Учительница сына. Будешь моей

Глава 29

Диана

Когда я прихожу в себя, все уже заканчивается.

Заканчиваются и мои положительные эмоции.

Мягкие, пушистые облачка, куда меня закинуло на волнах оргазма, тоже рассеиваются, бросая меня со всей силы и высоты прямо на шершавый и потрескавшийся асфальт моей реальности.

А еще я начинаю осознавать, какой откровенный бред несло мое сознание, пока Громов был у меня внутри и доставлял удовольствие. Словно в тот момент он умело привел в действие рубильник, опускающий розовые очки на мои глаза, сквозь которые сам Вадим показался мне прекрасным принцем, достойным моего тела и женитьбы на мне.

И я полностью обессилена.

Лежу и даже пошевелиться не могу.

Громов отстраняется и падает на кровать рядом со мной.

Я больше не желаю восхищаться тем, какой он красивый и сексуальный. Мне просто очень больно.

Да как такое вообще возможно? Я ведь и понятия не имела, что мое тело способно так сильно возбуждаться. Что голова может отключаться настолько, что я в последствии буду неспособна объяснить собственные действия себе же самой.

Как можно ТАК захотеть секса, что забить на все?

Как можно попросить малознакомого мужчину сделать это с собой?

И вообще, какого хрена на мне это белье? Не трусы из хлопка и самый удобный лифчик на свете, а кружева, просвечивающие соски и лобок?

Получается, я сошла с ума гораздо раньше? И Громов прав, потому что я сама жутко хотела того, что произошло сегодня между нами?

— Знаешь, учительница, — его голос все такой же бархатистый, но властный, — мне, определенно, стоило с тобой заморочиться.

Наверное, нужно счесть его откровение за комплимент, но для меня оно звучит совершенно иначе. Чувств нет. Есть лишь товарно-денежные отношения, в которых нам обоим пришлось поучаствовать.

— Я в душ, — сообщает мне Громов. — Можешь присоединиться.

Он поднимается со своего места и уверенным шагом направляется, по-видимому, в ванную комнату.

Не слежу за его походкой, хотя уверена, передо мной предстала бы его шикарная крепкая задница. Я, определенно, успела заценить ее крепость во время нашей близости.

Слышу, как включается вода за стеной. Мои глаза режет, но слез нет. Наверное, вся влага из моего тела ушла в сосем другие места.

Меня вдруг осеняет, что правильным будет уйти сейчас. Собрать вещи, благо, они как раз под рукой.

Именно так я и делаю.

Поднимаюсь с кровати, хотя конечности не хотят меня слушаться. Ноги тяжелые, а руки до сих пор ноют после пут. Быстро натягиваю на себя одежду.

Тут же лежат моя сумочка и телефон.

Смешно, но теперь я даже в полицию не смогу обратиться. Потому что, что я им скажу: меня принудительно заставили жарко кончить? Так что ли?

Пока направляюсь к выходу, испытываю некоторое беспокойство. А вдруг не выпустят? Но охрана не чинит мне никаких препятствий в побеге. С такими же безразличными лицами, как и при встрече, мужчины меня выпускают за ворота.

С одной стороны, я рада, что все вот так отлично сложилось, и я сбежала. С другой — подсознательно я будто жду, что Громов вновь объявит на меня охоту. Разорвет мой телефон, ворвется в квартиру, чтобы понять, куда я пропала.

Но ничего из этого не происходит. Я просто оказываюсь в своей квартире. Я просто принимаю душ. Я просто ложусь спать, но долго не могу уснуть.

Уже глубокой ночью мне приходит сообщение. Сначала не хочу на него отвлекаться, но все же решаю посмотреть.

Неизвестный номер: «Диана Игоревна, думаю, вы знаете, что надо делать». Следом прикреплена моя фотография в белье и со связанными руками. «Завтра крайний срок. Не хочу этого делать, но вы меня вынуждаете».

Шантаж Захара оказывается последней каплей.

На губах сначала просто образуется нервная улыбка, а затем я принимаюсь хохотать во весь голос. И только, когда от смеха остается лишь мое тяжелое дыхание, я набираю ответ:

Вы: «Давай, Захар, делай, что должен».

Отключаю телефон, и откладываю его в сторону. Даже если парень мне ответит, я уже не увижу.

В какой-то момент начинает казаться, что все происходит правильно. Раз я переспала с малознакомым мужчиной, пусть и привлекательным, предав все свои принципы, то, быть может, такое наказание оправдано? Как теперь смотреть в глаза своим ученикам? Как учить их? Показывать пример? Если я этого совершенно недостойна…

Потому утром, когда просыпаюсь, я полна решимости. Привожу лицо в более или менее нормальный вид, собираю в кулак всю уверенность в себе и направляюсь в школу. Буду писать заявление на увольнение.

Девочки, приглашаю в мою новинку, РАССКАЗ, «Игрушка для бандита». Много секса, ХЭ! Завершено! Сегодня со скидкой)

Читаем здесь: https://litmarket.ru/reader/igrushka-dlya-bandita-3

— На колени!

От грозного приказа мужчины перестаю дышать.

Пикнуть не успеваю, как ширинка верзилы оказывается прямо перед моим носом.

— Знаешь, что это? — спрашивает бандит рычащим от злости и уверенным низким голосом.

Боже…

Аромат его возбуждения слишком острый.

— Это то, что ты будешь любить и ласкать, пока мне не надоест.

Что только не сделает настоящий журналист для хорошей статьи. Но я выбрала для себя совсем опасную дорожку и теперь… я заложница жестокого бандита, который сделает со мной все, что захочет.