Сталкер (СИ)

Глава 32

Макс

Мне кажется, я держу её в своих руках всю ночь. Даже моё подсознание понимает, что Поля может убежать, и даёт команду рукам быть начеку.

Поля не убегает.

Просыпаемся мы почти одновременно. Я на несколько минут раньше, что позволяет мне просто полюбоваться на неё немного. Такую хрупкую и красивую во сне, что в груди болезненно жжётся.

Что со мной будет, если я её потеряю?

Влюбиться в восемнадцать раз и навсегда... Это показалось бы мне бредом ещё пару месяцев назад. А теперь я в этом бреду функционирую. Я по уши влюблён в эту девушку и не представляю своей жизни без неё.

Осторожно утыкаюсь носом в густые волосы и дышу, дышу, дышу... От её аромата быстро хмелею и не могу сдержать пьяную улыбку.

Полина открывает глаза. Проснулась... Напряжённо смотрит на меня, медленно моргая.

Нехотя отпускаю её. Если захочет уйти, держать не буду. Я и так постоянно удерживаю Полину и принуждаю. Так было с самого начала. Преследование, откровенные зажимания по углам, украденные поцелуи... От неё тоже должно быть хоть немного инициативы. В одиночку я эти отношения не вытяну.

— Ты как? — подпирая ладонью щёку, смотрю Полине в глаза.

— Не знаю.

Она кажется расстроенной.

— Будешь говорить маме о том, что слышала?

— Тоже не знаю, — качает головой. — Боюсь, будет скандал.

— Может, тогда просто забыть? — предлагаю я.

— Забыть я тоже не смогу. Буду думать, что со всем этим делать, — отчаянно вздохнув, она садится и раскутывается. — Максим, можно задать тебе вопрос? — спрашивает, не глядя на меня.

— Можно, — теперь я любуюсь её спиной.

— Твоё странное поведение как-то связано с уголовником, который живёт с твоей мамой?

Да бл*ть!

Не знаю, есть ли во мне переключатель с нормального на психа и обратно... Но если есть, то Полина мастерски умеет нажимать на этот тумблер.

— Уже сообщили, да? — рычу я, поднимаясь. — Мамаша твоя постаралась?

— Они обсуждали это за столом, — растерянно и виновато продолжает Полина. — Может... просто... я могла бы чем-то помочь?..

Чем?!

Мы оба уже на ногах. Меня выворачивает наизнанку от её участливого взгляда. Так смотрят на детей-сирот, оставшихся без сладкого подарка на праздник.

— Дела моей мамы никого не касаются, — решительно встаю за мать и за себя заодно. — У нас всё в полном порядке. Её сожитель — нормальный мужик.

— Я поняла, Максим, успокойся! — Полина выставляет перед собой руки и упавшим голосом добавляет: — Не хочешь обсуждать это со мной — и не надо. Ладно, я пойду.

И решительно выходит из комнаты.

Провожаю её растерянным взглядом. Ну чё я сорвался-то, бл*ть? Не привык, что кто-то лезет мне в душу? Да, это так... И признаваться в том, что отчудили мы с Игорьком, я тоже не собираюсь. Это в прошлом.

Жду, когда Поля выйдет из душа. Когда дверь в ванную комнату наконец открывается, проскальзываю внутрь, заталкивая свою принцессу обратно. Прижимаю спиной к двери. Обнимаю.

— Максим! — шикает Полина. — Нас родители увидят!

— И что? — тихо рявкаю я. — Не сексом же занимаемся.

— Ты знаешь, что так нельзя, — давит в мою грудь ладонями.

Твою ж мать! Чё всё так сложно?

Упираюсь лбом в её лоб, пытаясь усмирить дыхание.

— Дай мне просто немного так постоять, — шепчу ей в губы. — Ну пожалуйста, принцесса. Скучаю я без тебя.

Перестаёт сопротивляться, обвивает руками шею. Мы не целуемся, но наши губы в жалком сантиметре друг от друга. Прикасаемся друг к другу рваным горячим дыханием. И телами...

Это как ходить по краю пропасти и мечтать упасть... Но мы почему-то не падаем. Хотя я знаю, почему. Между нами слишком много вопросов без ответов.

