Стихийный мир. Король Сапфир

Глава 12 Хуад Хе

В висках стучало, перед глазами все затуманилось.

Наверное, я должна была заплакать. Может, ужаснуться. Но меня словно разом лишили всех сил и эмоций.

А в голове при взгляде на неподвижное тело подземного короля пульсировало только одно воспоминание. Звонкий, как удар по металлу, голос Сициана, который укачивал мое обожженное тело, разговаривая с игнисом:

— И как, по-твоему, может пережить это человек⁈

— Человек — никак.

Моргнула.

Я не должна была пережить эту ночь. Теперь, благодаря Красному дожу, похоже, я перестала быть человеком. А мое место на том свете занял король Подземья.

Лоранеш все так же лежал на полу, и возле его запястий на мягком ковре почти не было пятен. Вся кровь была в другом месте…

— Разозлишься на меня потом, — шептали в голове красивые губы Сициана.

Все стало понятно лишь сейчас.

Но злиться я не могла. Все застыло внутри. Да и на что злиться, если я была жива?.. Да, как чудовище, убийца… Но жива.

Впрочем, нужна ли кому-нибудь вообще такая жизнь?..

Ресницы стали слипаться от воды.

Смахнула.

Нужна. Жизнь — высшая ценность. Но…

Слишком много но.

Подумаю об этом потом.

Протянула вверх подрагивающие пальцы и наткнулась подушечкой указательного на острый клык.

Закрыла глаза.

Пить больше не хотелось. В горле уже не было так сухо и больно.

Поднялась на ноги и нехотя поплелась к ближайшему зеркалу. А оттуда на меня посмотрела измазанная кровью девица с огромными красными пропастями вместо глаз.

— Нет-нет, не может быть, — прошептала, не узнавая свой голос.

— Что случилось? Его Величество уже… О террисы! — ахнула Тифия, появившись на пороге соседней комнаты. — Вы в порядке, Великая Иви? Нужно позвать лекаря!

Я моргнула.

— Лекарь ему уже не поможет.

Красные радужки сменили цвет на черный. Какие глаза у меня были прежде? Я никак не могла вспомнить. Теперь из отражения на меня смотрели антрацитовые безэмоциональные омуты, как у Ала. Эта девушка напротив сильно отличалась от журналистки Саши, которую я знала всю жизнь.

К счастью, вместе с кровавыми глазами исчезли и клыки. Кожа, кстати, тоже не сделалась мертвенно бледной. Будто мой облик менялся в зависимости от желания и состояния. Мне не хотелось никого пугать и снова кусать. Оттого клыки и спрятались.

Я приложила руку к груди — сердце билось.

Однако все теперь было иначе.

— Не надо никого звать, — хрипло проговорила я, быстро направляясь в ванную комнату.

— Но как же?.. Его Стальное Величество… — заламывала руки Тифия, в ужасе прижимаясь спиной к стене.

— Я же сказала, ему уже не поможешь, — проговорила скрипуче и бесцветно.

Ох, какой знакомый тембр. Пустой и холодный, такой, какой меня всегда поражал при разговоре с Алом.

Этой женщине, что говорила таким голосом, должно быть все равно. Наплевать даже на смерть единственного в Стальном королевстве аватара Земли.

Но мне не было плевать! Не было!

Со стороны это вряд ли заметно.

В горле застыл крик, который, казалось, никогда уже не сможет прорваться сквозь клыки, убившие человека.

Я смывала с себя следы крови, и руки не дрожали. Слез на лице не было. Только алая струйка воды, уходящая по подземной канализации, отпечатывалась в душе на веки вечные, как и предсмертное лицо Лоранеша. Этого мне уже не забыть никогда.

— Никогда… — прошептала, зажмуриваясь и упираясь руками в каменное подобие раковины.

Теперь я понимала Ала гораздо больше.

Не Ала — Сициана.

— Тише, Иви, не грусти, — пропели с плеч голоса террисов, которые снова начали проявляться. Они то исчезали, то вновь возникали, но складывалось впечатление, что духи земли теперь вовсе никогда не покидают меня.

Пальцы задрожали.

— Он сказал, что аватар Земли теперь я, — проговорила в ответ, рассматривая серьгу, отданную мне Лоранешем. — Может ли эта побрякушка сделать меня кем-то? Как я могу стать?..

Террисы все пели и пели, но от их предсказаний делалось только хуже.

Я вздохнула, вынула одну серьгу гаруспика, превращенную в незаметную серьгу-гвоздик, и на ее место вставила символ власти Стального короля. Небольшое кольцо оттягивало мочку, оказавшись холодным и тяжелым. Будто я повесила на себя всю мощь Подземья.

Оставшуюся серьгу было некуда девать, и я временно сунула ее в маленький нагрудный карман.

Вышла из ванной я другим человеком. Ну, по крайней мере, мне так казалось.

— Великая Иви, — ахнула Тифия, едва завидев меня на пороге, и вдруг упала на колени.

С другой стороны помещения откуда ни возьмись появились Тейноран с машейром. Могучий слуга молча последовал примеру Тифии, склонив бритую голову с черными косичками. Следом упал на ковер пушистый песчаный кот.

Похоже, они тоже что-то ощущали.

— Что с вами? — глухо спросила я. — Встаньте.

В этот момент в дверь постучали, и раздался зычный мужской голос:

— Ваше Стальное Величество, вас ожидают.

Я вздрогнула, краем глаза фиксируя на полу неподвижное тело Лоранеша.

Что мне будет, когда обнаружится смерть повелителя?

— Уберите его, — приказала быстро, и Тейноран с Тифией больше не задавали вопросов, молча оттащив Лоранеша в соседние комнаты.

Их беспрекословная исполнительность казалась странной, конечно, но успокаивала.

Я открыла дверь перед незнакомцем, дернувшись от неожиданности в очередной раз. Передо мной оказался мужчина в боевых латах, украшенных драгоценными камнями и множеством мелких рисунков на блестящем металле. Но я мгновенно поняла, что уже видела эту широкоплечую фигуру.

Один раз — совсем недавно в видении сквозь стены, когда темные очертания незнакомца были малоразличимы, зато его голос с характерной присказкой «шивархан» не узнать было невозможно. А второй — далеко в прошлом, в Хальвейле Красного дожа. Да и здесь, в Стальном королевстве, подле Лоранеша очень часто появлялся этот мужчина с темными бровями и сильным квадратным лицом.

— Кто вы? — спросила, может быть, чуть резче, чем необходимо.

