Ты мне больше не нужна (СИ)

Глава 26

АЛИНА

– Мама, смотри, что я нарисовала, – чуть не сбивает меня с ног, показывает мне рисунок Ава.

Смотрю на белый лист бумаги, на котором нарисовано, что-то похожее на Шрека.

– И что это? – спрашиваю малышку, сама пытаясь догадаться, кого изобразила дочь.

– Это дядя Натан, – отвечает Аврора с таким довольным видом.

– А почему он такой зелёный? – сдерживаю рвущийся наружу смех.

– Он такой же красивый, – выдаёт Ава.

Прыскаю со смеха. Такой же красивый! Слышал бы сейчас эти слова Натан! Но его сегодня нет в доме, в последнюю неделю о появляется всё реже. Но когда он здесь, я каждой клеточкой своего тела чувствую его взгляд на себе! Долгий, задумчивый. Головой понимаю, что никаких чувств между нами не может быть, но то, как он смотрит, наводит на другие мысли!

Мы уже месяц живём с Авророй в доме Натана. За это время произошло много событий.

И самое главное из них было согласие Синицина на развод и моя опека над Авророй! Дочка останется со мной! Синицин даже не сопротивлялся, уж не знаю, что на него так повлияло, сам он решил или родители распорядились, мне было всё равно! Главное Ава со мной!

Арина находится под следствием! Натан решил действовать законно. К сожалению, меня с Авой это не обошло стороной, вскрылись подробности всей истории! Я даже испугалась, что и мне будет грозить наказание, но нет, Екатерина Михайловна успокоила меня, сказав, что я потерпевшая сторона!

Ещё одно главное событие произошло неделю назад! В дом к Нану приехала наша с Ариной мать! Встретила я её в смешанных чувствах. Обида, злость и недоверие, всё это бурлило во мне вулканом!

Мы проговорили с ней больше трёх часов! Мама много плакала, мне же было страшно, что вновь может случился сердечный приступ. Она клялась, что всегда любила нас одинаково, не выделяла никого, но однако когда отец тратил деньги на Арину, а мне доставались крупицы, она не вставала на мою сторону!

Ещё обиднее было то, что хозяйка этих денег была она! Она могла баловать меня, как отец Арину, но нет, она не делала этого! Хотя видела, как в детстве мне было больно и обидно от такого поведения.

С мамой мы разошлись на нейтральной ноте, не было не прощения, ни обвинения, но в тот же день на мою карту зачислилась довольно приличная сумма денег! Посмотрев рынок недвижимости, я поняла, что нас с Авой лихвой хватит на домик у моря! Уедем после всего этого кошмара туда и будем жить вдвоём!

Кто так и не вышел со мной на связь, так это отец! Но его я и не ждала, Натан сказал он пытается облегчить наказание Арины, но Екатерина Михайловна не даёт ему шанса вместе полицией! Арина будет сидеть! Подробностями я не сильно интересуюсь, мне важен наш с Синициным развод, что состоится совсем скоро! Но суд будет не один! Первое заседание состоится по изменению актовой записи нашего с Синициным брака заключением. В нём изменят имя с Арины на моё, а так же в свидетельстве о рождении Авроры! А после состоится развод.

– Мам! – выводит меня из мыслей голосок Авы, – а бабушка Аня где, я хочу и ей показать рисунок!

«Бабушка Аня!»

Вот кто нашёл общий язык с Анной, так это моя малышка! Они сдружились очень быстро, из-за Авроры Анна и в мою сторону стала чуть добрее, но не до конца!

– Я не знаю, посмотри в её комнате или же на кухне.

– Хорошо! – соглашается малышка и убегает в сторону кухни.

***

День в суде прошёл как в тумане. Я сидела, сжав холодные пальцы на коленях, и не могла поверить своим ушам. Синицин, мрачный и собранный, отвечал на вопросы судьи односложно. Он не оспаривал ничего. Не пытался очернить меня, не выдвигал встречных исков о моей «неадекватности». Он просто соглашался. С разводом. С определением места жительства Авроры со мной. С алиментами в размере, который предложил мой адвокат.

