Сталкер (СИ)

Глава 25

Полина

Глядя на себя в огромное зеркало в душевой кабине, веду пальцем по балерине. Татуировка мне идёт. Я в восторге, если честно. А вот мать меня наверняка прибьёт. Она считает, что роспись на теле — это клеймо зеков, а нормальные люди не могут добровольно уродовать своё тело. И это дословная цитата...

И вот её дочь вчера добровольно «изуродовала» свой живот. И сделала это с помощью Макса.

Двойной страйк для моей мамы...

Обмотавшись полотенцем, выхожу из ванной. Максим уехал с самого утра по делам. По каким — не сказал. Но я и не выспрашивала. Ведь у него есть друзья. Может, встретиться захотел, поболтать. Или маму навестить. Тренировка у нас сегодня вечером, он обещал вернуться за час до неё.

Одевшись в комнате, спускаюсь вниз. Марину Захаровну нахожу на кухне. Попивая кофе, она смотрит новости. Сажусь напротив, прихватив йогурт с отрубями.

— Доброе утро!

Она переводит взгляд на меня.

— Доброе. А Максик даже не позавтракал, — озабоченно смотрит на нетронутую стопку блинов. — Хоть ты поешь.

— Ладно.

Скручиваю верхний блинчик в трубочку, макаю в йогурт.

— Ммм... вкусно.

— Мама тебе вчера дозвонилась? — спрашивает Марина Захаровна как бы между прочим.

— Нет. Сегодня ей позвоню.

Ну не горю я сейчас желанием разговаривать с мамулей. Она даже за мильон километров от меня может почувствовать моё настроение и понять о переменах в моей жизни.

Мне кажется, я свечусь как лампочка. И губы все искусала, чтобы прятать влюблённую улыбку. И голос у меня стал каким-то тихим и мечтательным.

— К школе-то готовишься?

— А? Ну да...

И я где-то плаваю постоянно... Да ясно где. Я вся в Максе.

Он сделал вчера тату в честь меня. До сих пор не верится... Тело этого красивого парня теперь украшают слова, говорящие обо мне. Прямо рядом с вытатуированным сердцем и колючими шипами.

— Задавали чего на каникулы?

— Аа? — снова плаваю. — Ну да... Кстати, да, — хмурюсь. — Проект доделать надо. И почитать.

Чёрт! Совсем забыла!

— Не знаешь, куда Максим поехал? — меняя тему, подозрительно прищуривается Марина Захаровна.

— Не знаю.

— Вот и я не знаю, — тяжело вздыхает и потирает ладонью в районе груди. — Сердце у меня не на месте из-за него.

Прислушиваюсь к себе. Но вроде никакие внутренние звоночки не срабатывают. Доедаю йогурт вприкуску с блинами, посматривая на бледное лицо Марины Захаровны.

— Может, из-за погоды... Смотрите, снегопад какой сегодня.

— Может быть... — встаёт. — Пойду, накапаю себе чего-нибудь.

— Если помощь какая нужна...

— Иди, я справлюсь, — успокаивает меня.

Я ухожу в комнату. Но прежде, чем зарыться в уроки, проверяю телефон. От Максима ни звонков, ни сообщений. А вот от мамы два пропущенных. Вздохнув, собираюсь с мыслями и перезваниваю.

— Поля, я уже почти заказала билет домой!.. — усмехается она. — Ты прямо неуловимая какая-то стала.

— Да тренировки, мам... И ещё уроки. Вот сижу. Но ты же говорила с Мариной Захаровной. И с Эльвирой Эдуардовной тоже, — осознанно упоминаю имя тренера.

Хочу знать всё наверняка. Болтали они обо мне и Максе или нет?

— Эльвира сказала, что ты танцуешь с Максимом.

Я прямо вижу, как недовольно она морщится.

— Что с Марком? Он поправится к выступлению?

И это звучит в её устах весьма цинично...

— Поправится. Максим его просто частично замещает.

— Ну хорошо, если так.

— Мам... Макс — нормальный парень, — мой голос невольно просаживается. — Почему ты так строга к нему?

— Ну начинается... — протягивает она. — Полина, не вздумай!

— Ты о чём?

— О тебе и Максиме! Не нужно портить свое будущее. Тренируйся с ним, пока есть необходимость, потом скажи «спасибо» и распрощайся. Поняла?

— Мам...

— Полина!

Вот зачем я затеяла этот разговор? Если начну сейчас спорить и что-то доказывать, она примчится домой прямо сегодня. А до этого позвонит Эльвире, и все мозги ей склюёт. Я свою мать знаю. Она и партнёра мне другого найдёт, если ей приспичит.

— Я тебя поняла, мам. Просто сказала, что Максим хороший парень. Не более того, — отвечаю как можно равнодушнее.

Мы обе замолкаем ненадолго, и я первая не выдерживаю эту звенящую тишину.

— Мам, у меня уроки.

— Ладно.

— Пока.

— Пока, Поля.

После телефонного разговора в груди болезненно тянет. И с мамой не хочется разборок, и Макса я не могу защитить так, как нужно...

Пытаюсь сосредоточиться на книге — не выходит. Сажусь за проект по биологии.

Время подходит к половине пятого вечера, когда заканчиваю с ним. Отрывалась лишь на обед и получасовой бой со снегом во дворе. Снег победил, лопату я чуть не сломала. Начинаю собираться, всё время поглядывая в окно. Максима нет и в пять вечера. Я решаюсь позвонить.

— Да, принцесса? — голос у него мягкий, нежный.

— А ты где?

— Подъехал. Как раз хотел тебе набрать. Выходи.

— Так ты поесть зайди. Тебя бабушка весь день ждёт.

— Я уже перекусил. Выходи, — настойчиво.

— Ладно. Бегу.

Несусь вниз. Пока одеваюсь и обуваюсь, подходит Марина Захаровна.

— Как Вы себя чувствуете?

— Нормально, — отмахивается она. — На вот, блинчики Максиму передай.

Суёт мне в руки закрытый пластиковый контейнер.

— Сказал, что поел уже...

— Да он много ест, — усмехается она. — И от блинов точно не откажется.

Делаю в уме заметку приготовить для Максима что-нибудь эдакое. Ну... когда-нибудь. Улыбнувшись Марине Захаровне, выбегаю из дома и несусь сквозь вьюгу к воротам. Не переставая улыбаться, забираюсь в салон мустанга. Улыбка сползает, когда я вижу лицо Макса.

Синяк на скуле, ссадина на переносице, запёкшаяся кровь в уголке губ.

— Знаю... выгляжу не очень, — Макс нервно взъерошивает свои волосы.

— Что произошло? — голос у меня пропадает.

— Ничего критичного. Так... потасовка. Не бери в голову.

Что, блин, это значит — не бери в голову?!

Но Максим, видимо, не считает нужным посвящать меня в подробности своей жизни. Тянется к моим губам, собираясь поцеловать. Я отшатываюсь. Мы сверлим друг друга претенциозными взглядами. Он сдаётся первым.

— С Даном встретился. На нас наехали какие-то неместные и борзые. Не переживай, они выглядят ещё хуже, чем я.

Выдавливает из себя какую-то фальшивую улыбочку.

И вот в эту чушь я должна поверить?