— Мы будем сегодня тренироваться? — шепчу ей в ушко, убирая прядку волос.

— Если ты хочешь...

— Больше всего на свете, — касаюсь губами её скулы.

— Тогда да. Студия свободна в одиннадцать.

— Полина! — слышится голос её матери из коридора.

Оба застываем, как каменные статуи.

— Полина! — голос сопровождается стуком в дверь.

Поля открывает рот, который я тут же закрываю ладонью. И отвечаю Жанне:

— Здесь Полины нет.

Ответила бы она сама — и её мать осталась бы дожидаться под дверью.

— Ой... Прости...

Шаги удаляются. С грустью усмехаюсь:

— Похоже, тебе пора бежать.

— Да, — её голос дрожит.

Немного смещаюсь в сторону, позволяя Полине дотянуться до дверной ручки. Бросив на меня затуманенный взгляд, девушка сбегает. А я встаю под холодный душ, чтобы хоть немного снять с себя это охренительное возбуждение. И стресс тоже.

За завтраком мой отец ведёт себя довольно настороженно. А его жена — непринуждённо. Нахваливая бабушкину стряпню, пытается выглядеть милой и приветливой. Несколько раз смотрит мне в глаза так, словно хочет извиниться. Ну или у меня мозг воспалился от видочка принцессы, и я всё себе придумал.

Полина уже переоделась, собираясь ехать на репетицию. На ней офигенный комбинезон, обтягивающий её, как вторая кожа. И он, кстати, кожаный. А на бёдрах вставки из змеиной кожи. Молния спереди поднята не до конца, открывая весьма соблазнительный вид. Мой взгляд так и норовит упасть в эту манящую расщелину.

Боже!.. Что ж ты со мной делаешь, детка?

Кажется, отец замечает мой похотливый взгляд, потому что в какой-то момент мне прилетает пинок под столом. Прямо в малоберцовую кость.

Ауч!

Напарываюсь на его свирепый взгляд.

Так и хочется возмущённо бросить: «А чё такого?» Я что, даже смотреть на неё не могу по вашим дебильным правилам?

Закончив с завтраком, первым ухожу из кухни. Жанна за каким-то бесом идёт за мной.

— Максим, — настигает в гостиной. — Я хотела бы извиниться.

— Отец просил Вас это сделать?

— И да, и нет. Конечно, он говорил об этом... Но я и сама хочу. За столом я была груба. Извини.

Ох, это не все твои косяки дамочка…

— А если не извиню? — решаю немного подёргать эту хищницу за усы.

— Тогда мне будет очень жаль, — нахмуривается она. — Жаль, что мы так и не смогли наладить отношения.

— Хорошо... Извинения приняты, — сухо бросаю я.

Поворачиваюсь и иду в прихожую. Мне не хочется её прощать. Теперь я зол на неё ещё больше. И она — главное препятствие между мной и Полей. Но она — её мать. Как такое препятствие безболезненно ликвидировать?

— Тебе не жарко? — игриво дёргаю за собачку на молнии её бомбического спортивного комбеза.

— Макс... — смущённо выдыхает Поля, отстраняясь. — Перестань, мы не одни.

Да, чёртова тренерша здесь. И смотрит на нас коршуном. Не иначе, мать Полины попросила бдить за нами.

Полина вновь включает трек сначала, и мы снова повторяем танец. Могу сказать, что я справляюсь довольно неплохо. Не мацаю свою принцессу, как это было раньше, не допускаю никаких откровенных движений. У нас всё четко, слаженно. И уверен, что красиво.

Понятно, что Полина вывозит весь танец, но... Я тоже молодец, как она говорит.

Кажется, наша последняя ссора осталась где-то в прошлой жизни. Хотя мы и не мирились вроде. Ну просто хочется это проехать.

Да, я немного лжец. А Полина — плохая девочка, которая попёрлась ночью в боулинг-клуб! Но если посмотреть под другим углом...

Просто я не хочу вовлекать её в свои проблемы, а она просто хотела увидеться с друзьями. И какой-то хер поднял её на руки, потому что, по-любому, захотел её. Но она вырывалась, кстати. И принадлежит только мне! Поэтому тот хер получил заслуженно.

Да, под этим углом ситуация нравится мне гораздо больше.