Незнакомец приподнял подбородок и вытянулся:

— Инхват Вельхатеш, Синий командир Спорыньи, первый и главный помощник Его Стального Величества короля…

И вдруг его голос оборвался. Взгляд первого командира личной стражи упал на серьгу в моем ухе.

По спине скользнул могильный холод.

Украшение я надела с единственной мыслью: чтобы исполнились слова умирающего Лоранеша и, может быть, сохранился баланс магии. Чтобы автар Земли и впрямь не исчез как факт.

Но как-то я не успела подумать о том, что говорить теперь его личным слугам. Особенно тем, которые были так близки с Его Величеством, что даже замышляли против Сициана.

Именно сейчас мне стало окончательно ясно, что Лоранеш уже очень давно планировал каким-то образом убрать с игровой доски фигуру Красного дожа. То, что он обещал мне лекарство от вампиризма Сициана, — лишь повод привязать к себе Иви, получив еще больше власти. Скорее всего, никакого лекарства не существует как факт. Именно Лоранеш, судя по всему, был тем, из-за кого в империи Огненной луны стало известно о «недуге» Сициана и началось восстание. Именно Лоранеш планировал убийство Сициана на празднике Каления, когда вместо него под воду провалилась я. И сейчас передо мной стоял человек, который все эти планы помог претворить в жизнь.

— Что… это значит? — произнес мужчина, стиснув зубы. И его острый взгляд тут же заскользил по комнате позади меня, безошибочно обнаруживая красный след на ковре.

Да, тело убрать удалось, а на кровавые разводы не хватило ни времени, ни сил.

— Это значит, что аватар Земли теперь я, — выплюнула в ответ низко и резко.

Отступать было уже некуда.

— Но… — пробормотал он, и в воздухе запахло землей и плесенью: командир собирался атаковать.

— На колени, — рявкнула, выпустив невидимое щупальце и обхватив им мужское горло. Одной рукой провела по воздуху, собирая с пола каменную пыль.

Террисы у меня на плечах весело запрыгали, чувствуя чаротвердную магию.

— Великая Иви! — воскликнул издали Тейноран. — Я помогу!

— Оставайся на месте, — бросила я, не поворачивая головы.

С этим делом нужно было справиться самостоятельно.

Я еще не очень хорошо могла воздействовать на камень, но мои силы однозначно выросли. А тяжелая серьга в ухе будто увеличивала чувствительность к земляному типу волшбы. От уха по всему телу будто невидимой змеей разливалось тепло… Будто со мной теперь был кто-то спокойный и незаметный, но очень сильный. Как Виншу.

Каменная пыль сложилась в несколько острых конусов и зависла напротив глаз Инхвата, которого одно мое щупальце уронило на колени. Второе завязало ему руки за спиной.

Да, я пока не представляла, как расшевелить пол или заставить камень сделаться жидким, словно вода. Но я могла управлять пылью и мельчайшими частицами.

Командир стиснул челюсти и широко распахнул глаза, брови зло сдвинулись, но он ничего не мог поделать. Он наблюдал за каменными иглами у своих зрачков, и я ощущала, как он пытается воздействовать на них своей магией, но у него не получается. Словно я была сильнее.

Сильнее!

Я ликовала.

Несколько мгновений пролетели в тишине, нарушаемой лишь тяжелым мужским дыханием. А потом он резко выдохнул и сдался.

— Что вам от меня надо? — спросил он, опустив взгляд.

— У вас есть слова присяги новому королю? Ты же помнишь, когда Лоранеш взошел на престол, ты наверняка читал их в тот день, верно?

Он качнул головой.

— Его Стальному Величеству три с половиной сотни лет, — ответил он, и я едва сдержала вздох. — Было, — добавил мужчина тише. — Я читал присягу, когда поступил к нему на службу еще совсем юнцом.

— Что ж… тогда повторяй ее для меня.

— Не стану, — процедил он с ненавистью. — У Стальной короны не должно быть королевы, только король! Как вам вообще удалось победить Повелителя? Он был великим магом!

— Ну что ж, значит, я еще более великий маг, не так ли? — приподняла бровь я. — И кто это тебе сказал, что у Стальной короны не может быть королевы? — фыркнула, сложив руки на груди. — Песчаный змей имел трех жен. Жен. А не просто избранниц.

Синий командир фыркнул.

— Змей мертв, мы не поклоняемся ему. И вы меня не заставите. Я приму смерть с честью, как мой Повелитель.

— Кому же вы поклоняетесь? — выдавила я. — Умбрисам? Духам тьмы?

Глаза Инхвата зло блеснули.

— Над стальными людьми нет высшей власти. Мы сами творим свою судьбу.

— Безбожники, короче, — хмыкнула я. — Но то, что вы не верите в своих же божеств, не означает, что их не существует, не так ли? И не означает того, что они не управляют вами.

Иглы у глаз командира продолжали напряженно висеть, но главе личной стражи до этого будто бы больше не было дела. Зато его губы что-то шептали, а умбрисы проявлялись на плечах и вокруг головы, ползая по воину и вонзая в него маленькие клычки.

Похоже, он увеличивал свою мощь за счет теней. У меня оставалось не так много времени, прежде чем придется снова выдерживать бой с опытным противником. И я, в отличие от него, обращаться к Тенемару за помощью не собиралась.

А значит, нужно было что-то решать. Если Инхват откажется присягать новому повелителю, я боюсь, мне будет проблематично просто выйти из своего дворца. Даже как Великая Иви я, увы, все равно не справлюсь с ротой солдат, особенно если часть из них будут чаротвердными магами.

И что тогда делать, если Инхват готов умереть, но не предать своего мертвого короля?

— Твой повелитель… — начала было я, но тут что-то произошло.

Земля задрожала. Воздух наполнился запахом пыли, мокрой земли, мхов и лишайников. А Инхват упал на задницу, пытаясь отползти к стене. Его полный ужаса взгляд был направлен четко мне за спину, и я сперва не хотела оборачиваться, опасаясь даже представлять, что там за новая пакость.

Каждый волосок на теле встал дыбом, но буквально через мгновение подул знакомый теплый ветерок, какой всегда появлялся рядом с фальмеритовой статуей.

Я так и не повернула головы, потому что мне было уже известно, кто там. Через мгновение все пространство разорвал могучий голос, от которого сотрясались кости:

— Твой мертвый господин предал наследие Подземных змеев. Генос Эсер Хейташи отныне прервался. Теперь лишь Великая Иви является последним носителем духа аватара Земли, и ты поклонишься ей, или через сутки все Стальное королевство умрет!!!

Я обернулась лишь в последний момент, заметив мощную полупрозрачную фигуру змея Виншу, возвышающуюся за моей спиной. В тот же миг она исчезла, лишь последний раз мелькнув блестящими глазами.

