и выгнал ее из дома? Как бы не так!

Смотрю, как свекровь в лице меняется, белеет на глазах, ноздри раздувает.

– А вот теперь… Слушайте! На развод я сама подам. Измены его терпеть больше не намерена. Но разведусь я на своих условиях.

– Условиях? Да? Это даже интересно, – приподнимает она бровь, глядя на меня по-новому, в ее глазах мелькает злость вместе с нездоровым интересом. – Просветишь?

– Естественно, – киваю, – поделим жилье, бизнес. Всё, как полагается по закону. Пополам.

– Пополам?! А не много ли ты хочешь? Неблагодарная! Он тебя с чужим приплодом взял, а ты… Да ты… Да кто ты такая вообще? Да ты хоть знаешь, что мы с тобой можем сделать?

– Вы мне решили угрожать, Светлана Борисовна, я правильно понимаю? – цежу слова, глядя на женщину, которая давно перестала прикидываться вежливой и отбросила все привычные церемонии, да еще и на самое больное надавила. – Уверены, что стоит это делать? Я же вам объяснила – я могу устроить так, что политическая карьера Стаса по одному месту пойдет. Не то чтобы я об этом мечтала, но если так дальше будет, то …

Щелчок входной двери прерывает мою речь, я замолкаю, глядя, как открывается дверь, Стас входит в квартиру, и его лицо вытягивается.

– Мама? Что ты тут…

– Сынок, я пришла узнать, что тут у вас происходит.

Стас кидает на меня нервный взгляд, берет маму под локоть.

– Мам, мы сами тут разберемся.

– Сами? А ты в курсе, что твоя жена мне угрожает?

– Алёна?

– Я никому не угрожаю. Я просто отвечаю на обвинения твоей матери, – произношу холодно, вынужденная держать двойную оборону, потому что и Стас смотрит на меня враждебно, стоит с матерью напротив меня с ненавистью в глазах.

– Я? Я разве обвиняла? Это ты грозилась разрушить карьеру моего сына! Стас, ты бы слышал, что она тут говорила! – возмущается Светлана Борисовна, заставляя меня снова защищаться.

– Стас, объясни своей матери, что я как раз сейчас пытаюсь твою долбаную карьеру сохранить! И это ты не даешь мне развод из-за выборов.

– Мама, правда, зачем ты пришла? Я тебя просил? – нервно цедит муж.

Свекровь машет руками.

– Но я уже по городу не могу пройти спокойно из-за слухов о том, что она крутит шашни с генералом! Сын, так нельзя!

– Но я же как-то ходила, когда ваш сын спал с другими?

– Алёна! – Стас сопит, как потревоженный еж.

– Это другое… – мямлит свекровь, но он осаживает ее взглядом так, что она тут же затыкается, и я чувствую, что в этом раунде одержала победу.

Муж и его мать смотрят на меня в каком-то ожидании, видимо исчерпав нужные аргументы, тогда их даю я:

– В общем, так. Или вы дадите мне жить спокойно это время до выборов, или я сейчас ухожу и устраиваю скандал!

– Да ты… Ну ты только посмотри на нее!

– Мам… – Стас цепко хватает мать за локоть и тащит на выход. – Мам, не надо нервничать, и зачем ты вообще пришла? Я не маленький, мы сами разберемся! Я провожу тебя…

– Сынок? Нет, ну я хотела как лучше, я… Ладно…

Она бросает на меня полный презрения и ярости взгляд, после чего Стас уводит ее за дверь, бормоча что-то вроде – я вернусь, и мы поговорим.

Дверь хлопает, я погружаюсь в гулкую тишину, которая опустошает. После ссоры со свекровью и мужем во мне словно вакуум образовался, и я не знаю, чем его заполнить.

Надо выдохнуть, успокоиться, в себя прийти…

Подумать…

Но я не успеваю.

Едва захожу на кухню, минут десять простояв в коридоре неподвижно, как снова слышу щелчок замка.

Уже думаю, что так быстро вернулся Стас, но по звукам понимаю, что не он пришел. Значит, это Герман.

– Сынок? – иду к нему и застываю на месте от ужаса.

Сын держится рукой за стену, а на лице у него я замечаю ссадины, кровь…

Господи!

– Герман, что случилось? Господи… – бросаюсь к нему, он выставляет руку вперед.

– Мам, всё хорошо, не беспокойся.

– Хорошо?! Ты весь в крови! На тебя напали?

– Не на меня, мам… На одну девчонку, хулиганы к ней пристали, я защитил. Навалял им, – усмехается и тут же кривится, губа у него тоже разбита и кровит.

– Пойдем скорее на кухню, обработаю! Что за девочка? Объясни!

Кошусь на дверь, будто эти самые хулиганы сейчас в нее ворвутся.

Страх мечется внутри, сбивая дыхание и вынуждая сердце суматошно колотиться, дрожащие руки не могут найти себе места – я постоянно зачем-то волосы трогаю, губы, потом, когда в кухне оказываемся, открываю не те дверцы у шкафчиков, прежде чем найти и достать аптечку.

– Мам, всё нормально, – сын замечает мое паническое состояние, видимо, пугается, что это всё из-за него, ведь он не знает, что только добавил своим ЧП мне нервов после ссоры с мужем и свекровью.

На лице у него появляется извиняющееся выражение.

– Мам, давай я сам…

Двигает ящик с лекарствами, к себе поворачивает, и тут я прихожу в себя, мать-наседка берет верх, и я принимаюсь обрабатывать раны на лице сына.

– Расскажи всё, как было.

– Да что рассказывать? Шел по парку, срезал, как обычно, путь, увидел, что какие-то парни девчонку достают. Ну и вмешался. Потрепал их немного, – расплывается в улыбке.

Протирая его раны ватным диском, головой качаю.

– Кто еще кого потрепал…

– Мам, ну, их трое было, а я один. Они убежали, а я потом ее еще домой провожал.

Мечтательное выражение на лице сына сбивает с толку. Никогда такого не видела.

– Она… А что за девочка? – интересуюсь, нахмурив брови.

Как-то мне вся эта история не нравится, что-то в ней напрягает.

– Мам, она хорошая, – Герман улыбается, – Вика зовут… Виктория, победа…

Победа… Вздыхаю, глядя на сына. Совсем вырос мой парень!

Знать бы тогда, чем для нас обернется эта его Победа!