Укради мое сердце

26

Хенли

Истон и я сегодня утром сплавлялись по реке. Это было волнительно, даже несмотря на то что он уже второй раз подряд вел меня по порогам второй категории, хотя я сказала, что готова к большему. Истон несколько лет работал инструктором во время учебы в школе и колледже и с детства знал эту реку как свои пять пальцев. Он обожал ее уже много лет, и мне нравилось быть рядом с ним на воде. Но сейчас весь город обсуждал грандиозный сплав, который устраивали в конце каждого сезона, и я хотела подготовиться к нему. Он был четвертой категории.

— Я так хочу познакомиться с твоей сестрой, ее женихом и их мальчиком, — сказала я. Он рассказывал, что Эмерсон собирается официально усыновить сына Нэша, Катлера. Именно Истон нашел его биологическую мать и помог с оформлением. Он всегда строил из себя угрюмого и грубого, но любил по-настоящему — яростно, без остатка. Я чувствовала эту любовь каждый раз, когда он смотрел на меня.

Он так бережно застегивал на мне шлем и закреплял спасательный жилет — и все это ради неспешного сплава по почти ровной воде. Он несколько раз проговорил меры безопасности.

Он был невероятно заботлив, и я ощущала это каждым моментом, проведенным с ним.

— Она тоже с нетерпением ждет встречи, — сказал он. — А тебе обязательно понравятся Нэш и Катлер. Этот малыш — самый классный ребенок, которого я только встречал.

— Я очень хочу с ними познакомиться. Значит, она знает, что мы вместе?

Он повернулся ко мне, и на его лице заиграла хитрая улыбка.

— В моей семье секретов не бывает, Хенли. Все там — настоящие сыщики. Парни поняли, что я влюблен, еще до того, как я сам это осознал. Так что да, все все знают.

Я прикусила нижнюю губу. Мы собирались на большое мероприятие в доме родителей Истона, на улице. Днем в Роузвуд-Ривер еще светило солнце, но вечера уже стали прохладными. Меня предупредили, что зима здесь будет холодной, и наступит сразу после Дня благодарения. Сегодня на реке было людно — все старались насладиться последними теплыми днями, пока еще можно было выйти на воду.

— Даже представить не могу, каково это — быть частью такой большой семьи, — пожала я плечами. — Единственный человек, которому я рассказала, кроме отца, — это Лулу. Не могу дождаться, когда ты с ней познакомишься.

Я много рассказывала Истонy о своей лучшей подруге. Он знал, что она была мне как сестра. Он удивился, узнав, что это та самая Лулу Соннет, о которой он слышал — она была довольно известна благодаря публичной семье и роману с рок-звездой.

— Она все еще в Лондоне по работе?

— Да. Сейчас у нее все складывается очень успешно.

— Жду не дождусь встречи с ней, — сказал он, приподнял мой подбородок и поцеловал в лоб. — Готова к нашествию Чедвиков?

Я рассмеялась. Я уже не раз бывала на воскресных ужинах и хорошо знала его ближайших родственников. Но сегодня я должна была познакомиться с его сестрой-близнецом, с остальными родственниками и, скорее всего, со всем городом. Семья Чедвик здесь была почти как королевская — все их обожали.

— Готова.

— Ты выглядишь потрясающе. Я так рад, что могу войти с тобой за руку, а не притворяться, будто между нами ничего нет.

— Я тоже, — ответила я искренне. — И мне совсем не жалко будет, если Катрина увидит нас вместе.

Он усмехнулся.

— Признайся, ты ревновала.

— Ладно. Ревновала.

Он ухмыльнулся, самодовольный и чертовски обаятельный и я обожала это в нем. В своей белоснежной рубашке, темных джинсах и ковбойских сапогах он выглядел сногсшибательно. Я была в длинном кремовом платье с цветочным принтом и коричневых ботинках.

Он поцеловал меня в шею и спустился ниже — мой наряд с открытыми плечами делал это слишком легким.

— Мне нравится, когда ты на взводе и ревнуешь.

— Так, — выдохнула я, чувствуя, как учащается дыхание. — Мы опаздываем. Нам нужно прийти до темноты — твоя мама говорила, что наняла фотографа, чтобы снять всех гостей. Я обещала, что мы придем пораньше.

— Вот же ты зануда, Принцесса, — проворчал он, отступая и беря меня за руку. Мы вышли на кухню, я схватила сумочку и джинсовую куртку на вечер, и мы направились к выходу.

Истон нес две бутылки вина, а я — букет цветов, который купила утром в магазине Vintage Rose для его мамы.