А я старалась не думать о том, что значат слова «через сутки все Стальное королевство умрет». Ведь Змей явно имел в виду военные действия, которые нужно остановить во что бы то ни стало.

Но никто не говорил, как это сделать.

Инхват медлил совсем недолго. А потом я услышала клятву, которая не могла быть ложной. Ведь слова повторяли те, которые совсем недавно произносил сам Лоранеш:

— Тьмой Подземья, синевой сапфиров, шепотом террисов и молчанием древнего змея. Белизной вековых костей, пеплом предков, соком терраники и мякотью камневика я, Синий командир Спорыньи, клянусь служить новому Повелителю Стального королевства…

Мужчина поднял на меня тяжелый взгляд блестящих глаз, продолжая:

— Новой Стальной королеве, Великой Владычице Стальной короны, Ее Стальному Величеству наместнице Теней, новой всаднице Черного Хуад Хе Александре Колдуновой.

В груди потеплело, а правую руку закололо. Я подняла ее, обнаружив, что по ладони вверх ползет какой-то рисунок. И, лишь приглядевшись, поняла, что это черный змей. Татуировка аватара Земли.

Он мелькнул маленькими синими глазками, будто подмигивал, и скрылся где-то у меня на груди под одеждой, словно его и не было.

Дыхание сбилось, я на миг замедлилась, зажмурившись. Позволив себе крохотную паузу, чтобы почувствовать.

Мне нравился Виншу. И ничего нового во мне не появилось, я поняла, что вместе с чаротвердной магией он всегда был внутри меня. Просто теперь эта сила будто обрела очертания и форму. Я ощущала под кожей доброе живое существо.

А еще в голову невольно закрадывалась мысль о том, что если чаротвердная магия собралась в единое целое, сделав меня аватаром Земли со своей татуировкой, то, возможно, так же могло бы произойти и с остальными стихиями.

Похоже, и Эфир, и Тиррес были правы. Я могла бы стать женой каждому из них, сделавшись любым аватаром. Могла бы быть и белым грифоном Вечного неба, и русалкой-кракеном — Великой эмирэссой Айремора. Просто я этого не хотела.

А Лоранеш не оставил мне выбора, умерев.

Вот только что теперь делать с его тяжелым наследием?..

— Что прикажете, Ваше Стальное Величество? — хрипло проговорил Инхват, склонив голову.

Его глаза больше не светились яростью, но в них была какая-то грустная неизбежность. Какая-то застывшая пустота.

Впрочем, его мне не было жаль ни капли.

— Говорить правду, — ответила тут же. Он поднял на меня темные глаза в ожидании.

— Лекарства от вампиризма не существует, так?

Он долго молчал, не сводя с меня мрачного взгляда.

— Я знаю, что ты посвящен во все дела своего бывшего повелителя, — добавила спокойно. — К тому же он теперь мертв. Так что нет смысла тянуть время и лгать.

— Я бы и не смог солгать, — качнул он головой. — После присяги. Вы отныне Повелительница земли. И моя жизнь в ваших руках, королева. — Он склонил голову. — Даже если это мне не по нраву, я — лишь ваш покорный слуга до самой смерти.

Он склонился еще ниже, хотя в массивных латах это должно быть ужасно неудобно.

— Лекарства от вампиризма не существует, вы все поняли правильно, — ответил он наконец, и внутри что-то упало, со звоном разбившись.

Наверное, так ощущается смерть надежды. И на этот раз не только для Сициана, но и для меня.

— Его Величество Лоранеш собирался с вашей помощью уничтожить империю Огненной луны. Айремор и Подлунный цветок вместе с Подземьем несколько недель назад подписали тайное соглашение против Красного дожа, в котором его государство поделено между тремя державами. При этом Стальная корона в союзе с Великой Иви является ведущей стороной и получает максимальное количество ресурсов.

— Поэтому Лоранеш объявил войну? — тише спросила я.

— Да, — кивнул Инхват. — Против Огненной луны выступят все трое, державы давно готовились к наступлению, все силы уже несколько недель как подтянуты к долине Персиковых цветов, включая хищных разумных зверей. При этом в огненной империи развязан внутренний конфликт, чтобы он не успел задействовать все войска к сроку. И гарантированно проиграл. Мы сотрем с лица земли всех чарогненных колдунов. Раз и навсегда. Они уже не смогут оправиться, и империя Огненной луны перестанет существовать. Как и огненные драконы.

По позвоночнику будто скользнула ледяная лента с острыми снежными шипами.

— Ужасный план, — дергано ответила я. — И как это все предотвратить? Теперь Повелитель Земли — я. И я хочу отозвать объявление войны.

— Это невозможно, — хмыкнул командир, словно учил неразумное дитя.

— А если мы отзовем войска Стальной короны? Просто заберем их, и все?

Он нахмурился.

— Тогда мы разом разрываем соглашение с Айремором и Подлунным цветком. Они останутся драться с Красным дожем без нас. Затем события могут идти по двум путям. Первый: союз держав побеждает, а после они приходят к нам и на основании разорванного соглашения требуют возмещения ущерба, лишая нас огромных ресурсов. Либо побеждает Райя-нор, и после этого уже он приходит к нам, либо стирая нас с лица земли, либо превращая в ресурсный придаток Огненной луны.

Я хлопнула себя по лбу, закрывая глаза ладонью.

— Блестяще, просто блестяще, и сколько осталось времени до начала военных действий?

— Чуть меньше суток.

— Ох, — выдохнула, на миг закрыв глаза, а затем направилась к выходу, накидывая на плечи один из плащей, что полагались мне в качестве одежды. — Идите за мной, синий командир Спорыньи. Тейноран, Тифия, Шелл! Вы тоже.

Я не знала, что планирую делать. Но сидеть в своем дворце тоже был не вариант. Наверное, я думала, что надо скорее добраться до поля боя, увидеть командиров своими глазами, может быть, встретиться с остальными аватарами.

Но события повернулись совсем иначе. Едва каменные двери распахнулись, как на пороге я увидела мертвое тело — женщину, изо рта которой медленно шла синеватая пена.

Однако спасать ее было уже поздно: я чувствовала, что ее жизнь уже ушла.

— Майиса, — тут же прошептал Тейноран, опустив свою мощную фигуру рядом с ней на колено. Пощупал ее лоб, шею, сгиб руки и проговорил: — Мертва. Отравлена. Причем совсем недавно. И похоже, шла к вам, прекрасная лаурия, возможно, чтобы что-то сказать.

