Хранители Академии. След Чайки

15.8

За следующий час она пыталась выпрыгнуть из этого мира ровно тридцать раз. Но безуспешно. Она выбилась из сил – заклинание срабатывало, и забирало энергию, как положено, но что-то не позволяло пересечь грань.

Запертый мир. Затерянный мир…

У Лины дрожали ноги – она с каждым разом пыталась прыгнуть всё выше. Она даже попробовала перейти по другому ид – в мир, где они бывали со скитальцами. Но и туда её не выпустило.

Тогда, с трудом подавляя панику, Лина вместо прыжка активировала инумбрату и ушла, провожаемая невидящим взглядом одной только Натали.

Она покинула лабораторию, внушая охране открывать перед ней двери, поднялась на уровень подземного города, села в метро добравшись до Того Самого небоскреба на Пятой Зелёной, поднялась на крышу. И попыталась совершить «шаг назад» из того места, в котором они с Глинни и хомячком появились тут пару недель тому.

И снова ничего не вышло, она так и осталась на крыше…

И вот теперь она сидела на парапете, свесив вниз ноги и собираясь с духом. Глаза то и дело заволакивало жемчужной пеленой, а жемчужные капли то и дело срывались вниз, словно намечая путь…

Лина сидела так уже не первый час, растерянная и одинокая. Одинокая – мнимый храп хранителей на задворках сознания не в счёт – впервые за многие годы, а по ощущениям и событиям так и целую жизнь. И от этого одиночества становилось не по себе, словно Лину выбросило из течения жизни, взамен наделив неким даром, но дар оказался неравноценной заменой. Девушка зажгла огонёк на кончике пальца, подрастила его до небольшого костерка, а потом вдохнула в себя. Немного поиграла с молнией, словно с клубком пряжи, переплетая между пальцами рук кружево разрядов.

Вспомнилась легенда о сошедшем с ума божестве, и теперь она не казалась таким уж бредом: когда ты один, пусть и силен, но один, сохранить разум сложно. Впрочем, чтобы создать мир, надо быть безумцем, не иначе…

Лина встрепенулась, понимая, что мысли уводят её в какие-то дебри, снова чудит дремота, когда путается сновидение с явью.

Путая всё вокруг…

Она проснулась, дернувшись, словно от падения, с замирающим сердцем.

Упасть вот так, сквозь сон, наверное, было бы выходом.

Или нет…

Или падать нужно осознанно, принося свою жертву и отрекаясь от себя… как там было в привороте у Глинни – «прыжок без защиты магией и крик чайки. И шансы выжить пятьдесят на пятьдесят».

Псевдобогиня нервно захихикала, представив, как летит она, курлыкая по-чаячьи. А вокруг мухами носятся дроны, снимая её последний полет. А потом дворник Вася, смывая с асфальта остатки «богини», ворчит что-то о шибко мозговитой молодежи…

А где-то в другом мире умирает Фил…

Тело девушки прошило крупной дрожью.

Нет!

Если Глинни было всё равно, что будет в случае её гибели, то Лине совершенно нельзя умирать, ей нужно выжить и выйти из закрытого мира. Мало того, ей очень хочется жить. Жить долго и счастливо, в кои-то веки!

Так и сидела она, болтая ногами над пропастью, когда сильный порыв ветра налетел на неё, и едва не сдул вниз. Она ухватилась за поручень, потом решилась и отпустила его.

Неси, ветер…

Лина балансировала на краю, но ветер замер, не спеша подхватывать её тело, словно забавлялся или давал шанс поразмыслить…

– Стой, нет! – раздалось за спиной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