Мы прошли короткий путь до дома его родителей, и с этого момента все закрутилось.

Его мама сразу вывела нас к фотографу и настояла на том, чтобы мы сфотографировались, пока не стало слишком суетно. Истон неожиданно притянул меня к себе и поцеловал, пока фотограф щелкал кадры.

— Ну если это не самая милая фотография на свете, — раздался голос, и я обернулась, увидев улыбающуюся Эмерсон. Я сразу узнала ее по фотографиям.

— Привет, Эмми, — сказал Истон, отпустив меня и взяв за руку, повел к сестре.

Она была невероятно красива и сияла широкой улыбкой. Он отпустил мою руку и обнял ее. Было невозможно не рассмеяться — несмотря на то что они были близнецами, разница в росте между ними была колоссальной.

— Хватит обнимашек, И. Лучше представь меня своей девушке, — рассмеялась она.

— Хенли, Эмми. Эмми, Хенли, — сказал Истон, указывая на нас по очереди.

Я еще не успела поздороваться, как Эмерсон бросилась ко мне, обняла крепко и тепло, будто мы давно знакомы.

— Так рада с тобой познакомиться, Хенли. Я столько о тебе слышала.

— Мне тоже очень приятно. Я тоже многое о тебе слышала.

Когда она отстранилась, я заметила, что ее глаза блестят от эмоций. Видно было, как ей важно видеть, что ее брат идет дальше. По крайней мере, так это выглядело со стороны.

— Дядя И! — раздался голосок, и к нам подбежал мальчик, рядом с ним — высокий мужчина, которого я приняла за отца.

— Привет, Бифкейк, — крикнул Истон и подхватил мальчика на руки.

— Привет. Ты, должно быть, Хенли. Я Нэш, — мужчина протянул мне руку, а потом обнял.

— Очень рада наконец-то познакомиться со всеми вами, — сказала я.

— А мы рады видеть, как этот здоровяк снова улыбается, — пошутил Нэш и тоже обнял Истона, который уже поставил сына на землю.

— Ух ты! Ты такая красивая, — сказал Катлер, когда я наклонилась, чтобы обнять его. Он был невероятно милым в джинсах и кожаной куртке, с приглаженными назад волосами.

— Спасибо. Очень приятно с тобой познакомиться, Катлер.

— Можешь звать меня Бифкейк. Если ты девушка моего дяди И, значит, ты и моя девушка тоже, — подмигнул он. В этом малыше было больше обаяния, чем во многих взрослых мужчинах, которых я знала.

— А теперь — общее фото! — позвал фотограф, и мы собрались вместе, улыбаясь в объектив. Вокруг был настоящий рай — высокие деревья, а вдалеке виднелся амбар.

Мы немного поболтали, пока нас не подозвал Кейтон — гости продолжали прибывать. Живая музыка, импровизированный танцпол, вкусный запах ребрышек и курицы от кейтеринга из кафе Honey Biscuit — у меня аж в животе заурчало. Все было, как в журнале: столы и стулья расставлены по всему двору, скатерти в оранжевых, зеленых и желтых тонах — в цветочек, в полоску, в клетку. На каждом месте — льняные салфетки шалфейного цвета, перевязанные бантиками в горошек.

— Ничего себе! Твоя мама старается на полную. Так мило! — сказала я, когда Эмерсон поманила нас занять стол вместе.

— Мама в этом настоящая волшебница. Она обожает устраивать мероприятия, и я фактически отдала ей свободу в подготовке к моей свадьбе, — рассмеялась Эмерсон. — Мы все делаем вместе, но у нее глаз намного лучше.

— Ты же весной выходишь замуж? Здесь, в доме?

— Да. Мы сейчас как раз в разгаре подготовки. — Она на секунду замолчала, посмотрела в сторону Истона и Нэша, которые беседовали с ее братьями и кузенами. Люди уже вышли на танцпол, все веселились. — Надеюсь, ты придешь на свадьбу.

Я улыбнулась.

— С огромным удовольствием. Спасибо, что пригласила.