Инхват вынул из сапог два тонких кинжала с длинными черными лезвиями, похоже — каменными. И стал оглядываться по сторонам. Но, никого не обнаружив, посмотрел на меня, как и остальные трое присутствующих.

Все ждали приказа от аватара Земли.

От меня.

Что ж…

— У меня есть план, — проговорила резко и махнула рукой в сторону заброшенной пещеры Подземного змея.

Как только эта мысль оформилась у меня в голове, я поняла, что нужно было сделать это гораздо раньше, и тут же направилась вперед, к лестнице в квадру.

— А что делать с телом Майисы? — спросил хрипло Тейноран позади меня. Я стала двигаться так быстро, что мои спутники не сразу поняли: их госпожа уже ускакала вперед.

— Не трогайте, — махнула рукой, — нам сейчас не до нее. Нас ждет кое-что более интересное у статуи фальмеритового Виншу.

— Заброшенная пещера? Но что там? Там темно и… недружелюбно, — пискнула Тифия, едва поспевая за остальными. Инхват, наконец, спохватился и стал гордо шествовать впереди, венчая нашу странную процессию.

— Тело Майисы натолкнуло меня на мысль, — начала я объяснять. — Если по какой-то причине она только что была убита, значит, вероятно, о ее смерти осведомлены еще не все члены ордена. И это несмотря на то, что, скорее всего, заказ на убийство поступил именно от них. Похоже, женщина хотела о чем-то сообщить мне… Возможно, она тоже не выполнила какой-то приказ Ордена… Неважно, главное, что у нас есть немного времени.

— Но для чего? — раздался недоуменный вопрос.

— Майиса — предатель, — начала было я объяснять, словно этого было достаточно. Но никто явно не понимал, к чему я клоню. — И этот предатель часто посещал логово Зрящих.

При слове «Зрящие» командир личной стражи короля бросил на нас напряженный взгляд через плечо, но спрашивать ничего не стал.

Он должен быть в курсе существования тайного Ордена. Правая рука короля вряд ли чего-то не знает.

— Вы хотите найти нашу банду, Великая Иви? — ахнула Тифия, чуть нервно оглядываясь по сторонам, словно ее все еще могли узнать и убить. Но теперь это уже не имело значения, ведь мы сами шли в сердце логова врага. — Но как?

— Майиса передвигалась червями, — пояснила я, взглянув через плечо на мрачнеющего Тейнорана. Он как раз, похоже, стал осознавать, к чему я веду.

— Я следил за ней, — проговорил он через некоторое время. — И она ходила в заброшенную пещеру примерно раз в два дня. И сегодня… как раз второй день.

— Значит, червь будет ее ждать, не так ли? — предположила я, поймав тяжелый взгляд шеррия. — А если не будет, то мы его вызовем. Это все еще возможно, вряд ли червю Майисы уже успели отдать приказ не приходить за ней.

— Вызовем заклинанием? — ахнула Тифия. — А если явится не тот червь? А если не явится, а если…

— Вот скоро и посмотрим, — хмыкнула я, отчего-то уверенная в том, что все получится.

Через четверть часа мы были внутри темного пространства с черной водой и фальмеритовой статуей, которая, казалось, смотрела только на меня. И мне хотелось улыбаться в ответ.

Здесь было значительно меньше умбрисов, чем прежде, и тьма уже не казалась столь непроглядной, как прежде. Фосфоресцирующие грибы и светящиеся кристаллы на стенах неплохо освещали пространство, создавая совершенно волшебное впечатление от этого заброшенного храма. Стали видны рисунки на стенах и на полу, сделались явными кольца на сталактитах, переливы золота на сталагмитах и разноцветной каменной инкрустации вокруг.

Зато теперь я слышала… голоса, которых не было раньше. Голоса теней… и чем глубже я проходила в пещеру, тем настойчивей они становились:

— Здравс-с-ствуй, И-и-в-и-и…

— Представляеш-ш-шь, из-за тебя нас-с-с выгнали…

— Но мы вс-с-се равно…

— … рады ви-и-идеть тебя-я-я…

— Хочеш-ш-шь крови, Иви-и-и-и?..

— Укус-с-си свою с-с-служанку, Иви-и-и…

— С-с-служанки должны с-с-служить с-с-своей гос-с-споже до с-с-самой с-с-смерти, Иви-и-и-и…

— Укус-с-с-и-и-и…

— Укус-с-с-и-и-и…

— Укус-с-с-и-и-и…

И с каждым их словом мне все сильнее хотелось пить. Нет, они не влияли на разум. По крайней мере, я на это надеялась. Но если сказать путнику, испытывающему жажду, мол, вот она перед тобой — вода, то он нет-нет да и задумается над тем, чтобы ее глотнуть.

Я дернула головой, отгоняя ужасные мысли, а затем остановилась на той стороне побережья, где однажды мы уже видели Майису.

— И что вы планируете, Ваше Величество? — наконец спросил Инхват, осмотрев помещение с изрядной долей презрительности и скепсиса. Красота Подземного змея, похоже, его не впечатлила. — Червей умеют вызывать лишь очень сильные чаротвердные колдуны. А вызвать червя вне зала Тысячи путей — это вообще невозможно.

— Почему же? — не поняла я.

— Потому что червь должен быть приучен, — легко ответил командир. — А все приученные черви живут возле залов Тысячи путей. Там для них созданы загоны, там их дрессируют и магически изменяют. Дикий червь никогда не явится на зов.

— Так тут и не должен быть дикий, — кивнула я. — Все говорит о том, что у членов ордена Зрящих есть свои прирученные особи, которыми они и пользуются. Именно поэтому ко мне обязан явиться тот червь, который много дней уже приходил именно сюда на зов Майисы.

— Свои прирученные черви? Это, мягко говоря, крайне маловероятно. Чтобы приучить червя, нужно обладать чаротвердной силой уровня аватара, — хмыкнул Инхват. Похоже, он ничего не знал о том, как работают фуртумы и какой силой они наделили Синицу. Я старалась об этом не думать.

Расположила руку над водой и произнесла громко и четко, выплескивая из центра ладони как можно больше чаротвердной магии:

— Вермис!

Понятия не имела, как это делать на самом деле, но именно так колдовал Лоранеш, а я запомнила. И едва слово сорвалось с губ, как серьга повелителя земли словно немного зашевелилась в ухе. Появилось легкое ощущение, будто от мочки по шее скользит что-то теплое, затем переползает на грудь и с груди по руке — к кончикам пальцев, срываясь затем в воду…

Время будто замерло. Ничего не происходило около трех минут, и вся наша пестрая компания напряженно стояла возле озерного берега, не говоря ни слова.