Екатерина Михайловна тихо щёлкнула замком своей дорогой ручки, когда судья ударил молотком. Дело закрыто. Всё. Официально, юридически – я была свободна. Ава была моей.

Я вышла из зала суда, опираясь на стену. В глазах стояли горячие слёзы, но я не давала им пролиться. Не здесь. Не сейчас. Позади меня вышел Синицин. Он остановился на мгновение, его взгляд скользнул по мне – холодный, пустой, без ненависти и без сожаления. Просто констатация факта: ты больше не имеешь ко мне отношения. Он развернулся и ушёл своим путём, не оглядываясь. Это было концом целой эпохи. Эпохи страха, лжи и жизни в чужой шкуре.

Я стояла на ступенях загса – того самого, где мы когда-то расписывались с Евгением. Теперь у меня на руках был другой документ – с печатью о расторжении брака. Солнце слепило глаза. И в этом слепящем свете я увидела его.

Натан стоял у подножья ступеней, прислонившись к чёрному внедорожнику. В руках он держал небольшой букет – не розы, а простые, солнечные ромашки. Он улыбнулся, увидев меня, но в его улыбке была грусть.

Я спустилась к нему, чувствуя, как комок в горле становится всё больше.

– Поздравляю, – тихо сказал он, протягивая цветы. – Свободная женщина.

– Спасибо, – мой голос дрогнул. Я взяла букет, и наши пальцы ненадолго соприкоснулись. – Спасибо за всё, Натан. За то, что вытащил нас. Без тебя… я не знаю, что было бы.

Он молча кивнул, глядя куда-то поверх моего плеча.

– Через сколько вылет? – спросил он, переводя разговор на практические рельсы.

– Через два часа.

На его лице мелькнуло что-то похожее на сожаление, но он быстро взял себя в руки.

– Дом у моря… это хороший выбор. Там вам будет спокойно. Свежий воздух, простор. Авроре понравится.

– Да, – прошептала я. Мы стояли в двух шагах друг от друга, и между нами висела целая вселенная несказанных слов, той одной ночи, – Натан, я…

– Не надо, – он мягко прервал меня. – Не надо прощаний и сложных объяснений. Вы делаете то, что должны. Начинаете жизнь с чистого листа. И я… я рад, что смог помочь вам до этого листа дойти.

Он сделал шаг вперёт и осторожно, почти по-братски, обнял меня. Я прижалась щекой к его груди, вдыхая знакомый запах – дерева, и геля для душа. И позволила одной-единственной слезе скатиться по щеке и впитаться в ткань его темной рубашки.

– Будьте счастливы, Алина, – он произнёс моё имя, и оно прозвучало как благословение.

– И ты… будь счастлив, – выдохнула я, отступая. Моё сердце ныло, но это была не боль потери. Это была боль расставания с человеком, который навсегда останется в моей памяти спасителем и самым честным человеком из всех, кого я знала.

Он ещё раз кивнул, открыл дверь машины для меня. Я села, и положила ромашки себе на колени. Меня дожидалось такси в котором была нанятая няня с Авророй. Через лобовое стекло я видела, как он стоит на том же месте, высокий и немного одинокий, провожая нас взглядом.

– Мама, мы едем к морю? – раздался с заднего сиденья весёлый голосок Авроры.

– Да, зайка. Едем домой.

Водитель завёл двигатель и тронулся с места. В зеркале заднего вида фигура Натана становилась всё меньше, пока не растворилась в солнечном мареве города. Впереди была дорога. Длинная, светлая, ведущая к шуму прибоя, к запаху соли, к нашему с Авророй новому, настоящему будущему. Где не будет лжи, страха и чужих имён. Где мы будем просто мамой и дочкой. Начинающими всё сначала.

Я улыбнулась, вытирая последнюю слезу. Впереди ждала новая жизнь