Учительница сына. Будешь моей

Глава 28

28

Диана

Мне хочется не просто ответить «да», а хочется заорать так сильно, чтобы лопнули стекла в его чертовой комнате!

Ощущения, будто если я не кончу сегодня, то весь мой мир рухнет.

Не понимаю, как так получается. Почему испытываю такое. Что вообще за зависимость от секса?

— Нет, — выдавливаю из себя.

Громов усмехается.

Он понимает, что я вру.

Вадим снова всаживает пальцы в мою киску, заглядывая прямо в глаза, и я едва сдерживаюсь, чтобы не улететь в этот момент и не закатить глаза.

Большим пальцем Громов теребит чувствительный бугорок спереди, что подрагивает в приближении скорого оргазма.

У меня внутри влажно и горячо. Я и сама это чувствую. И от каждого движения все отчетливее. Точно разлетаюсь на миллион осколков.

Меня трясет от стыда, что нет-нет, да прорывается через подсознание. Не могла же я так низко пасть…

Даже отвлечься на что-то другое не выходит. Ощущения полностью меня поглощают.

Движения пальцев в моей дырочке становятся запредельно быстрыми. Но все же этого недостаточно, чтобы кончить. Всякий раз, когда я оказываюсь на пике, Вадим замедлятся, меняет угол проникновения или же вовсе убирает палец с клитора.

Он мучает меня. И делает это специально.

— Просто попроси, учительница… — возбужденно произносит он, когда в очередной раз я издаю разочарованный стон, потому что опять не получилось. — Скажи это, Диана… Попроси…

— Боже… — кричать хочется от чувства безысходности. — Пожалуйста…

Я сдаюсь, но еще не до конца. Все еще борюсь с собой.

— Смотри на меня! Смотри мне в глаза и скажи это! Попроси трахнуть тебя, Диана!

Вадим снова касается клитора, и я понимаю, что больше не смогу терпеть. Он выиграл. Победил. Этот урод добился своего, а я оказалась слишком слабой.

— Трахни меня, Громов! — обессилено шепчу я, глядя на него. — Пожалуйста, трахни…

— Сучка! — хрипит мужчина. — Какая ты грязная сучка!

И только после Вадим позволяет мне кончить.

Все мое тело содрогается.

Спина выгибается, и я сильнее натягиваю путы на руках, что снова ощутимо врезаются мне в уже прилично натертые ими запястья.

Но это вообще не имеет сейчас никакого значения. Начнись сейчас даже пожар — я никак не отреагирую.

Ощущения становятся еще более острыми, когда во влажный, все еще пульсирующий удовольствием вход, направляется горячая крупная головка члена.

Мотаю головой, но больше по привычке, а на самом же деле, очень сильно этого хочу.

Вадим еще немного надавливает на дырочку, и его стояк легко проскальзывает внутрь. Без каких-либо усилий. Потому что я очень мокрая и слишком возбужденная.

Стенки чересчур чувствительные после перенесенного оргазма, и мне немного больно, но, в то же время, по телу прокатывается сладостная истома. Будто это именно то, чего я ждала с самого начала.

Вадим издает блаженный стон.

— Охуеть… — произносит он следом, и я могу сделать вывод, что ему нравится.

Я нравлюсь ему.

Мое тело ему нравится.

Это со мной он такой жадный и неудержимый.

Я делаю его таким.

Чувствую внутри чуть ли не суперсилу. Мозг уже обрисовывает картинки нашей свадьбы и любовь до гроба. Ведь после того, что между нами случилось, мы просто не сможем расстаться.

Затяжки на моих запястьях вдруг исчезают. Я становлюсь свободной, но уже не хочу убегать.

Громов начинает двигаться во мне. Уверенно. Жестко. Даже слишком жестко, но мне нравится.

Не думала, что секс может быть таким. Чтобы каждая клеточка отзывалась на движение внутри киски.

И кажется, оргазм снова потихоньку собирается во мне.

Мне стыдно и, в то же время, так хорошо! Между бедер настоящий пожар.

Проходит несколько минут, и я уже не отдаю отчет тому, что происходит. Есть лишь я и мои ощущения. Которые становятся все сильнее. А толчки внутри — яростнее и быстрее.

Спальня Вадима наполняется нашими стонами, хлюпающими звуками, ударами плоти о плоть. Здесь пахнет сексом. Нашими разгоряченными телами. Возбуждением.

Крупные яйца Громова шлепают меня по попке, и когда я думаю об этом, все ощущения становится острее.

Я сжимаюсь вокруг члена. Очень сильно. Точно чувствую каждую его выпуклую венку. И чем ближе мой второй оргазм, тем больше стоны напоминают крики.

Я никогда не была в постели такой громкой. Голова работала постоянно. Иногда я даже замечала пыль, что скопилась на тумбочке рядом с кроватью. Сейчас же я даже себя не помню. Вообще не отдаю отчет происходящему. Не соображаю.

И я кричу. Громко.

Впиваюсь пальцами в мощную спину Громова. Сама подмахиваю ему попкой.

— Давай, училка, кончай! — приказывает Вадим, и мой организм почему-то реагирует.

Пульсацию внизу живота отчего-то становится невозможно терпеть. Яркая вспышка собирается где-то внутри и разрастается. Очень быстро. Даже если бы захотела, не смогла ее остановить. Она достигает своего пика, и мое тело начинает трясти под могучим телом Громова, словно внутри взрываются бомбы.