С каждым мгновением напряжение все сильнее росло, а Инхват уже многозначительно задирал глаза к потолку пещеры, намекая, что ничего у меня не вышло.

Однако, когда он уже хотел что-то сказать, стены пещеры начали передавать тихий гул и подземный скрежет.

— Не может быть, — ахнул командир стражи.

Тейноран улыбнулся, бросив на Инхвата торжествующий взгляд, и затем сказал:

— Не стоило сомневаться в нашей прекрасной лаурии и Великой Иви, ничтожный неверующий человек.

— Что ты?.. — начал было злиться командир, но в этот миг из воды выглянула мощная морда в меру большого мокрого червя. Он осмотрел каждого из нас маленькими глазками, расположенными по бокам головы, и зашевелил длинными кожистыми усами, которые совершенно непонятно как умудрились уцелеть при прогрызании червем земляных тоннелей.

А может, он и не грыз их вовсе, а ходил по уже готовым…

В общем, на вид в нашем новом знакомце было метров двадцать, и создавалось впечатление, что он легко может проглотить десяток человек. Это наталкивало на определенные мысли…

Я на миг замерла, доставая из-за пазухи терциан Спорыньи. Треугольная монетка сверкнула в воздухе, привлекая всеобщее внимание.

Глаза синего командира значительно расширились при виде этого знака особого расположения ко мне погибшего Лоранеша.

— Возьми, — протянула Тейнорану. — Пойдешь прямо сейчас с машейром за подмогой. В гарнизоне Спорыньи тебе должны выдать десяток воинов. Вернетесь с ними этим путем, вызовите червя и догоните нас. Среди личной стражи короля наверняка полно достаточно мощных чаротвердников, чтоб обращаться к червям.

— Нет! — ахнул шеррий, отчаянно замотав головой. — Ни в коем случае, прекрасная лаурия, прошу простить за дерзость! — Он упал на колени и склонил голову, выставив перед собой блестящую монету. — Заберите ваш дар, прошу, я хочу пойти вместе с вами! Пусть премудрый синий командир привлечет к миссии своих товарищей, а я должен быть подле вас и жизнью своей защищать вашу безопасность!

«Премудрый» командир нахмурился, уловив в словах мощного слуги иронию, но ничего не сказал.

— Мне может понадобиться магическая поддержка, — пояснила я спокойно, поднимая Тейнорана с земли. — Да что там «может» — точно понадобится. А в Спорынье — триплексные маги, и их помощь крайне важна, поэтому я очень надеюсь на тебя, Тейноран.

— Но, прекрасная лаурия! — завыл шеррий. — Вдруг мы не успеем? Вдруг не сможем вызвать червя второй раз?

На этот раз покачал головой Инхват:

— Королева была права: каждый воин Спорыньи способен вызвать червя. Среди нас нет слабых чаротвердников. Если вызвать червя возможно, а мы увидели, что это так, то это получится и у вас.

Еще несколько мгновений шеррий громко сокрушался.

— Ну оставьте себе хотя бы машейра! — воскликнул он. Я перевела взгляд на кота, а тот невозмутимо сидел рядом, нализывая лапу со скучающим видом.

После слов Тейнорана кот бросил на меня короткий взгляд и снова отвернулся.

Я хмыкнула.

— Машейр не поедет в черве. Он просто не даст себя проглотить, поэтому идите.

С горем пополам мне все же удалось отправить прочь из пещеры Тейнорана на спине песчаного кота, и мы с Тифией и Инхватом остались наедине с огромным червем.

Я же повернулась к длинному мокрому зверю и проговорила, стараясь погасить врожденное отвращение к склизким жутким тварям:

— Ты возил в себе женщину по имени Майиса?

Едва я задала этот вопрос, как Инхват приподнял бровь и с непониманием воззрился на Тифию. Но та на него только шикнула.

Червь молчал, шевеля хвостом и внимательно на меня глядя.

— Майиса? — повторила я. — Женщина с длинными темными волосами приходила сюда каждые два дня?..

— Вы думаете, что шайка безмозглых заговорщиков этого червя еще и говорить обучила? — хмыкнул Инхват, явно не выдержав. — И считать?

Пещеру наполнил его тихий смех. Тифия нахмурилась, махая на него тонкими ручками.

— Иви обладает даром говорить со зверями! — шикнула она на него сквозь зубы. — Стойте тихо, если у вас у самого не хватает мозгов понять, что происходит!

Инхват широко открыл глаза, явно желая что-то ответить на оскорбление, но только молча перевел взгляд на меня. Похоже, командира личной стражи короля Сапфира еще никогда не обижали так часто за такой короткий промежуток времени.

Впрочем, столь много нового за тот же промежуток времени он тоже еще не узнавал.

— Ну, отвечай, — шепнула я, чувствуя, что от червя не приходит в ответ даже малейшего сигнала понимания. Может, он и впрямь слишком глуп для общения? Все же червь, а не…

— Май, Май, Май, — закивал ползучий зверь, его усы активно задергались в воздухе.

— Что? — не поняла я. — Майиса? Ты вспомнил, как возил ее? Помнишь куда?

— Май, Май, Май, — повторил червь, еще сильнее кивая. — Май, Май, Май-и-са. Май-и-са…

— Ну вот, все он помнит, — радостно воскликнула я.

— Что он сказал? — не верил своим глазам Инхват. — Ничего не слышно, только какое-то бульканье.

— Он сказал «Майиса», — подтвердила я. — Думаю, это все же значит, что он ее возил. Поэтому не будем терять время.

Снова посмотрела на червя и спросила:

— Отвезешь нас туда, куда ты возил ее?

Маленькие глазки блестели, а через пару мгновений их хозяин снова закивал большой головой.

— Май-и-са, Май-и-са, Май-и-са.

А потом просто открыл свою большую пасть, куда, чуть согнувшись, мог пройти, словно в тоннель, любой человек.

— Ну вот, это явно приглашение, — хмыкнула я, разглядывая мощную пасть, в которой, к счастью, совершенно не капала слюна, и зубов в ней тоже не наблюдалось. Только длинный тонкий язык да множество щетинок со всех сторон.

— Быть этого не может, — прокомментировал Инхват. — Ни разу не видел, чтобы черви реагировали на человеческую речь, а не на команды заклинаний. Обычно цель им назначается с помощью заклятий и долгих тренировок. Они должны запоминать только те места, к которым привязаны слова-ключи… Но раз на этот раз все иначе, давайте посмотрим, куда этот странный червь нас привезет.

И первым шагнул в беззубый рот.

Недолго думая, мы с Тифией завершили процесс, и пасть червя захлопнулась.