Ловлю Полину в последний раз, прижимаю к груди, и мы целомудренно соприкасаемся губами. Всё в рамках танца. За моей спиной раздаются хлопки. Опустив Полину, поворачиваюсь.

— Прекрасно! — закончив хлопать в ладоши, Эльвира строго смотрит на Полину: — Иногда мне кажется, что ты зря выбрала балет. В других направлениях ты даже интереснее.

— Спасибо, — скромно отвечает Полина и смотрит на меня: — Идём. Тут и правда жарко.

Мне кажется, или эта тема для неё неудобна?

Прощаемся с тренершей и уходим. Сегодня мы без переодеваний и душа, потому что раздевалки все битком. Полина лишь забирает наши куртки. Я тренировался в спортивных штанах и футболке, и меня совсем не смущает, что немного взмок.

Накинув куртки, выходим на улицу. Идёт снег, напоминающий дождь. Бежим к машине. Пока открываю для Полины дверцу и обегаю тачку, мои волосы промокают насквозь от этого снежного ливня.

— Главное, не простыть, — стучит зубами Полина.

Волосы у неё тоже мокрые, а щёки горят. Врубив печку на полную, выезжаю с парковки и тут же торможу у ближайшей кофейни.

— Сейчас вернусь.

Чмокаю Полину в щёку и под её ошеломлённым взглядом вылетаю из машины. Покупаю два кофе, на этот раз капучино. Ещё каких-то круассанов с клубничным джемом. Продавщица уверяет, что они свежие, только что из печки. Возвращаюсь к своей принцессе, вручаю ей стаканчик и пакетик с выпечкой.

— Ты читаешь мои мысли, — краснея, говорит Полина.

— Хотела капучино?

— Да... И обожаю эти круассаны!

— Ммм...

Мы кормим друг друга кусочками круассанов, пьём кофе... Почти не разговариваем. Я пожираю её глазами, она тоже не отводит от меня взгляда. Люблю когда у неё такое игривое настроение. После изнурительных тренировок оно чаще всего именно такое. Танцы её заряжают.

Так... А что там у нас с балетом?

Прокашливаюсь.

— Эльвира сказала, что ты зря выбрала балет. Тебя это смутило. Почему?

Предпочитаю не ходить вокруг да около.

— Давай не будем об этом, — настроение Полины тут же падает.

Она допивает кофе. Забираю у неё стаканчик, вставляю в свой. Круассаны мы уже доели. Кидаю стаканы в пустой пакет и швыряю его на заднее сиденье.

— Почему не будем? — обхватываю лицо девушки ладонями. — Мне ты можешь рассказать всё, что угодно.

— А я не знаю, что сказать, — трепещут её ресницы. — Я не знаю, что именно хочу танцевать. Мне нравятся разные стили. Но и балет бросать не хочется. Хотя и дураку понятно, что я не балерина.

— Дураку, может, и понятно, а мне нет, — хмурюсь. — Объясни.

— Мой вес на пять килограммов больше общепринятых норм в балете, а подготовка далека от идеала. Балет для меня скорее хобби, я никогда не построю в нём карьеру. Но всё же мне очень нравится танцевать классику... Иногда я чувствую себя в тупике от этих противоречий внутри.

Опускает взгляд. Чувствую, как закрывается от меня.

— А та женщина, Алла Зайцева... Она что преподаёт?

— Она занимается разными стилями. Но в основном современной хореографией.

— Так значит, тебе и выбирать не нужно. Попадёшь к этой Зайцевой — и будешь танцевать то, что она поставит. Ведь ты этого хочешь, так?

Полина мягко улыбается, вновь оживая.

— Ты так уверен, что я к ней попаду?

— На двести процентов.

И я не вру. Полина для меня лучшая, идеальная...

Мы касаемся губами и улетаем в какую-то другую реальность. Где нет танцев, родителей и каких-то недомолвок. Только мы. Наши губы, объятья...

Возвращаться не хочется. Из динамиков магнитолы звучит наш трек. Полина отстраняется, чтобы глотнуть немного воздуха, а я с улыбкой подпеваю:

— Душу забрала... На небо лупили звёзды, уплетая мармелад...

— С тобою лечу свободно, без тебя я в кандалах!.. — подхватывает Полина.

