Развод. Вторая весна генерала

Глава 3

Отпихиваю его. Не хочу его руки на своем теле чувствовать.

Ничего не хочу.

Хочу сбежать.

Только вот он не пускает.

Еще сильнее стал. Мощнее, крепче.

Господи, мы не виделись двадцать лет!

– Тише, Алёна, тише… спокойно…

– Пусти… – не кричу, шепчу, надеясь, что он услышит, поймет, но куда там!

Тащит меня из зала ресторана в коридор, к выходу.

У меня шум в ушах, звон.

Не хочу рядом с ним! Мне с ним больно!

Еще больнее, чем одной.

Как и тогда, двадцать лет назад.

Когда я ждала его, любила, верила, надеялась, а он…

Приехал, унизил, растоптал, сломал…

– Пусти меня, Фролов.

Полный игнор! А меня это бесит! Бесит!

Рычу на него буквально, торможу, каблуками пол скребу, луплю его изо всех сил по груди, но ему как мертвому припарка! А у меня уже истерика.

Слишком много наглых мужланов в моей жизни!

Слишком они охренели!

В ярости поднимаю руку выше и ногтями вцепляюсь ему в щеку, оставляя три ярко-алые полосы. Фролов шипит, прищуривается, дышит тяжело, мне кажется, его хватка слабеет.

Пихаю его снова, вырваться почти удается, но в этот момент Гор толкает какую-то дверь, и мы оказываемся в небольшом помещении, что-то типа отдельного кабинета в ресторане, для скромного, буквально человек на шесть, банкета. Круглый стол, удобные кресла вокруг, полумрак – светят только огни гирлянды шторы на окне.

И защелка на двери, которую он закрывает.

– Что ты творишь, Фролов? Ты охренел?

Видимо, охренел, потому что прижимает меня к стене, одной рукой держит мои руки, а второй… второй ласково поглаживает щеку.

– Какая ты стала…

Что? Неужели? Разглядывать меня вздумал? Рассматривать? Ну, смотри, Фрол, прекрасно! Смотри!

Вот такая вот стала. Другая. За двадцать-то лет!

Да и он изменился сильно. Но, зараза, в лучшую сторону.

А как я мечтала, что он станет лысым, толстым, обрюзгшим, беззубым, шепелявым, еще и ростом ниже – стопчется в своих кирзовых сапожищах!

Нет же. Цветет и пахнет. Выглядит, черт, как модель с обложки какого-то крутого, элитного журнала для бизнесменов или политиков, где не молодую девку выставляют, а зрелого мужика – эдакого хозяина жизни.

Фролов хозяин, точно. Вальяжный, наглый. Плечи широченные, лапищи огромные, и сам весь, медведь, блин.

– Пусти.

– Алёна… Алёнушка моя…

Что? Твоя? Вы серьезно, товарищ генерал, да?

Да, да, я в курсе, что он генерал, разумеется. Не то чтобы я следила за ним, искала. Но знала.

– Отпусти… – шиплю сквозь зубы как кошка. Ненавижу его!

Сразу перед глазами та наша, почти последняя встреча. Его безумный взгляд, обвинения. Мои попытки оправдаться.

Дурочка малолетняя, еще оправдывалась! Тогда надо было его сковородкой огреть или скалкой! Или натравить на него наших, городских, салдинских парней, они бы его проучили, несмотря на то, что свой, местный.

– Алёнка… Как же я соскучился по тебе!

Соскучился? Интересно. А что, не судьба была приехать, если так скучал?

Только не через двадцать лет. Не тогда, когда ребенок уже вырос! Не тогда, когда я давно замужем, вернее… развожусь.

Черт!

Главное, чтобы Фролов не узнал о моем разводе, это будет катастрофа.

– Алёна… Какая же ты красавица, еще лучше, чем была. Роскошная, слышишь? Необыкновенная!

– Ты что, выпил, Фролов? Пусти меня немедленно, или я мужу пожалуюсь, он тебя быстро приструнит, не посмотрит, что ты генерал!

– Приструнит, говоришь? – усмехается нагловато. – Ну, пусть попробует.

Глазами сверкает и набрасывается на мой рот, впиваясь нахальным поцелуем.

Вот же сволочь!