Диана
Я думала, этот день уже не может стать хуже.
Но я ошиблась.
Поднимаю глаза на Громова и встречаюсь с его насмешливым взглядом.
Его лицо уже кажется мне слишком знакомым. Видно, вчера я успела как следует его изучить. И запомнить.
Да, именно так было.
Удивительно, как оно сочетает в себе строгость и обаяние. Черты, которые почему-то привлекают к себе мое внимание. Четкие линии челюсти, чувственные губы. Глубокий взгляд.
Но он лишь с виду насмешливый и легкий. Но за ним скрывается нечто иное. Громов не из тех мужчин, за чьей улыбкой прячется радость и искренность. Стоит сделать лишь шаг в другую сторону, отличную от того направления, что он указал, как тебя тут же уничтожат, а от усмешки на мужественном лице не останется и следа.
Мужчина делает ко мне несколько шагов. Каждый из них наполнен грацией и силой. И я отмечаю это невольно.
Капец, я попала!
— Я… давайте вызовем ГАИ… страховка покроет… — бормочу бессвязно.
Раньше я никогда в таких ситуациях не оказывалась, и понятия не имею, как это работает. Да и не очень то я верю, что Громов собирается действовать по закону. Законы для него не писаны.
— Ну, ты же не настолько дура, Диана, чтобы не знать, что твоя микроскопическая страховка не покроет здесь даже пары царапин?
У меня аж сердце сжимается.
Хочется зарыдать, потому что руки опускаются. И я понятия не имею, что должна сейчас делать.
— Так как расплачиваться будешь, учительница?
Мужчина облокачивается о свою разбитую машину, и я не вижу в его глазах ни капли сожаления по поводу аварии. А у меня в голове не укладывается сумма, которую он назвал.
Пять миллионов!
Мне лет семь придется отдавать ему всю зарплату до копейки, чтобы выплатить такую!
— Я вам все возмещу, — зачем-то произношу, а у меня в горле застревает комок.
Но у меня ведь все равно нет выбора. Если я виновата, а это так, ущерб покрывать придется. Такие правила.
А у меня и работа на волоске висит…
Вздыхаю.
Хочу убедить себя, что решать проблемы надо по мере их поступления. И первое, что необходимо сделать, вызвать сотрудников автоинспекции, чтобы они зафиксировали факт дорожно-транспортного происшествия и заполнили протокол.
Если я и буду общаться с отцом Захара, то только в рамках правового поля.
— Диана Игоревна, у вас все в порядке? — слышу сбоку знакомый голос. Вижу мальчишек из девятого «Б». Они заинтересованно осматривают место происшествия.
— Все хорошо, ребята, — без эмоций отвечаю им. — Можете расходиться по домам.
Но уходить дети не планируют. Только чуть отступают, и я замечаю, как много других людей собралось. Некоторые даже на телефоны снимают.
Тоже мне сенсация!
Достаю телефон и набираю номер.
— Куда звонить собралась?
Тон мужчины совсем не расстроенный. Он будто потешается сейчас. Знает, что бы я сейчас не предприняла, будет так, как решит ОН.
— Вызываю сотрудников ДПС, — отвечаю все же я.
Мне кажется, Громов замечает, как дрожат при этом мои пальцы.
Он выгибает бровь. Действительно выглядит очень удивленным.
— Вроде учительница, а с математикой все так плохо?
— Вы о чем?
— Ты серьезно хочешь не договориться, а официально подписать себя на пять лямов? Уверена в разумности своих действий?
Сейчас в его взгляде нет насмешки. Его правда удивляет мое решение.
А чего он хотел? Думает, я уже забыла, как он нагло меня лапал вчера? Ясно же, что попросит в уплату долга.
У меня мурашки пробегают от этих мыслей.
Вот только я не допущу ничего подобного. У меня имеется и гордость и чувство собственного достоинства.
— Да, — твердо заявляю. — Хочу все сделать официально.
Пусть лучше так. Я не намерена ни о чем договариваться с этим человеком. Как бы ни были «разумны» и «сладки» его доводы, мне точно это не подойдет. Через себя переступать не собираюсь.
А еще не факт, что действительно ремонт обойдется в такую сумму. Громов может говорить это все для устрашения.
Но он почему-то больше не спешит уламывать меня. А он спокойно бросает:
— Ну, вызывай.
Причем с таким тоном, мол, что еще от дурочки отъехавшей ожидать?!
Полицейских приходится ждать.
Пока снова осматриваю повреждения. Свой разбитый на мелкие осколки бампер и разлетевшуюся фару.
Блин! Я ведь в него на полной скорости въехала. Нельзя было в таком неадекватном состоянии за руль садиться.
Сама не замечаю, как Громов обходит меня и прижимается сзади, уложив свои широкие загорелые ладони на мои бедра.
Меня будто током прошибает, стоит только ощутить попкой, что его член уже твердый как камень.
— А я ведь предупреждал, учительница, от стресса нужно избавляться. И я могу в этом помочь.
Не выдерживаю. Отскакиваю от отца Захара, как от огня.
Зевак в округе все еще хватает, и я уверяю себя, что Громов не полезет ко мне, пока на нас столько внимания.
— Держите дистанцию! — шипя предупреждаю его. — Не приближайтесь ко мне!
— Я же говорю: раздраженная и злая, — хмыкает мужчина.
Прячусь в своей машине и блокирую двери. Буду сидеть здесь, пока полицейские не приедут.
Сотрудники ДПС уважительно здороваются с Громовым. Он грамотно объясняет произошедшее так, что мне сложно что-то к этому добавить. Лишь только глупое:
— Я его не заметила. Отвлеклась.
Полицейский, осматривая машину Громова лишь качает головой и с сочувствием смотрит на меня.
Чуть отведя меня в сторонку, он тихо, с участием, спрашивает:
— Вы знаете какая сумма получится за ремонт авто?
— Большая, — отвечаю с таким видом, что меня это никак не трогает и ничего не значит.
Подумаешь, большая?!
Но, конечно же, я вру. Мне есть дело до размера этой суммы, ведь платит по счетам нечем.
— Там очень большая, — проникновенно продолжает полицейский. — А вы не пробовали с ним договориться? Просто это лучший вариант. Мы можем пока не составлять протокол. Попробуйте. Громов вроде адекватный, — ну, да, ну, да. Адекватный. Адекватный разве станет на девушек в женской раздевалке накидываться? — С ним можно договориться. Думаю, даст шанс.
И этот меня склоняет договориться.
Чем меня сильно выбешивает. Он хоть представляет, что от меня Громов потребует?!
А я представляю! И для меня это неприемлемо!
— Не собираюсь я договариваться! — жестко и резко отвечаю из-за обуявших эмоций. — Оформляйте все как положено.
И сотрудники ДПС оформляют. При этом то и дело бросая на меня косые взгляды. Будто на умолешенную смотрят.
А когда заканчивают оформление и уезжают, ко мне подходит имя:
— Училка, училка. А ведь вопрос так и не решен. Ничего не изменилось. Страховка покроет очень малый процент от общей суммы. — надвигается на меня, смотря в глаза. — Как за остальное расплачиваться будешь?