— То, что он решился на эти отношения — это очень важно, Хенли. Он, наверное, уже рассказывал тебе про Джилли. Прошло много лет, и для большинства людей это кажется уже незначительным. Но Истон очень замкнулся после этого. А горе — штука обманчивая, понимаешь? — Она вытерла слезу, и я вздрогнула. — Он выглядит успешным, он классный юрист, умеет веселиться, быть душой компании. Но он столько лет охранял свое сердце. Я, правда, думала, что он больше никогда не решится на серьезные отношения. Был доволен тем, что с головой в работе и встречается без обязательств. Так что это — большой шаг. Он наконец отпускает прошлое. Он так сильно винил себя в аварии Джилли, хотя мы все сто раз говорили, что это не его вина. И это правда. Но он все равно таскал эту тяжесть. А ты — как глоток свежего воздуха. Мы все это видим. Так что спасибо тебе за то, что стала тем светом, который ему был так нужен. Только будь терпелива. Он может быть навязчивым и слишком опекающим, но, мне кажется, это его способ справляться. А уж если он любит, то по-настоящему, до глубины души. А он по уши в тебе.

Я едва смогла сдержать слезы.

— Я без ума от него. Он меня не отпугнет. Да, сначала он конкретно сбил меня с толку — прям как хлыстом по шее, — но теперь я понимаю. Каждый переживает горе по-своему.

— Да, я знаю. Спасибо тебе за то, что так его понимаешь. Он говорит о тебе так, будто ты по воде ходишь, — усмехнулась она. — А ведь обычно Истон считает, что по воде может ходить только он сам.

У меня участилось сердцебиение от ее слов, я лишь покачала головой и улыбнулась.

— Боже, — простонала она и тут же расхохоталась. — Ты ведь тоже думаешь, что он по воде ходит, да?

— Почему у тебя такой вид, будто ты опять задумала какую-то пакость, злая близняшка? — услышала я голос Истона у себя за спиной, и он поцеловал меня в щеку.

— Уши горят, да? — поддразнила она, когда Нэш уселся рядом с ней.

Рейф, Аксель и Арчер тоже подсели за наш стол.

— Смотри, Бифкейк учит Мелоди танцевать, — сказал Истон, обняв меня за плечи.

— Слышал, Истон вывел тебя на воду сегодня, — заметил Рейф с ехидной усмешкой, будто намекал на какую-то шутку.

— Мы прошли Майберри-Пасс, — сказал Истон, пока Бриджер и Кларк раздавали пиво, ставя по бутылке каждому, включая меня, и занимали оставшиеся места за столом.

— Было здорово. Особо ничего не случилось, но весело.

— Ты ведь еще новичок, — сказал он, поцеловав меня в щеку.

— Ты повел ее по Майберри-Пасс? Да ну тебя! Она же в студенческой сборной по теннису играла. Она спортсменка. Мими с Папой могут пройти Майберри-Пасс хоть с закрытыми глазами, — рассмеялся Рейф.

— Надо звать ее с нами на Rocky Mountain через пару недель — это же наш ежегодный финальный сплав по Роузвуд-Ривер. До него еще есть время потренироваться, — сказал Аксель.

— Лично мне это совсем не по душе, — сказала Эмерсон. — Эти сумасшедшие обожают экстрим, а я каждый раз держусь изо всех сил, чтобы не вылететь за борт.

— Постарела, Эмми, — подмигнул ей Бриджер. — Там все не так уж страшно. Всего лишь четвертая категория.

— Хотя пару раз я была уверена, что это была уже почти пятая, — добавил Рейф, изображая дрожь от страха, и все рассмеялись.

— Между четверкой и пятеркой, — вмешался Истон жестким тоном. — И она не пойдет с нами. Вы выросли на этой реке, а она новичок. — Он слегка сжал мою талию.

— Вообще-то я уже занималась рафтингом до переезда. И проходила маршрут сложнее, чем те, что мы делали здесь. Так что, думаю, справлюсь. До сплава еще несколько недель, и мы выходим снова на следующей неделе. Так что, может, просто подождем и посмотрим, как у меня пойдут дела? — сказала я с улыбкой. Я много читала о рафтинге и была впечатлена тем, насколько Истон в этом силен. Но я была спортивной и довольно азартной, поэтому чувствовала, что вполне могу справиться с чем-то посложнее.

— Ага! Я слышала, она сделала из тебя отбивную на корте по пиклболу, — захохотала Эмерсон.

— А я, если честно, рад, что пиклбол пока закончился, — сказал Кларк. — Тренер гоняет нас по льду, времени на выходки Истона на корте совсем нет.

— Эй, Chad-Six снова взяла золото. Именно мои выходки и заставляют вас возвращаться из года в год, — ухмыльнулся Истон.

— Я бы хотел, чтобы Хенли заняла мое место в следующем году, — сказал Арчер. — У меня работы выше крыши и плюс Мелоди. Пусть я буду запасным, а ты вступай в ряды Chad-Six, — он приподнял бровь, глядя на меня.

— Ну, она точно лучше тебя, так что это пойдет на пользу всем. Ну что скажешь, малышка? — спросил Истон.