В прошлый раз, когда я совершила подобную поездку, в памяти мало что осталось, кроме страха и отвращения. Теперь же я обнаружила, что внутри у червя довольно много места, а поверхность его желудка была шершавой и вовсе не такой мерзкой, как предполагалось. Да, местами стенки покрывала легкая слизь, которая чуть светилась, но нас не сдавливали, не пытались переварить и не прижимали друг к другу. Мы сумели рассесться внутри, словно в небольшом чулане для швабр. А когда червь менял положение и двигался, мы не падали друг на друга, словно в желудке зверя сохранялась стабильная горизонтальная гравитация.

— Магия? — спросила я негромко, и звук моего голоса был непривычно глухим в этом влажном месте.

— Чаротвердная, — хмыкнул Инхват, кивнув. — Как можно было бы догадаться. Имитирует притяжение земного ядра.

Тифия сидела тихо, до поры до времени не издавая ни звука. Ее глаза были широко раскрыты, и ей явно не нравилось происходящее.

Время шло, делать было нечего, и я в шутку спросила у нервно жмущейся непонятно к кому девушки:

— Ну что ты никак не расслабишься, чай понравился тебе наш синий командир, да?

Инхват кашлянул в кулак, и даже в темноте стало видно, что он краснеет.

Тифия возмущенно выдохнула:

— Ну что вы такое говорите, Иви!

— А что, Инхват вон первый воин в Спорынье! Наверняка славный малый, да?

Подмигнула командиру, и он еще сильнее покраснел, но все же ответил:

— Благодарю за добрые слова, Ваше Величество. Но вряд ли я их заслужил.

И отвернулся. Зато больше не смотрел на меня со скепсисом и недоверием. Ну хоть какой-то плюс.

— Я, знаете… — замямлила вдруг девушка, — не могу ни в кого влюбиться.

— Это еще почему?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Не нравится никто. И никогда особо не нравился.

— Как же это может быть? — не поверила я.

— Ну, много лет назад нравились. Когда я жила в Подлунном цветке. А потом — все. Как отрезало. Словно сердце у меня, ну… там осталось. Дома.

Это уже было совсем грустно. И когда я вспомнила вентуса, который отрекся от девушки, сложилось впечатление, что ее слова могут иметь более глубинный смысл, чем кажется.

Но пока я об этом размышляла, Тифия внезапно продолжила, нервно схватившись за светлую часть своих волос. Сегодня ее прическа была разделена на два низких хвоста: один — черный, другой — белый, с голубоватым оттенком. И вот, пока она говорила, я вдруг начала замечать, что белые пряди, что она методично заплетала в косу, начали едва заметно светиться.

— Я влюбилась всего один раз. Много лет назад. Тогда в столице был праздник, и прямо на площадь с неба опустилась большая белая карета, которую держали на себе вентусы.

Я невольно улыбнулась, вспоминая эту карету. Она действительно могла произвести неизгладимое впечатление на простую девчонку из бедного района.

— Но меня поразила не она. А мужчина, который из нее вышел, — продолжала Тифия, глядя куда-то в темную пустоту перед собой. — С длинными белыми волосами, в которых словно запуталось солнце, в белоснежных одеждах… Он улыбался, проходя мимо толпы, и ему под ноги бросали цветы.

— Ты видела султана Эфиррея? — спросила я, приподняв брови и с удивлением ожидая, что сейчас будет новость, которая поразит до глубины души. — Неужели?..

— Да, я влюбилась в него с первого взгляда, — кивнула Тифия, и ее плечи поникли. — Но он же султан. А я… никто.

— Так себе ситуация, — кивнула в ответ, мрачнея.

— Проблема была в том, что мне никак не удавалось выкинуть его из головы, несмотря на то, что я понимала: это просто пустая влюбленность, временная. Но она никак не проходила. Отчасти потом из-за этого я и покинула Подлунный цветок без особого сожаления. Мне хотелось быть подальше от повелителя, до которого — целая пропасть.

— Не могу сказать, что в этом не было смысла, — со вздохом ответила я. — Любить иногда тяжело. Особенно если это любовь к аватару стихии…

Я обняла служанку за плечи, и так мы двигались дальше в полном молчании. Постепенно ее волосы перестали быть еще более странными, чем обычно, и все будто бы успокоилось.

Путь был недолгий. Мы выбрались из нашей в меру слюнявой повозки уже минут через десять. Червь просто выплюнул содержимое своего желудка на каменный пол и отполз чуть в сторону, послушно ожидая приказа.

А вокруг… не было ничего. Лишь огрызок озера, уходящего под землю, и темная, как ночь, пещера.

— Майиса приходила сюда? — удивилась я, посмотрев на червя. — Ты привозил ее именно сюда?

— Да, да, да, — подтвердил зверь.

— Но тут ничего нет. Может, она уходила затем куда-то?

— Хуад, Хуад, Хуад, — пробормотал червь что-то новое и невнятное.

— По-моему, он сломался, — фыркнула Тифия. — Ну что еще ожидать от беспозвоночного.

— Ну и где логово? — приподнял бровь Инхват.

— Червь не отвечает, — покачала головой, нахмурившись и оглядываясь по сторонам.

— Еще бы он ответил. Он же червь, — буркнул командир. Я не обратила внимания на его ворчание.

— Майиса, — повторила для зверя. — Ты привозил ее сюда и забирал отсюда?

Червь кивал.

— Тогда почему тут ничего нет? — попыталась я снова поговорить с кольчатым чудом.

— Хуад… Хуад… Хуад…

— Ты вообще понимаешь меня или просто повторяешь какие-то слова? — Где-то внутри начало просыпаться раздражение… и страх. Червь качал головой вниз-вверх, а его усы дергано шевелились в пространстве.

Вдруг он привез нас в никуда? И сейчас уползет восвояси, а мы никогда отсюда не выберемся? Или вдруг это какая-то ловушка?..

Вокруг нас не было ничего, кроме огромного тоннеля, ведущего во тьму. Вот только я была уверена на тысячу процентов, что он не закончится логовом Зрящих. Стоило приложить пальцы к полу и закрыть глаза, как я вполне четко начинала видеть бесконечные разветвления пещер на многие километры впереди. И нигде ни намека на людей.

Чаротвердная сила росла, этот фокус не доставил мне ни капли неудобств.

— Может быть, червь обманывает вас, повелительница? — с поклоном и явным недоверием ко мне спросил Инхват. — Черви — существа довольно тупые, очень странно ждать от них информации. Они лишь…

— Ой, закройте рот, синий командир! — воскликнула Тифия, всплеснув руками. А затем поспешно добавила: — Я извиняюсь, конечно! Но вы должны доверять Великой Иви и вашей новой повелительнице! Если она сказала, что червь может говорить, значит, так и есть!