И мы вновь целуемся... Пока не раздаётся назойливый телефонный звонок. Это мне. Мой айфон трезвонит и трезвонит, и нам приходится прерваться.

— Ответь, — выдыхает Полина, отодвигаясь от меня.

Смотрю на экран. Игорёк. Первый порыв — вырубить телефон. Но он ведь с моей матерью живёт... Вдруг, как тогда, что-то срочное. Тогда бандиты заявились прямо к нам домой.

Прижимаю трубку к уху.

— Я занят!

— Переживёшь! — рявкает Игорёк. — Ты мне срочно нужен. Дело на миллион.

— Я не могу...

— Реально на миллион. Давай, дуй домой, Макс. Если не приедешь, я бабки поделю с кем-нибудь ещё. А мне хочется поделить их с тобой. Не забывай: нам ещё тем быкам отдавать.

— Тебе отдавать! — рычу в ответ.

Но всё же жму на газ и трогаюсь с места. Зажав телефон плечом, хватаю руль обеими руками, пытаясь выбраться из мокрой снежной жижи у обочины.

— Объясни в двух словах, что от меня нужно.

— Сопровождение, — размыто говорит Игорёк. — Просто довезти из пункта А в пункт Б. Всё.

— И где эти пункты?

— Недалеко. К утру управимся.

Бл*ть! Надо отказаться... Но меня так сильно привлекает вопрос лёгких денег, что я не отказываюсь.

— Ладно, скоро буду.

Медленно двигаемся в плотной пробке.

— Куда-то уезжаешь? — небрежно спрашивает Полина.

Перевожу на неё взгляд.

— Да. По делам.

— Понятно.

И всё. Километровая пропасть между нами снова на месте. Но я сам виноват. И чтобы немного сгладить, выдаю:

— Твоя мама не соврала, говоря о зеке, с которым живёт моя мать. Это ведь она тебе рассказала?

Полина кивает.

— Максим... Я понимаю, что это не моё дело, — резко даёт заднюю.

Хватаю её за руку, переплетаю наши пальцы.

— Моя мама действительно живёт с мужиком, недавно освободившимся из тюрьмы. Но он не так уж плох. И ему иногда нужна моя помощь... Чтобы он смог лучше освоиться в нашем мире.

Знаю, так себе объяснение.

Полина зависает. Тем временем пробка рассеивается, и я поддаю газу. Быстро долетаем до дома.

— Наверняка ты даже не зайдёшь, — смотрит на меня слегка растерянным взглядом. — А что мне сказать твоему отцу?

— Я еду к матери, — пожимаю плечами. — Да и вообще, когда его волновало моё местонахождение?

Теперь в глазах Полины грусть.

— Твой папа — хороший человек.

— Да, наверное.

— Ладно... — Полина дёргает дверную ручку. — Я пойду. Завтра в школу.

Точно. И наши школы в разных районах. И видеться теперь мы будем значительно реже.

— До скольки ты завтра учишься? — придерживаю Полину за локоть.

— Не знаю. До часа вроде.

— Я приеду за тобой и заберу. Потом поедем тренироваться.

— Не получится. Завтра у меня репетиция с труппой.

— Весь чёртов вечер?

— Может быть, — пожимает плечами.

Разозлить меня хочет? Или вновь намекает на то, что мы расстались? Но наши поцелуи говорят об обратном, чёрт возьми!

Отпускаю её. С Полиной надо как-то по-другому. Любое давление на неё приводит к тому, что она начинает сопротивляться и обороняться. Я не хочу, чтобы она оборонялась. Хочу просто прожить с ней вместе как можно больше эмоций. Они-то и приведут нас к истине. А истина в том, что мы влюблены друг в друга. И неважно, что больше не говорим об этом вслух.

Она медленно выбирается на улицу, потом заглядывает в салон.

— На день рождения хоть придёшь?

Мои губы дёргаются в ухмылке.

— Ни за что не пропущу, принцесса.

Полина фыркает. Хочет отстраниться, но я подаюсь к ней, хватаю за ворот куртки и, втянув в салон, обрушиваюсь на её губы коротким, но запоминающимся поцелуем.

Всё. Теперь пусть идёт.

И она уходит с улыбкой на губах.