— Я сыграю с вами. Но только если пообещаешь, что на следующих выходных возьмешь меня на маршрут посложнее.

Он нахмурился, внимательно на меня посмотрел и кивнул:

— Ладно. Но постепенно. Река — зверь.

— Тот самый зверь, которого ты не раз называл своей сучкой, — сказал Рейф, и Истон показал ему средний палец.

Кто-то позвонил в колокольчик, и все направились к столу с едой. Истон предложил принести мне тарелку, чтобы я могла поболтать с Эмерсон.

— Черт. Мой брат с тобой невыносимо милый. Он никогда не был таким. Даже с... — она осеклась, и я подняла глаза, чтобы увидеть Катрину, идущую в нашу сторону.

Внутри я застонала. Она остановилась рядом со мной, скрестила руки на груди и приподняла бровь:

— Поздравляю. Слышала, вы с Истоном теперь официально вместе.

— Да. Спасибо, — натянуто улыбнулась я. — Хотя ты это и так знала, правда?

— Подозревала. Но, знаешь, если ты не спешишь заявить о своем мужчине, он вполне может быть свободен, верно? — усмехнулась она, отпивая из бутылки пива.

— Ну, к счастью, он свободен не был, — холодно ответила я.

— Привет, дамы! — подошел Джоуи, сделал мне сочувствующее лицо, как бы извиняясь за нее. — Классная вечеринка, правда?

— Джоуи, принеси мне пивка, а? — Катрин протянула ему пустую бутылку. Он взглянул на меня — явно хотел помочь, а она просто пользовалась им.

— А знаешь что? Я схожу с Джоуи — думаю, нам с Эмерсон тоже не помешает по бутылочке, — сказала я, бросив Эмерсон взгляд «спаси меня от этой женщины», и она поблагодарила за инициативу.

Мы с Джоуи пошли к бару, и я взяла его под руку.

— Почему ты с ней так мил? Она же просто хамка.

— Только ради тебя и Истона. Вы оба были ко мне добры, — пожал он плечами.

— Привет, Джоуи, — сказала симпатичная девушка лет двадцати пяти, работавшая за барной стойкой. Щеки у нее заметно порозовели, когда она его увидела. И он, судя по всему, был рад встрече.

— Привет, Пиппа! Я не знал, что ты вернулась в город.

— Да, приехала две недели назад. Попробовала себя в Голливуде, но ничего не вышло, так что вернулась домой с поджатым хвостом. — Она протянула нам по бутылке пива. — Зато у меня есть диплом, и я полна решимости найти работу в городе.

— Это моя подруга, Хенли, — сказал он. — А это Пиппа. Мы вместе выросли.

— Привет, Хенли, приятно познакомиться.

— Мне тоже, — ответила я. Она улыбнулась и отвернулась, чтобы принять ящик с алкоголем.

— Мы набираем персонал, — прошептала я Джоуи, и он кивнул.

Когда Пиппа обернулась, то сразу извинилась за задержку.

— Не переживай. Кстати, у меня появилась мысль. Мы как раз нанимаем людей в офис. Я теперь работаю юристом, — он пожал плечами, будто это было пустяком, и я усмехнулась. — Не знаю, интересует ли тебя административная работа, но Хенли тоже адвокат, и мы могли бы замолвить за тебя словечко. На самом деле, офисом руководит Истон Чедвик. Думаю, ты его помнишь — он был старше нас.

— Конечно, да. Боже, я бы с радостью. Слышала, ты поступил в юрфак — это круто. А как с вами связаться? — ее щеки снова покраснели. Ей он явно нравился.

— Можешь зайти в офис на следующей неделе и заполнить анкету, — сказал он, и я тут же наступила ему на ногу. Он вздрогнул.

— Лучше просто позвони Джоуи — он договорится о встрече с Истоном.

— Точно! Вот, запишу твой номер, — Пиппа с улыбкой взяла у него телефон, а я оглянулась и увидела, как Истон стоит у нашего стола и ищет меня взглядом.

Наши глаза встретились в один момент.

Он улыбнулся, и я сказала Джоуи, что вернусь за стол сама.

Я поспешила обратно. Катрина стояла рядом с Истоном и пыталась завязать разговор, но он смотрел только на меня.

Я даже не взглянула на нее, когда протянула пиво Эмерсон, а Истон обнял меня за талию.

— Привет, Принцесса. Рад, что ты вернулась, — сказал он и поцеловал меня.

Дав понять всем, кто мы друг другу.

Дав понять, что я — его.

И мне это чертовски понравилось.