Я вздохнула. Мне уже и самой не верилось, что удастся добиться чего-то от этого средства подземного передвижения.

— Подумай еще раз, — тихо попросила я червя, подойдя поближе, и, пересилив себя, погладила его по громадной морде. Усы зашевелились. — Может, все же ты знаешь, где место, куда ходила Майиса?.. Тут-то его точно нет…

— Хуад, хуад, хуад, — повторил червь, ухая, словно филин.

— Ну, что он говорит теперь, по-вашему? — спросил тогда Инхват, сложив руки на груди. — Я снова ничего не слышу, кроме его утробного бульканья.

— Он говорит «Хуад», — устало выдохнула я, боясь, что задуманная затея провалилась, так и не начавшись.

— Хуад? — приподнял бровь командир и потер кустистые брови. — Хуад Хе?

И перевел мрачный, но удивленный взгляд на зверя.

Усы червя зашевелились активнее.

И я повторила за командиром, вопросительно глядя на животное:

— Хуад Хе?

Червь переполошился, задергал длинным хвостом-телом и тоже повторил:

— Хуад, хуад, хуад… х-х-х-е.

— Он сказал «Хуад Хе»! — выдохнула я, переведя взгляд на Инхвата, чувствуя, что уже слышала это слово. И не раз!

Лоранеш имел титул «всадник черного Хуад Хе». И теперь этот титул принадлежит мне, как новой Стальной королеве. Но что, укуси их машейр, это значило?

— Хуад Хе — это огромный подземный червь, по легендам носивший в себе целый город, — задумчиво протянул Инхват. — Вроде как на заре веков на Хуад Хе катался сам король теней в своей колеснице, рассылая умбрисов по всему Подземью. Но это лишь легенда.

— Король теней? — переспросила я. Похоже, так тут звали Тенемару. И, видимо, именно он ездил в колеснице на черном Хуад Хе, что тащил внутри своей утробы целый город.

— Да, мы не упоминаем его, чтобы не навлечь на себя его внимание, — пожал плечами Инхват. — Интерес короля теней высасывает жизнь так же, как его дети — умбрисы — забирают молодость взамен на могущество. Но все это не имеет никакого отношения к тому, что мы здесь делаем. Это лишь легенды.

— Легенды… — повторила я задумчиво, продолжая гладить червя, который проявлял явный восторг по этому поводу. Как будто его и вовсе никогда не гладили. — А что, если логово Зрящих тоже находится во чреве какого— нибудь огромного червя? Тогда становится ясно, почему Лоранешу не удавалось обнаружить это логово много лет. Оно просто— напросто передвигается.

Инхват выглядел пораженным.

— Хуад, хуад, хуад… х-х-х-е, — тут же повторил червь, активно трясь о мою ладонь.

— Но как же нам тогда их найти? — всплеснула руками Тифия.

— Не знаю, — выдохнула я расстроенно, а потом снова погладила червя.

— Ну, может, вы опять попросите этого червя довезти вас куда надо, — с нотой иронии и какого-то затаенного ожидания спросил Инхват. — Раз у вас получается такой замечательный диалог без капли логики… и магии.

Вместо того чтобы отреагировать на издевку, я тут же попросила:

— Отвезешь нас к пасти Хуад Хе? — и поднялась ладонью к морде зверя, погладив возле глаз.

Червь вдруг зажмурился, впервые за разговор.

— О, мое сердце. Он глаза закрыл, — охнул Инхват и как-то весь сдулся.

— Что? Что это значит? Он хочет напасть? — ахнула в ужасе Тифия.

— Нет, но черви никогда не закрывают глаз, если только они не роют тоннели. Так они следят за хищниками вокруг, друг за другом и за еще более крупными сородичами, — пояснил Инхват. — Полагаю, что, закрывая глаза, они выражают… доверие.

Я улыбнулась. В какой-то момент вдруг оказалось, что все отвращение ушло. И теперь большой глазастый хвостик казался мне очень даже симпатичным.

— Значит, мы действительно подружились, — прокомментировала я. — Ну так что, отвезешь нас к Хуад Хе?

Червь жмурился— жмурился, а потом совсем по-человечески вздохнул, и усики его опали.

— Не знает, не знает, не знает… — донеслось из глубины его утробы.

Я устало потерла переносицу.

— Ну что там у вас? — нетерпеливо спросил Инхват.

— Он не знает, куда ползти.

Командир резко опустил руки, хлопнув себя по бокам, и отвернулся.

— Ладно тебе, не расстраивайся, — тихо ответила я червю. — Ты же не виноват.

В этот момент с плеч раздалось звонкое:

По обеим сторонам от моей головы плясали, подпрыгивая, два терриса. Один зеленый, другой голубоватый, с серыми прожилками.

— Прокатить— то будет рад, но куда катить? — спросила я духов. — Может, вы знаете?

— В озера?.. — ахнула я, глядя за спину червю. Ведь тот снова выплюнул нас не просто в просторах очередной каменной пещеры, а на побережье нового подземного озера. Он двигался через дно водоемов, воды которых скрывали норы. Может быть, это еще одна из причин, почему о Хуад Хе никто не знает, как и об этом дрессированном черве, который не имеет никакого отношения к залу Тысячи путей. Их всех скрывала вода!

Получается, эта тайная сеть может привести нас туда, куда нужно.

Я сняла с шеи талисман Премудрости, подошла к краю озера и опустила его в воду. Мелькнула магия изменения формы, иллюзия слетела, и я увидела в прозрачных голубоватых бликах жемчужину в серебряной оплетке.

В тот же миг, расплескав ведро брызг, передо мной возник блестящий, как золотая игрушка, Бро.

— Ну наконец-то, человечина, я уж заждался! Не можете вы без моей премудрости, вот как червяка съесть, не можете!

Большой червь на побережье зашевелил усами. Возможно, даже возмущенно.

— Ой, я не этого червяка имел в виду! — тут же переполошился палтус, отплыв от подземного чудища на приличное расстояние. — Был неправ, вспылил. Так чего у вас случилось, мои хорошие? Что лица такие вытянутые, словно пиявок объелись?

— Да, язык у тебя короче не стал, — фыркнула я, протянув руку и попытавшись почесать Бро за пузико.

— Он стал только длиннее! — радостно добавил рыб. — Как и еще кое-что, но об этом потом. Сперва дело!

Я только охнуть успела от таких рыбьих шуток, а потом все же рассказала о нашей проблеме.

— О! Где норы громадного червя, я, конечно, знаю, — кивнул палтус. — Ты меня не вызываешь, но плаваю-то я все равно везде, где хочу. Половину Подземья уже исплавал, плавниками клянусь. Один раз даже видел эту пакость размером с левиафана.

— Левиафана⁈

— Ну, дракона морского, многоголового, — пояснил Бро. — Я тут поболтал с другими рыбами, которых, скажу тебе, тут раз два — и обчелся. Так вот они говорят, что раньше по-другому все было. И рыб было больше, и магия разливалась в мире бесконечными океанами, даруя жизнь везде и всюду. А аватары воды могли в левиафана обращаться. Но в некие темные времена появился дрянной культ людишек, которые не могли колдовать и завидовали чаромагам. Тогда начались нападения и убийства. И вроде всех носителей духа левиафана уничтожили те идолопоклонники и язычники.

Я вспомнила историю о членах культа Зрящих. О том, что прежде были аватары озер, рек и ручьев, аватары лесов и полей. Но их всех убили, оставив лишь сильнейших, которые были не по зубам носителям фуртумов.

Теперь, похоже, этот культ активно возрождался, и не без помощи Церра. Если прежде им почти полностью удалось стереть с лица земли всех аватаров, то реальная мощь запретного символа, высасывающего магию, и впрямь была почти безгранична.

А Тирр… Его татуировка — единственная из всех автаров не имела живой формы. Это были водоросли, дышащие, танцующие и волнующиеся, словно море, которое их породило. Словно сам Тиррес. Получается, предки моего эолана могли обращаться в левиафана? Ему же досталась лишь мощь Кракена и красота русала.

Сердце кольнуло, стоило вспомнить того, кого звали моим учителем. Кто разделил со мной магию воды. Хорошо хоть, у него не было проблем с поиском невесты. Русалок в Айреморе много, это проклятым и неугодным обществу ликом Кракена обладала лишь я одна.

— После этого и рыбы разделились со своими сородичами, и некоторым даже пришлось скрыться в Подземьях, — продолжал палтус, пытаясь плавником стереть скупую невидимую слезу с глаза. — С тех пор они много веков пытаются выжить среди ядовитых болот и серных миазмов… Хорошо, что мне это все нипочем!

— Спасибо за историю, Бро, но ты отвлекся от темы, — вздохнула я. — Где червь ордена Зрящих? Мы же должны наказать тех, кто обрек твоих сородичей на такое ужасное существование.

— О! Конечно! Ты сможешь да, человечина? Ой, ты всегда мне нравилась, я говорил? И, между прочим, — направил он поток своего словоблудия на остальных присутствующих, — не такая уж она и глупая, как кажется на первый взгляд, честное слово!

Я хлопнула себя по лбу. Инхват делал вид, что ничего не услышал, но почему-то довольно улыбался, а Тифия смешно хмурилась, уперев руки в бока.

— В общем, я покажу дорогу, — тут же добавил Бро. — Без премудрого палтуса вам никуда, так что запрыгивайте в глотку к этому добряку-здоровяку, дорога предстоит нелегкая!

Я подошла к червю, снова погладила его по голове и шепнула:

— Следуй за палтусом Бро, хорошо? Отвези нас туда, куда он покажет!

Червь уткнулся головой мне в ладонь так, что я едва не свалилась на пол, активно зашевелил усами и забулькал:

— Да, да, да.

А затем широко раскрыл пасть, куда мы тут же и забрались. Только Инхват замыкал строй, бубня себе под нос:

— Где это видано, чтобы червей о чем-то просили? Уму непостижимо…

На этот раз дорога оказалась значительно дольше, и в узком темном желудке червя мне уже начало казаться, что мы не выберемся отсюда никогда. Однако выплюнул дружелюбный хвостатый нас возле высокого тоннеля метров в шесть высотой и шириной. Вот только стоило ступить на берег озера, через которое червь сюда и попал, как оказалось, что тоннель — вовсе не то, чем кажется.

На самом же деле это огромная распахнутая пасть, застывшая в неподвижности. А внутри — огни магических лампад и тихие разговоры членов ордена Зрящих, сидящих за низкими столами скрытой ото всех таверны. По крайней мере, я надеялась, что это именно члены ордена и мы, наконец, там, где нужно.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Тифия и Инхват рядом со мной в ужасе и напряжении затихли.

Мы были на территории врага, и нас могли заметить в любую минуту. Я тут же махнула синему командиру, чтобы скрылся с глаз и ждал приказа где-то здесь, в сторонке. Бро тоже послушно исчез в амулете.

— А ты пойдешь со мной и представишь меня как богачку, сбежавшую из дома и жаждущую вступить в ряды ордена, — шепнула я Тифии, глаза которой от страха становились все больше.

— Что?.. А вдруг вас узнают? А меня?.. Я же не прошла испытание!

Она мгновенно стала белой как мел.

— Будем надеяться, что моей магии кое на что хватит, — пожала плечами я. — Главное — добраться до Рыжей синицы. А дальше… Может, и войну удастся остановить, когда я представлю ее остальным аватарам и скажу, кто воздействовал на разум Лоранеша.

Тифия закрыла лицо руками, затем глубоко вздохнула и кивнула, встряхнув ладонями, пытаясь совладать со страхом.

— Я обязана вам жизнью и свободой. Сделаю все, как вы скажете, Великая Иви!

Шикнув на нее, чтобы не шумела, я шагнула к червю.

— Вернись к озеру в пещере Подземного змея, — приказала тихо, поглаживая снова усатую морду. — И привези сюда одиннадцать человек и песчаного кота, которые будут ждать тебя. Скажи, что мы уже внутри, пусть атакуют всех.

— Всех, всех, всех, — ухал червь.

— Ой, я же и забыла, что ты не можешь нормально говорить, — нахмурилась я, а потом достала из кармана ту серьгу гаруспика, которую подменила серьга аватара Земли. Десяток камней, скрепленных в форме ромба, красиво поблескивал на ладони. — Отдай это Тейнорану, смуглому здоровяку с лысой головой и тремя косичками. Сможешь?

— Тей, Тей, Тей, — закивал червь, одним усом обхватил серьгу и скрутил ее в спираль, надежно спрятав украшение.

Я снова погладила червя, направляя в него ту теплую чаротвердную силу, что струилась у меня под кожей. Не верилось, что он действительно все понимает, но выглядело именно так.

— Иди.

И червь мгновенно послушался, кивнув большой головой. Нырнул в воду и скрылся.

Инхват уже пропал из виду, каким-то образом мимикрируя под окружающий ландшафт. А мы с Тифией двинулись к входу в таверну, развернувшуюся в огромном Хуад Хе…